Алесь Куламеса - Быть рядом
- Название:Быть рядом
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Алесь Куламеса - Быть рядом краткое содержание
Сборник фантастических рассказов, выложенный в Сеть лично автором для свободного распространения.
В сборнике одиннадцать рассказов, объединённых в три раздела.
Первый, «Люди большого города», посвящён мегаполису и происшествиям, случающимся с его жителями. Это когда грустные, когда забавные истории, в которых бывает и хорошо, и плохо.
В разделе «Будущее, которого не ждут» рассказы — о недалёком будущем, о ближайшей перспективе и о том, чего никак нельзя допустить. Такого будущего нам не надо.
Рассказы раздела «Между Бугом и Днепром» основаны на белорусском фольклоре и истории.
Все рассказы о разном и по разному исполнены, но все написаны от души и с удовольствием.
Приятного чтения.
Быть рядом - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Одни из мальчишек, пробегая мимо, поднырнул под поперечную перекладину металлического каркаса павильона. Но под снегом оказался лёд и мальчишка, поскользнувшись, ударился лицом.
Никто из стоящих на остановке людей не шелохнулся, чтобы помочь ребёнку, а его друзья, испугавшись, куда-то исчезли. Он лежал один на снегу, закрыв лицо руками и рыдая навзрыд. Маленький одинокий человечек в самом сердце снежного королевства, где без отдыху прогуливается Снежная Королева.
Самое время было бы пожалеть мальчишку, но без аппаратуры, это сделать невозможно. Ну и пусть. Я подошёл к пареньку и, присев над ним, аккуратно отнял руки от лица.
— Тише, боец, успокойся. Дай посмотрю, что у тебя.
Мальчишка зашёлся новыми рыданиями. Жалость сжала горло, но без аппаратуры я бессилен. Давно шла речь, что ведутся разработки, которые позволят создать маленькие, карманные кристаллы, но дальше разговоров дело не шло. Что ж, остаётся простое человеческое участие. Никакой машинерии и мистики.
Я зачерпнул горсть снега и протёр мальчишке лицо, убирая кровь. Пацанёнок тихо заскулил, но сдержался, не заревел.
— Молодец, казак. Дай-ка я посмотрю, что у тебя с зубами.
Я приподнял опухающую на глазах верхнюю губу. Ну, уберём здесь кровь, и всё станет понятно. Ага. Зубы целы, челюсть вроде тоже. Похоже, мальчишка отделался расквашенным носом и разбитой губой.
Я ещё раз протёр его лицо снегом и, поднявшись, поставил, парнишку на ноги. Он покачнулся, но устоял. Я убрал руки. Мальчишка стоял сам, без моей поддержки. Ну, значит, и с головой всё в порядке. А то ведь мог черепно-мозговую схлопотать, когда об лёд хряснулся.
Его друзья пугливо жались метрах в двадцати от павильона остановки. Я подозвал их движением руки. Они осторожно приблизились.
— Помогите ему дойти до дома. Ясно?
Они быстро закивали. Я обратился к пострадавшему мальчишке:
— Ну, давай, герой, топай.
Он попытался поблагодарить, но разбитая губа мешала говорить. Я похлопал его по плечу и вернулся к киоску. Возможно, мне показалось, но люди избегали моих взглядом. Я хмыкнул и отвернулся к витрине.
Сегодня на душе было совсем погано, и хотелось себя как-то порадовать. Я купил три двухлитровых пакета яблочного сока — посижу, попью. Напиваться уже давно не помогает.
От остановки до дома — две минуты, но я шёл дольше. И не то чтобы от усталости. Да, день выдался тяжёлый и я сильно вымотался, однако дело не в этом. Просто было очень сложно заставить себя двигаться быстрее. И хотя ветер, бивший в лицо, торопил зайти в тепло, я не ускорил шаг.
Иногда бывает так — хочется остановиться. Я хочу сказать — не просто остановиться и замереть на месте, а по-другому остановиться, в более широком смысле. Чтобы перестать бегать, суетиться, работать как проклятый. Ну, то и есть — остановиться. Плотно, наглухо. Может быть — навсегда.
Этаж у меня второй, так что предпочитаю обходиться без лифта. Свет в квартире зажигать не стал — хватает и света от фонарей на улице. Живу я один — мать умерла восемь лет назад, а отец живёт с новой семьёй и постоянно мотается по командировкам.
Я разделся, включил на ноутбуке саундтрек из «Амели» и залез под одеяло.
Надо немного отдохнуть. Завтра буду решать, что делать.
Снилось что-то нейтральное. Не плохое, не хорошее, но именно этого и хотелось. В этой серости было спокойствие, от которого не хотелось уходить. Просыпаясь несколько раз, я заставлял себя засыпать снова — лишь бы не возвращаться в реальность.
Около часу дня, несмотря на все старания, проснулся окончательно. И хотя спать решительно не хотелось, ещё заставил себя ещё полчаса лежать с закрытыми глазами.
Потом поднялся. Голова гудела, всё тело ломило — это последствия слишком долгого сна. Сонное отравление. Теперь весь день буду такой вялый.
Душ, разумеется, не помог. Постояв минут десять под горячей водой, я вышел из ванны таким же сонным.
Завтракать не хотелось совершенно — сил хватило только на сок. Выпил два стакана и поплёлся чистить зубы.
Закончив все традиционные утренние процедуры, я осознал — заняться больше нечем. Даже на работу идти не надо — спасибо графику «день через три». Остаётся лишь переживать или пережёвывать вчерашнее происшествие. А вот этого как раз и не хотелось.
Я отправился на кухню и достал аптечку. Там у меня хранилось снотворное — так, на всякий случай. Выпив две таблетки, я снова абрался под одеяло и очень скоро вырубился.
Я проснулся вечером, около десяти. Есть по-прежнему не хотелось, но таки заставил себя проглотить пару бутербродов. Сок я допил, но идти в круглосуточный ларёк не хотелось. Обойдусь чаем.
Стоя у окна и наблюдая за машинами, проносящимися по проспекту, я почувствовал, что мне необходимо поговорить. Хоть с кем-нибудь.
Я включил мобилу. Странно, этот номер у меня уже три года, а телефонов в справочнике скопилось меньше трёх десятков и то большая часть — какие-то справочные, заказ пиццы и тому подобное.
Впрочем, её номер сохранился.
Я не решился позвонить и выбрал номер отца.
Стерильный женский голос предсказуемо ответил, что «абонент вне зоны доступа».
Тогда я собрался с духом и позвонил ей.
Она не ждала.
И не обрадовалась.
— Вась, уже полодиннадцатого, — недовольно пробурчала она в ответ на моё «Привет, это я», — я уже почти сплю.
— Прости. Мне просто очень нужно с кем-нибудь поговорить.
— Ясно. И я — этот самый «кто-нибудь». Ну, разумеется! Ничего другого я от тебя и не ожидала.
— Да нет, ты не понимаешь… Мне… Мне просто надо поговорить.
— Знаешь что, по-моему, мы расстались не настолько хорошо, чтобы ты звонил мне и плакался в жилетку. Когда мне нужно было с тобой поговорить, ты вообще не брал трубку.
Я промолчал. Она права — я тогда не знал, как расстаться по нормальному, вот и сделал, как сумел. Плохо сделал, не по-людски. Хорошо, хоть передал дело Насти ребятам, и благодаря их присмотру ей было не так больно, как могло бы.
— Я…
— Не оправдывайся. Я не хочу это слушать. Ты никогда не умел вести себя по-мужски. Спокойной ночи.
Я не стал ей перезванивать. Разумеется.
Заварил чаю и присел у окна с дымящейся кружкой в руках. В этот момент запиликал телефон. Настя?
— Привет, это Иван. Как ты там? Мы тут волнуемся — у тебя всё в порядке?
Я сбросил звонок и отключил сотовый. Вот с ним я сейчас точно не хочу общаться. И не только сейчас. Я вообще больше не хочу там работать. Сколько можно — изо дня в день одно и тоже. Работа на износ. Постоянное наблюдение людской боли. Я за четыре года такого насмотрелся, что не каждый опер видел — кровь, грязь, страх. Удивительно, что меня на столько хватило. Нет уж, пошло оно к чёрту.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: