Иван Граборов - Гончая свора

– Нет, небыли. – бесстрастно ответил Валлур. – Настоящая правда в том, что никто правды из вас никогда и не знал. Игра в потёмках при гаснущих свечах. – он обогнул человека, встав к тому лицом. – Самое простое утверждение ваших знающих, сказанное однажды, оказалось самым точным, определяющим суть явления, ибо навеяно им оно было не извне, но найдено внутри. "Космос есть океан" – заявили они. Утверждение понимали в качестве меры непознанного пространства, но пойдём дальше, исходя из открывшегося тебе. Что есть в земном океане, кроме неизмеримых масс воды? Верно, он полон всевозможных рыб и организмов. От самых маленьких к самым крупным. Маленьких частенько едят большие, проголодавшиеся рыбы, а просто больших едят гигантские. Чтобы избежать такой участи, вёрткие, умные рыбки, сбиваются в косяки. Так они выживают в сложной и агрессивной среде. Подобное, например, сделала планета Дис с парой обнаруженных миров, а позже и Монн, но в более масштабном варианте. Не кляни в бедах океан. Прими его таким, каков он есть и постарайся не умереть.

– Ничто не является сложным, как и ничто не является простым. – потянул Флойд, провожая оранжево-жёлтые облака, несущиеся высоко в небе.

– И только так. – взирает в сторону подсеченных облаков и зилдраанец. – Сложные вещи порой проще, чем могут показаться и гораздо сложнее в простых мелочах. Песочные часы взять – что за примитивная пустышка, верно? Стекло да песок. Но вот теперь ты знаешь чуть больше и следует открытие – они есть простота, настигшая суть космоса.

– Вселенский универсум. – Флойд понял.

Сейчас он смотрел на мастеровых, заканчивающих очередной пласт, но видел совсем не их. Его настоящего на самом деле здесь и не было. В не моргающих зрачках застыла вечность мгновенного осознания.

– Что на самом деле делают адепты, Валлур? Зачем всё это? – ему нужна была правда.

– Ищут первопричины. Живых богов. Всё то необычное, что не ищут остальные.

– Тех, что некогда оставил всех нас, ранее обитая среди миллионов звёзд. – продолжил Флойд. Аттвуд рассказал ему. – Вы ищете клахарцев.

– И вслед за ними истину. Что с ними стало? Зачем нужны оставленные артефакты? Что такое Нолгвур? – Валлур повернулся, отходя от ограды. – Ты и сам теперь желаешь того же, Флойд. Разве нет?

Флойд не ответил.

– Ты не допускаешь мысль, что они могут быть мертвы все до единого?

Валлур подумал, а затем огорошил:

– Мы искали, но не нашли тел. Ни одного.

– Тоесть вы понятия не имеете даже о том, как они могут выглядеть. Интересно. Аттвуду ты говорил?

– Да. Он весь в сомнениях, смятении и недоверии.

Из кустов раздалось урчание рвотных позывов.

– И в своём сарказме, лезущем наружу. – повёл бровью Флойд. – Что-то он стал часто уединяться. Надо сказать той Орно, от которой Нукум принесла свёртки, что она переборщила с зажаркой.

– Сарказм или нет – каждый защищается как может. Не могу его за это винить. Слишком многое связывает Аттвуда с той жизнью, от которой он был оторван. – Валлур наклонил голову, наблюдая за игрой ребятни через улицу. – Впрочем, он и сам уже тебе рассказал.

– Нолгвур. – Флойд задумчиво вернулся к первоначальной теме разговора, разгладив колкую щетину. – Вы обшарили десятки секторов и не нашли ни клахар ни того, что указало бы на более ценные артефакты. Но Нолгвур другое дело. Развитые отшельники, которых никто слишком долгое время не находил и которые пришли неизвестно откуда, могут знать больше.

– Не только мы их не видели, но и они не видели нас. Из того, что я понял, до контакта в секторе Муш они не встречались с иными расами, максимум с переходными подвидами высших. Развитость с неопытностью: опасное сочетание и хороший задел для поспешных выводов.

– Разве могут столь умные, могущественные создания оказаться просто жестокими завоевателями и убийцами?

– У великого ума великие крайности и крайне хрупкий баланс между ними.

– Это твоя догадка о природе Нолгвура или нечто большее?

– Игра в потёмках при гаснущих свечах. – проговорил зилдраанец так растянуто, как не иначе на его родине приято читать философские трактаты и перевёл внимание к небу.

Собеседники ещё некоторое время постояли, смотря ввысь и провожая игру заатмосферных разрядов электричества. Привыкали к ним.

Синеющий всполох, вдалеке поколебавший кучевые облака, нарушил общую панораму. Возникла буря. Грохот урагана, бушевавший вдали, до них не доносился, но, из-за усилившихся порывов ветра, ощущался.

– Сильный шторм. – сказал Валлур. – В его центре давление 10 млорт на сот-амци.

– Сот-амци? Способ измерения объёма по-зилдраански?

Валлур кивнул. Аттвуд раздвинул ветки и отёр нижнюю губу, представ перед ними в грязной некогда белой рубашке с перекинутым через плечо блейзером. К слову, не менее грязном.

– Что там за драный грохот?

– Ураган образовался. Здесь природа часто беспокоится без повода. Давай помогу. – сказал Флойд, подойдя к кустам, и подставил своё плечо занедужившему.

– Напомни, почему я не застрелил тебя сразу как увидел, вор? – спросил Аттвуд, тем не менее, используя предложенную помощь.

– Потому что я единственный второй человек на этой планете? – саркастично переспросил Флойд. – И я не вор. У меня не было выбора.

– Всегда есть выбор, Флойд Беннет. – пробурчал Аттвуд. – Всегда есть выбор.

– Так почему тогда не застрелил?

– Не искушай судьбу. – усмехнулся Аттвуд. – Может я, взывая к остаткам совести и пытаясь понять можно ли доверять непонятному проходимцу, таким образом желаю принять определённые решения на твой счёт?

– Моя совесть чиста. Я спас тебе жизнь между прочим и воровать ничего не желал. – это начинало его раздражать. – А если бы вором и был, то совсем не стыдно красть у Объединения.

– Объединение это теперь почти половина стран мира и территориально большая часть Земли. И ты навоевался за него. Или позабыл про "Вой мертвецов"? Позабыл большую войну двадцатых, арктическую эскалацию в начале тридцатых? Разложение нью-капиталистического общества в развитых странах и Южно-Американский демарш позабыл? Нечего продолжать играть в лесную фею, коли из-за дерьма и крови сапог не разглядеть.

– Я воевал за гражданские льготы, а потом их, с лёгкой руки нового кабинета парламента, пустили по ветру. Даже поступая правильно, мы тогда поступали чудовищно. Мир Уильямов Тарстонов не стоит ни одной отнятой мной жизни.

– О, а ты у нас ещё и гуманист? – хохотнул Аттвуд, глянув на Валлура. – Ребята, вам нужно больше времени проводить вместе.

– Неужели ты так любишь Землю, что готов принять любое политическое образование, вроде Объединения, лишь бы то только окончательно не разорвало её по кускам?