Орсон Петерсен - Работа над ошибкой [litres]
- Название:Работа над ошибкой [litres]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент 1 редакция (12)
- Год:2019
- Город:Москва
- ISBN:978-5-04-101833-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Орсон Петерсен - Работа над ошибкой [litres] краткое содержание
Сыграть судьбу по нотам невозможно, даже если ты талантливый музыкант. Лучший друг кончает жизнь самоубийством. Музыкальный коллектив распадается. В сорок один год ты до сих пор одинок и начинаешь понимать: что-то не так.
Одним ноябрьским вечером Эмиль Времянкин, казалось, достиг точки невозврата. Но для талантливого пианиста судьба готовила иное будущее… Теперь Эмиль – семилетний мальчик с опытом взрослого. Может заново прожить жизнь. И у него есть план.
Содержит нецензурную брань!
Работа над ошибкой [litres] - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
В гримерку вошли Роберт и Юля. Эмиль встретил их глуповатой улыбкой. Роберт держал в руках контрабас. Юля несла малый барабан и уже упакованные в чехлы тарелки. Не говоря ни слова, они проследовали к своим кофрам и начали укладывать инструменты.
– Можно воспользоваться твоим скотчем? – обратился Эмиль к девушке.
– Возьми, – не глядя, ответила Юля.
Посреди напряженной тишины Времянкин с треском оторвал длинную полоску липкой ленты и скрепил ею шелковую подкладку пиджака. Потом аккуратно перевернул материал, отмотал еще метр скотча и склеил вельвет.
– Роберт! – начал Эмиль через несколько минут общего молчания.
Молодой человек не реагировал, продолжая заниматься своими делами.
– Ты должен меня простить. Я виноват. Я плохой человек. Но! То, что сейчас произошло… на сцене… Это было по-настоящему здорово! Я знаю, вы с Юлей тоже почувствовали это. Ты понимаешь, о чем я говорю. Все остальное ерунда. Дела житейские. Мы это преодолеем. Вместе мы такого наворотим…
– Да не, Эмиль, – остановил его Роберт и захлопнул крышку футляра.
– Нет? – переспросил Времянкин.
Роберт подошел к опрокинутой вешалке. Хромированная тренога придавила его куртку. Он поставил вешалку в вертикальное положение, снял с крючка пуховик и надел его поверх джинсовки. Эмиль тем временем задумчиво жевал нижнюю губу и ковырял ногтем растрепавшийся край липкой ленты. Его взгляд растворился в песочных грядках вельвета, разложенного на столе. Эмиль следил за Робертом ушами. Он слушал его настроение.
– Я не хочу иметь с тобой никаких дел, – добавил молодой человек, даже не взглянув на собеседника.
В его интонации была и решительность, и основательность, и безапелляционность. Казалось, что оспаривать позицию Роберта было бесполезно.
– Я понял, – выдохнул Эмиль.
– Ты готова? – спросил Роберт зарумянившуюся подругу.
– Да, – покорно ответила она.
Юля стащила со спинки стула пальто и вышла из гримерки вслед за своим парнем. Дверь захлопнулась.
Эмиль постоял какое-то время, уставившись в одну точку, потом цокнул языком, осторожно надел склеенный пиджак и подошел к большому зеркалу, приставленному к стене. На спине вдоль позвоночника Эмиля проходила серая полоса скотча, который пока что справлялся со своей задачей. Времянкин заметил, что в области глаза появилось покраснение. Он потрогал больное место кончиками пальцев. «Будет фингал», – подумал он.
– Сам ты козлина, – сказал Эмиль своему отражению.
«Ку-ку» – раздался звук, известивший о поступлении нового сообщения. «С днем рождения, дорогой братец! Крепко обнимаю! Нежно целую! Люблю!» – говорилось в послании. Эмиль взглянул на мерцающие в верхнем углу экрана циферки, отмеряющие время. Ноль, ноль, двоеточие, ноль, один.
Забрав со стола перчатки, Времянкин выключил свет в гримерке и вышел.
Народу в зале заметно поубавилось. Были даже свободные столики. Осматривая помещение в поисках лучшего места, Эмиль обратил внимание на мужчину, выпивающего в одиночестве в глубине зала. На вид лет пятидесяти, седой, с ухоженной бородкой, в горчичной водолазке и экстравагантном клетчатом пиджаке. Мужчина сидел полубоком к столу, закинув ногу на ногу. Он дирижировал в воздухе стопой в бордовой туфле. Между краем узкой брючины и расшитыми берцами башмака проглядывалась оранжевая ткань носка. Одной рукой мужчина листал что-то в своем смартфоне, другой неспешно взбалтывал содержимое хрустального рокса (олд фэшн). Он сосредоточенно смотрел в светящийся экран коммуникатора, не отвлекаясь ни на что вокруг. Недолго думая, Времянкин направился к нему. Подойдя к столу, он положил руку на спинку свободного стула. Мужчина не обратил на Эмиля никакого внимания. Плавающие в его напитке кубики льда ритмично стукались друг о друга и о стенки сосуда. «Интересная получилась бы перкуссия, – подумал Эмиль. – Эрику бы понравилось».
II
– Не меня ждешь, случайно? – спросил Времянкин.
Мужчина поднял голову. Увидев Эмиля, он улыбнулся, обнажив верхний ряд зубов. Между центральными резцами зияла примечательная щель.
– О! Эмиль! Пожалуйста, садись. Я никого не ждал, просто допивал свой бурбон. Прошу.
Он указал Времянкину на свободный стул, убрал коммуникатор в карман, снял ногу с ноги и повернулся к столу, сложив ладони перед собой.
– Здравствуй, Лев! Давненько я не слышал твой рычащий голос.
Эмиль протянул Льву руку. Тот пожал ее.
– У тебя голос такой, знаешь, ррррххххрршрххр. Вот такой. Рычаще-шипящий. Редко встречаются такие голоса.
Гроссман усмехнулся, погладив бороду.
– Давненько не виделись. Это правда, – согласился Лев.
В момент, когда Эмиль начал усаживаться на стул, раздался треск рвущейся ткани. Карман его брюк зацепился за металлический угол столешницы. Стол, очевидно, был прикручен к полу и даже не покачнулся. Штанина пошла по шву, оголив ляжку бедолаги.
– Твою мать! – в сердцах произнес Эмиль. – Что ж такое сегодня? Проклятая энтропия!
Лев усмехнулся.
– Прости. Я не над этим. Я над энтропией. М-да… Сочувствую, – просипел Гроссман.
Мужчина откинулся на спинку стула, снова закинул ногу на ногу и отпил из стакана.
– Да смейся, чего уж там, – вздохнул Эмиль.
Он положил одну руку на стол, а другой прикрыл дыру в штанах.
– Мне кажется, ты первый человек за всю историю «Секунды», с которым случилось подобное. Блядь, это ж надо!
Лев засмеялся так, будто поскакал на хромой кобыле по кочкам, тряся животом и плечами.
– C моим-то везением… Неудивительно.
– Считаешь, энтропия по отношению к тебе как-то особенно жестока?
– Да нет. Ей по барабану. Она безразлична. Рушит все, что плохо держится. Да и то, что хорошо держится, разрушит когда-нибудь. Это вопрос времени. Мы сопротивляемся этому тлену. Пытаемся, так сказать, удержать в целости то, что постоянно стремится распасться. Препятствуем неизбежному разложению и гниению. Кто как может. По мере сил. И чем меньше сил, тем, соответственно, больше дыр в штанах. И в карманах тоже дыр. Не знаю. Я ответил на твой вопрос?
– Пожалуй, да. Для поддержания порядка нужна энергия, это точно. И голова на плечах, – многозначительно добавил Лев и глотнул бурбона.
Эмиль заметил, что собеседник косится на его локоть, лежащий на столе. Времянкин знал, что в этом месте ткань пиджака вытерлась до блеска.
– Так я не понял, тебе удается сопротивляться хаосу или нет? – решил уточнить Гроссман.
Эмиль опустил руку под стол.
– Да удается, удается. Только очень хреново мне это удается… Я уж, можно сказать, серьезно тронут прелью. Если бы у меня был регулярный доход, было бы проще давать отпор, честно говоря.
– Концовка концерта получилась что надо! – улыбнувшись, перевел тему Лев. – Занятная вещица! Твоя?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: