Брайан Олдисс - Оксфордские страсти
- Название:Оксфордские страсти
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2006
- Город:Москва
- ISBN:5-699-18434-I
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Брайан Олдисс - Оксфордские страсти краткое содержание
Хэмпден-Феррерс – «самая заурядная деревушка» в пригороде Оксфорда. Ее история богата незначительными событиями, ее церкви – полторы тысячи лет. И едва деревенские жители решают отпраздновать юбилей этой церкви, деревушка перестает быть «самой заурядной»: в ней происходит череда мрачных, чудесных, неожиданных, комических и мистических событий. Между жителями внезапно вспыхивает любовь неземной силы. В одном из домов является призрак. В чистом поле обнаруживается осел-оборотень. Из вод оксфордского озера восстает основатель колледжа. Героям грезится подземный город мертвых – зеркальное отражение их деревни. Старая история преступного священника порождает страшное проклятие, которое грозит уничтожением всем, кому о нем известно, и лишь научная логика и постижение самих основ Вселенной спасают обитателей деревни от неминуемой гибели.
Брайан Олдисс (р. 1925) – одна из крупнейших фигур в мировой фантастической литературе, многогранный писатель, чьи работы завоевали сердца миллионов поклонников. Перед вами его новый роман – гимн любви к Англии, к инаковости и к любви как таковой.
Оксфордские страсти - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
– А я предлагаю проголосовать за то, чтобы мы сохранили ее для выставки во время праздника, – раздался голос Родни, и в кои-то веки все с воодушевлением с ним согласились.
Стивен вновь повернулся к Валентину:
– Я только думаю, профессор, что ваш анализ ситуации в целом слишком глубок. Большинство из нас не сомневается в существовании обычной реальности. Возможно, мне даже не стоит так ее называть, ведь «обычная реальность» – само по себе оксюморон… Я могу сказать, что для меня реальность, разумеется, включает и Хэмпден-Феррерс, и Англию, и Великобританию. Великобритания для меня – символ стабильности и стойкости духа, которой требует стабильность в эпицентре перемен. В черную эпоху гитлеровского правления в Германии, когда нам объявили войну, Великобритания в одиночку защищала демократию и свободу. Ни Советский Союз, ни Соединенные Штаты Америки не пришли к нам на помощь… Это страшное время, к счастью, давно позади, однако многие до сих пор носят, как шрамы, память о том, что пережили тогда их деды и бабки. Мы должны помнить и о смелости Великобритании, которая одна противостояла безумной жестокости Третьего рейха. Я член еврейской семьи, которую преследовали фашисты, но когда мы оказались здесь, нам дали приют мы смогли заново построить наши жизни. И поэтому реальностью для меня навсегда остаются эта храбрость, эта стабильность.
Валентин распахнул объятия и широко улыбнулся:
– Как я могу не согласиться с вами, друг мой? Метафизика – одно дело, а патриотизм – совсем другое. Ну хорошо, кто отвезет теперь меня домой, на боковую?
Генри совершенно опешил:
– Господи благослови мои носки, да он взаправду улыбается!
VIII
Фотография Хетти Чжоу
Прозвонил будильник. Сэм Азиз выпростал руку из-под одеяла и шлепнул по звонку. Потом сел в постели и потер виски.
Рима приоткрыла слезящийся глаз и тут же закрыла вновь.
– Давай, просыпайся уже, ленивица! – воскликнул Сэм, добродушно ворочая Риму с одного бока на другой. – Подъем! Мне вчера так понравилось наше заседание. Мои друзья в этой комиссии большие интеллектуалы. Я часто вообще не понимал, о чем они говорят. А профессор Леппард лучше всех, он в этом смысле просто блистателен.
– О, не трогай меня, пьяра! [53]
– Нет, ты подумай, он считает, будто мы все живем внутри мочевого пузыря у свиньи… А я что всегда говорил?
– Вот и хорошо. Какой ты молодец, – застонала Рима. Она вяло попыталась встать с постели. Сэму это уже удалось.
– Вот тебе и реальность! – бормотал он, принимая душ и одеваясь. – Чертова реальность… Компания «Kapp» могла бы начать выпускать реальное печенье. «Съешь кусочек реальности и почувствуй, как оно есть на самом деле!» Покупали бы нарасхват как пить дать.
Он на пару минут опережал свое расписание. Снял засов с задней двери и вышел в узкий задний сад – взглянуть, как растет его стручковая фасоль. Тощий кот тут же ринулся через забор.
Фасоль выглядела прекрасно. Некоторые ростки уже Дюйма четыре. Сэм рассыпал на участке несколько голубых гранул против слизней и, довольный, вернулся в магазин.
Отперев дверь, он стоял на тротуаре, глядел по сторонам, ожидал утренние газеты. На улице никого. Сэму нравилось это время дня. Он пинком отшвырнул пустую пивную банку в сточную канаву. Он знал, что везде в мире серьезные беды: бесконечный экономический кризис в Аргентине, трудности в Ираке, голод по всей Африке, конфликт между Израилем и Палестиной, противостояние между Индией н Пакистаном. Сэм особенно презирал последний. Он был рад, что уехал оттуда, он высмеивал тамошнюю политику, он гордился тем, что был британским гражданином.
Кроме того, сегодня его сын возвращался из больницы. Его ноги в полном порядке, благодаря искусству хирурга. И хирург был из Азии.
В задней половине дома, в кухне, послышалась какая-то возня. По цементному полу зашлепали тапочки. Рима встала. Наверное, приготовила им обоим «Кэдбери».
Кто-то шел к магазину. Утреннее солнце у него за спиной превращало его в силуэт, но Дуэйна Ридли легко узнать по разболтанной походке и новой прическе «под какаду».
– Привет, Сэм, как дела?
– Здравствуй, Дуэйн. Вот-вот привезут газеты. Заходи, там Рима. Если повезет, она даст тебе какао.
– Спасибо, только что кружку чаю выпил.
Они стояли рядом и праздно глядели на дорогу.
– Что ты думаешь о Вселенной, Дуэйн? Можно ли объяснить ее существование?
– Не знаю. Никогда не пытался. Меня не колышет.
– Может, это и хорошо, что ее нельзя объяснить. Не то на этом кто-нибудь только зарабатывал бы себе политический капитал.
– Скорее так.
Короткий приступ младенческого плача донесся из дома Уильямсов. Дуэйн крякнул – видимо, от презрения ко всем хилым слабакам.
– А как Кайл? – спросил Сэм.
– О'кей.
– Ты ее любишь?
Дуэйн странно посмотрел на Сэма:
– Нормально. А что?
– Но ты любишь ее, Дуэйн? Извини, что спрашиваю.
– Ну, я же говорю, нормально все. Клевая такая.
– Но любишь ли ты ее?
Дуэйн хихикнул:
– Я же ее мочалю.
– Значит, ты не можешь ответить на этот вопрос?
– Да вам-то, в любом случае, какое дело?
Сэм хотел сказать, что, с его точки зрения, вопрос о том, любят ли люди друг друга, касается всех. Он смутно ощущал это, однако словами выразить не мог. Он и Дуэйну сейчас не пытался объяснить. Да и нечего ему, если честно, совать нос в отношения между Дуэйном и Кайл.
Сэм повернулся, вошел в лавку, оставив Дуэйна одного на улице – тот раскачивался на каблуках, сунув руки в карманы.
Рима уже вовсю хлопотала в своем драном стареньком атласном халате. Сэм купил его в Брайтоне, в подарок Риме на день рождения – сколько же лет назад? В ее буйной гриве уже появились седые прядки. Она протянула Сэму кружку:
– Вот твой «Кэдбери», пьяра.
Оба оперлись на раковину, потягивая горячий какао.
– Ну что, Сэм-младший сегодня возвращается?
– Сегодня пир горой! Сразу как лавку закроем.
Рима радостно засмеялась:
– Может, пригласим жильцов сверху? Заданку и У-У?
– Отлично. А Дуэйна и Кайл?
Рима расхохоталась:
– Знаю я твои шуточки.
С улицы донесся гул двигателя.
– А вот и Смит привез нам газеты.
Сэм поставил кружку и заторопился наружу, чтобы поздороваться с негром – шофером фургона «У.Г. Смит».
– Слышь, про вас сегодня в газетах пишут, – сказал тот, бросая кипу газет прямо под ноги Лузину. И тут же умчал в Ньюнэм-Кортней.
– О чем это он?
– Ого, гляди-ка, Сэм! – воскликнул Дуэйн. – Господи Исусе!..
На первых полосах – и бульварных газет с кричащими заголовками, и солидных, форматом побольше, – была фотография мужчины со странной ослиной головой и длинными ушами; мужчина, совершенно голый, лез через ворота с пятью перекладинами. С правой стороны под фотографией мелким шрифтом значилось: «Фотография Хетти Чжоу».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: