Аноним Эйта - Васка да Ковь (СИ)
- Название:Васка да Ковь (СИ)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:СИ
- Год:2016
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Аноним Эйта - Васка да Ковь (СИ) краткое содержание
Кто в здравом уме наймет рыжего рыцаря, продавшего турнирный доспех, и магичку, с трудом контролирующую свою силу и темперамент? Ни один нормальный человек не решится. А нелюдь? ЧЕРНОВИК.
Васка да Ковь (СИ) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— А ты сократи. — Перебил Васка.
Ковь обреченно вздохнула.
— Не отвяжешься, я ж тебя знаю… Ладно, ты сам этого хотел. Когда-то, давным-давно, у нас на поле за деревней… помнишь, бугристое, гороховое? Так туда свалился дракон. Настоящий. Драконица. И она умерла. Но у нее было огромное, просто огромное брюхо, и бабушка…
— Ларыся?
— Парася, башка твоя дырявая! — Рявкнула Ковь, — Меня в честь бабушки назвали, ясно тебе? Не перебивай. Я тебе секрет рассказываю, угу. И бабушка сказала, что надо его вспороть на всякий случай…
— А на меня бочку из-за каких-то безобидных голосов катила! — Возмутился Васка, — Это же…
— Там были яйца. Большие яйца с хрупкой скорлупой. — Перебила Ковь. — Бабушка сказала остальным, чтобы сунули их в печи и оставили там. Бабушка тогда была совсем мелкая, но ее послушали. Потому что бабушка напомнила о том, что у яиц может оказаться очень злой отец, который наверняка не так поймет вспоротое брюхо драконицы. Она сказала, они как лебеди. Один раз, на всю жизнь, очень верны друг другу, и так далее. А она была служанкой у владетеля и читала его книги. Ей поверили.
— А что на самом деле?
— Какая разница? — Ковь не заметила, как Васка дернулся от этих слов, пожала плечами, — Знала, не знала: в результате все равно оказалась права. Он пришел через долгое, долгое время. В человеческом облике. Твоя война с куксами, Васка, была пятнадцатая, та, которая до сих пор длится. Ложка, наверное, лучше всего помнит четырнадцатую. Тогда случилась Жаркая Ночь, так? Меня зацепило тринадцатой. Той, которая кончилась вынужденным перемирием, когда Йелль окончательно доконал голод, а у куксов вспыхнула эпидемия саранчанки. Мне было лет пять, когда голод пришел к нам.
— Постой. — Васка лихорадочно пытался подсчитать в уме, — но она же началась лет сорок назад! Но я видел твою бабушку, и мать, и…
— Он пришел под личиной солдата. Попросил крова и ночлега у бабушки под крышей. Она не отказала. Еды у нас не было, но была у него — как тут отказать? К тому времени яйцо в нашей печи уже около недели трещало. Как будто огонь его доконал или что-то вроде. И когда он вошел и услышал этот треск, он бросился к печи и сунул руки прямо в огонь. Он не чаял увидеть их живыми, хоть и искал… потому что не мог иначе. Васка, бабушка рассказывает это лучше меня. В ее исполнении это как сказка, как песня. В моем — как череда глупых совпадений.
— Мне интересно. — Возразил Васка.
— Бабушка отдала ему его детей, а взамен он поделился с нами временем. Прожил эти годы за нас. Тринадцатая война — долгая война, но не думаю, что я смогу вспомнить из нее хоть минуту; я не жила тогда. И не голодала. Никто не жил и не голодал. Деревни не существовало. Только он… Платил своим временем за всю деревню. Один. Потом он помог драконятам вылупиться, и его время кончилось.
— Но ведь драконы очень долго живут. Мне казалось…
— Помнишь Рыка?
— Ну?
— Ему было шестнадцать.
Васка растерянно посмотрел на Ковь, не в силах поверить. Он вспомнил того ухажера Кови: здорового волосатого мужика в самом расцвете сил. Вспомнил, как тот раскалывал здоровущее полено с одного замаха. Как хищно и оценивающе смотрел на Ковь. Никак не юноша в пору первой любви.
Вспомнил его старушку-бабушку, как та благодарила за колодец, ее морщинистую шею и трясущиеся руки в пигментных пятнах. Это что же, сколько же тогда ей лет? Быть не может, чтобы меньше семидесяти!
— Он выглядел на тридцать!
— Значит, часто бегал волком. Это цена оборотничества, Васка. У всей магии на свете есть своя цена. У волков год идет за четыре человечьих. — Ковь пожала плечами, — Люди в волчьей шкуре стареют как волки. Драконы в человечьей — как люди. А наш дракон очень долго искал своих детей среди людей. Слишком долго.
— Постой-ка… то есть тогда, в той деревне, после которой я тебя нашел, ты не убивала дракона? — Спросил вдруг Васка, неожиданно даже для себя самого.
Он видел, с каким лицом Ковь говорила о драконах, и понимал: она просто не могла. Он осознал это настолько ясно, его как будто ударила молния. Вспомнился Кирочкин голос: «А был ли дракон?»
И он знал, что Ковь ответит.
Не было.
— Нет, это был василиск. Для крестьян все, что чешуйчатое — это дракон. Они никогда не видели настоящих и часто обманываются. Любая большая ящерица сойдет. — Призналась Ковь. — Но я видела, как дракон умер. Если бы не видела, я бы тут не стояла. Это было… да, как игра в горячую картошку. Мы ухаживали за ними по очереди. Мама говорит, я любила сидеть с ним и слушать его дыхание. Мне это казалось забавным и я его совсем не боялась… он ведь так и остался у нас и я знала его, казалось, всегда. Он вечность лежал на кровати и хрипло дышал, это было как дыхание дома. Иногда он просил принести воды — и я приносила. Не только я была такая. К нему как магнитом влекло детей. Нас отгоняли, но мы все равно… и тогда взрослые махнули рукой и приспособили нас у уходу за больным. И однажды, когда рядом была я… Дыхание прервалось и водящий навсегда закрыл глаза. Мне досталась картошка: последний вздох вместе с искоркой от угасающей силы. Я бы сгорела еще тогда, если бы не мои молнии. Из-за них в меня вместилось не все и досталось еще парочке детей, которые зашли его проведать. Ну, взрослые почесали в затылках, и, устав гасить наши пожары, разослали по разным Академиям, строго-настрого наказав, чтобы врали про деревню. Чтобы никто не пришел и не спросил про дракона, и про то, где наши мужики пересидели войну. Такая вот история. Может, займемся, наконец, побегом?
Васка подумал, каково это: когда какой-то простой, незаметный звук вдруг исчезает навсегда. Вспомнились почему-то отцовские часы с кукушкой, которые висели в кабинете. Когда отец слег он перестал их заводить, потом они и вовсе сломались и куда-то исчезли со стены. И Васка вдруг подумал, что обязательно разыщет их и заведет снова, если у него однажды будет сын. Или дочь. Если верить Ха, то их вообще целых трое.
Желая поскорее забыть эту страшную мысль, он бешено затряс головой.
— Нет-нет, ты мне еще не до конца рассказала. Если молнии спасли тебе жизнь, разве опасность не миновала? — Он не понимал, — Ты же выросла, стала сильнее, должна была найти с Силой общий язык — искала же?
— Это было… оказалось невозможным. Отучившись в Школе больше года, я поняла: в Академии магиков не учат не только потому, что не хотят. Просто это бесполезно. Владение приобретенной Силой во многом… интуитивно. По сути это всего лишь борьба с тем, что все равно сожрет тебя. Человек не должен управлять стихией. Помнишь чешую Етеля? Он очень сильный магик, и он балансирует на грани. То, что он ребенок, помогает ему: дети часто бегают между мирами, не замечая этого. Но это не будет длиться вечно: чешуя однажды прорастет у него под кожей, и если повезет, то он превратится в водяного, а не в очень большого сома.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: