Александр Лепехин - Тропа до звезд
- Название:Тропа до звезд
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2020
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Лепехин - Тропа до звезд краткое содержание
Если бы не появились лоцманы. Люди, способные усилием воли переносить космические корабли на десятки и сотни парсек. Люди, способные чувствовать гравитационные вектора, прикидывать в уме элементы орбит и вносить в курс поправки на закон относительности. Люди, творящие чудеса. Человек вышел в космос.
Но так ли все в космосе хорошо?
Тропа до звезд - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
На подходе к мостику дежурно торчал космопех. Саймон невольно ухмыльнулся: словечко звучало так же по-дурацки, как и «лоцман», но так же неизбежно прижилось. Совершенно, правда, выходило непонятно, от кого эти бравые парни, закованные в легкие пехотные оборонительные комплексы, должны были, собственно, оборонять. Легендарных Чужих в обитаемом космосе не нашлось и не предвиделось; беспорядки, возникавшие на тех или иных колониях, не выплескивались за пределы гравитационных колодцев, а пираты… Если на корабле наличествовал лоцман — ему не страшны были никакие пираты. По крайней мере, так показывал весь имеющийся у человечества опыт.
Когда Саймон, делая страшно деловой вид, прошагал к трапдору, космопех отдал честь резким, механическим движением. Впрочем, он и выглядел в своей броне, словно андроид. «Хорошо, что не додумались тяжелых «Голиафов» на пассажирские суда ставить, — подумалось ехидно. — Такой бы точно весь коридор занял».
Гермодверь мягко щелкнула за спиной, и, наконец, мостик оказался достигнут. Капитан, крепкий, опытный флотский в возрасте около сорока, щеголявший густыми пшеничными усами, уже полусидел в своем ложементе, обозревая с нейромаски отчет по работе систем корабля. Физиономия у него была кислая.
— Машинное! Чиф, ну что там у тебя?
Саймон подключился к капитанскому каналу — маленькие привилегии лоцмана. Впрочем, виду не подал: не имело никакого смысла ссориться с «хозяином» судна. Пока что. Слушая объяснения старшего механика, он прошел к своему загону .
— Полпроцента мощности как корова языком слизнула, кэп. Ума не приложу…
— Нам эти полпроцента погоду делают? Вообще, когда ты последний раз видел живую корову?
— Обижаете, кэп, на прошлых выходных внуков в зоопарк водил. Ну, ежели вы скажете, так я и дам добро. Однако по прибытии надо бы задоковаться: полпроцента туда, полпроцента сюда…
— Добро даю, заявку скинешь мне на подпись. Гони зеленый, у меня сейчас лоцман звереть начнет, а бизнес-класс устроит бунт.
— Еще ж пятнадцать минут до готовности. Ну лады, лады, ставлю «годно».
Капитан пошевелил пальцами, приняв подтверждение от машинного отделения, а затем, сдвинув маску, обратился к Саймону:
— Лоцман, приветствую на мостике. Пост ваш.
Тот важно кивнул.
— Лоцман пост принял. Звереть не собираюсь. Обещаю.
Капитан на мгновение замялся, но сделал вид, что толстого намека не уловил. Вместо замечания об этичности подслушивания переговоров с командой, он вернулся в сеть и продолжил опрос служб.
— Жизнеобеспечение?
— Подтверждаю.
— Медотсек?
— Готов.
— Оборона?
— В режиме.
— Стюарды?
— Секунду… Готовы.
— Стюарды, проблемы?
— Никаких, подтверждаю. Полностью готовы к обслуживанию пассажиров.
— Принято. Ну что же, — теперь он снова обращался к Саймону, подчеркнуто деловито и нейтральным тоном, — мы на стабильном курсе, вектор по касательной, скорости выравнены. Дело за вами.
Лоцман был единственным членом экипажа, который не пользовался ложементом. Строго говоря, он и не являлся одним из корабельных служащих — Профсоюз договаривался с владельцами линий, и назначения на конкретный рейс согласовывали вне обычных флотских расписаний. Да и ложементы оставались скорее такой же данью традиции, как и галстуки с пиджаками, и присутствие военных на борту. Но только лоцману требовалась полная свобода действий и движений — которую, как ни парадоксально с таким названием, ему обеспечивал загон .
Выглядело это как невысокий, в десяток сантиметров, круглый пьедестал. Саймон прошел на середину, подключился — и тут же воспарил над полом. Силовое поле мягко обхватило его и приняло в самые нежные во Вселенной объятия. И самые надежные: что бы ни произошло с кораблем, лоцман остался бы жив. Слишком уж он был ценен, слишком уж редок, слишком дорог. Для всего человечества.
— Приступаю через пять, — предупредил Саймон, и капитан продублировал по общей связи:
— Господа пассажиры, через пять минут мы переместимся в систему нашего назначения. Капитан и команда желают вам приятного перехода .
Фраза тоже являлась чистой формальностью. Просто корабль вместо «тут» оказывался «там», в одно мгновение, без каких-либо внешних эффектов; переход не ощущал никто. Никто — кроме лоцмана.
Потому что именно лоцман и был переходом.
Вы когда-нибудь пробовали поднять космический корабль? Да, вот так, при полном « g », а то и более — поднять на собственных руках, взвалить на себя и не отпускать ту долгую, бесконечную секунду, пока мир вокруг сворачивается в игольное ушко, в субатомную горошину, а потом разворачивается обратно целиком. И при этом вроде бы понимаешь, что все ощущения строго субъективны, что происходит это сугубо в твоей голове, что на деле ты просто висишь в коконе силового поля и работаешь исключительно «силой духа», «верхней чакрой», «движениями анимы» — в общем, какие там еще были у яйцеголовых версии по «феномену лоцманов»? Но все же впечатления были непередаваемыми.
Поэтому, когда пять минут истекли и прозвучал предупреждающий сигнал, Саймон затейливо выматерился, поплевал на ладони…
И поволок.
Часть первая
Глава 1
Сам по себе транспорт серии «Нарвал» не являлся космическим аналогом древних океанских кораблей. В том смысле, что у него не было объемистых трюмов или многочисленных пассажирских кают. Нет, у экипажа имелись свои жилые площади — порой приходилось в прямом смысле дневать и ночевать на работе. Проще выходило перекантоваться в казенном уюте каюты или кубрика, чем гонять в гравитационный колодец или до терминала штатный челнок.
Больше всего корабль напоминал рыбий скелет. Вот крупная, вытянутая «голова» кабины, вот «хребет» с консолями-«ребрами» и закрепленным сверху «плавником» энергетической установки, вот «хвост» с развернутым оперением сенсорных мачт. Поднимающиеся с планеты лихтеры с грузом и пассажирами облепляли остов, фиксируясь на консолях и словно создавая «плоть» этой межзвездной «рыбы». Которая, в отличие от них, никогда не смогла бы нырнуть в глубины атмосферы и дотянуться до «дна» — до поверхности планеты.
Саймону порой вспоминалась та пара месяцев, которую он провел на лодке дяди Анджея. Тот в свое время, после очередной размолвки с ныне уже покойным дедом, послал всю родню на дальний вектор , отказался от прав, привилегий и доли в Семье, получил полагающуюся по Укладу Семей компенсаторную пенсию и купил себе яхту. Морскую, как в старину. И уплыл на ней куда-то в сторону Фиджи. Ловить рыбу, загорать на палубе и перевозить всякую мелочевку между островами.
Дядя Анджей был гей. Естественно, это вызывало трения. Настоящий Фишер обязан хоть тушкой, хоть чучелком, но произвести на свет потомство, и желательно побольше. Талант лоцмана не манифестировал себя в брате будущего главы Семьи, но это не имело значения. Неуловимый ген, отвечавший за способность чувствовать пространство, улавливать колебания массы и во мгновение ока переноситься, делать шаг по звездной тропе из одной точки галактики в другую — он мог проявиться и через поколение, и даже через два. Кровь лоцманов оставалась драгоценностью. Дар оказался редок, научными методами принципиально невоспроизводим, и между человечеством и иными мирами всегда маячил призрак молчаливой, устрашающе одинокой пропасти. Поэтому Анджея осуждали.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: