Иван Граборов - Гончая свора

Переходя в настоящую ненависть.

***

Сотни разномастных существ, стоящих под палящим светилом на белёсой траве, с распластанными рёбрами, проступившими вдоль позвонков худых спин, короткими ногами, вывернутыми словно наизнанку, и теменью четырёх впалых глазниц, жаждущих смерти, подняли свои головы, стиснутые железом. Длинными копьями, подобиями гнутых гизарм, луками, короткими клинками, топорищами и дубинами, заполнявшими своим количеством всё пространство широкой долины, нисходящей до узкого прохода в скалах, они воинственно задребезжали, загремели и застучали по земле.

Дальнейшей реакции долго ждать не пришлось. Аттвуд, машинально и в последней момент, увернулся от просвистевшего откуда-то сбоку копья, располосовавшего ему правое ухо. На вскрик, к нему выбежали остальные, но тут же отскочили, ошеломлённые и застигнутые врасплох.

Послышался воинственный клич, раздавшийся где-то позади скопища:

– Заргал Дат`Роо?!

Кровожадные нотки призыва рваным эхом отразились в громадных склонах узкого прохода, меж подпиравших облака снежных хребтов, следящих за развернувшимся представлением. Сотни тусклых красно-белых знамён заколыхались в ответ среди оскалившихся голов коренастых воинов Мулга, не иначе как надеявшихся проткнуть своими копьями небесный свод:

– Г`Дро! Г`Дро! Г`Дро!

Клич оборвал пушечный грохот, исторгнутый из отведавшего инопланетную кровь дробовика. Он ворвался прямо в центр и роем крупной дроби искрошил знаменосца, выронившего знамя из отказавших рук.

Но выстрел не испугал их, враз умолкших, горбатых клыкачей, не заставил в панике бежать сломя головы, а лишь раззадорил пыл отъявленных мясников. Ватага разукрашенных пёстрой краской гуманоидных варваров, брызжа слюной, гремя оружием и небольшими навьюченными мешками, в миг ринулась на них всей своей массой, кровью и грязью, капающими с ног, марая в миг почерневший простор.

Тогда, своей незримой рукой, судьба, зловеще ухмыльнувшись, на славу размахнулась и со всей силы ударила в колокол Ада.

Аттвуд, что-то крича, выстрелил ещё раз и ещё. Отсечка патрона. Он отполз за большой валун, ставший укрытием. Судорожная перезарядка заляпанными в крови руками. Его тяжело вырвало. Рассечённое ухо нарывало в неистовой боли, минующей барьер адреналинового шока. Он никогда ещё не убивал кого-то разумного, и в планы не входило начинать. Тогда, на Земле, выстрел в нолгвурский механизм был спровоцирован страхом смешанным с яростью за погибших товарищей, а сейчас? Страха Аттвуд не чувствовал, ярости не ощущал и подавно. Он мыслил трезво и от того ему становилось только хуже.

Некабим не стоял в стороне. Он среагировал первым из приставленного отряда. Силач перепрыгнул отстреливающегося Аттвуда и одним ударом своего выгнутого лука повалил троих из передового строя, поднявших за собой солидный пылевой столб, сдабриваемый болезненными кувырками по нисходящим скалам, скованным изморосью.

– Где Валлур?! – Флойд орудовал ножом, впивающимся в глотки врагов. – Аттвуд, где зилдраанец?! – Аттвуд или не расслышал в суматохе или не нашёл сил ответить, занятый стрельбой.

Адайн нырнула вслед за Флойдом из-за ветвей и, изогнувшись с гибкостью разозлённой змеи, пустила по флангу копейщиков несколько стрел, спася жаждущего славы воина от преждевременной кончины. Некабим принялся за парочку особенно внушительных латников.

– Валлур! – раздался пронзительный крик, который каждый мог бы адресовать своему авторству.

Призыв был услышан. Появившись из-за зарослей, будто полночный призрак, он в одно движение запрыгнул на валун, подпираемый спиной Аттвуда. В проекции поля, возникшей перед ним, замельтешили адаптивные траектории перемещающихся объектов. Зилдраанец встряхнул левую руку. Пластинка, прикрывающая запястье, отцепилась от внутреннего слоя, соскочила в ладонь и Валлур, перехватившись у середины, запустил её в толпу наступавших. В полёте частицы пластинки растеклись в небольшие шарики, числом не менее тридцати, и те с хлопком рухнули на каменистые ухабы, мгновенно высвобождая колоссальные объёмы белёсого дыма, больше похожего на концентрированный хлор. Это замедлило отродий и дало время перестроиться остальным.

– Кучнее! – Флойд спас от стрел парочку охотников, вылезших вперёд, и отпихнул их к пригорку, упав под весом прилетевшего копья, шоркнувшего его обухом. – Держать строй!

Пара лучников Мулга сумела забраться на уступ. Стрелы угодили острой кромкой точно в шлем зилдраанцу, но твердоплавкое керамическое стекло выдержало. Валлур хлёстко выдернул к кисти оружие и, упредив стазис-курком нагнетание заряда, выстрелил огненным пучком вслед направления хлопнувшей пластины. Грохот, декомпрессия сжатого толл-пактирида и чистая поэзия смерти – пучок разорвался в воздухе, срезав ударной волной четыре десятка голов.

Аттвуда вырвало снова. Орно, оттаскивающую очередного раненого, тоже.

Флойд, будто снежный барс, налетел на одного из поколебавшихся латников с ударами ножа, позаимствованного у Лэрда, и в несколько приёмов исколол тому лицо, вместе с частью тонкого забрала. От вида изувеченных ошмётков чуть не замутило и его, но боевая закалка переварила подступивший к горлу ком. Сейчас было не время для соплей и гуманности. Флойд знал, что в ближайшие минуты неминуемо произойдут ещё более ужасные и непоправимые вещи, которые, быть может, изменят всё и всех из них, кто сможет к исходу драки стоять на ногах. Флойд уже видел подобное, прошёл через это на Земле.

– Давите по флангам! – крикнул он и ринулся в бой.

Стрельба из лука тем временем полностью поглотила зрительные силы Адайн, присевшей на колено и шлющей смерть окрест. Завесу белёсого дыма вдруг миновали справа и ей заходили в тыл несколько стрелков. Отскочив от мертвеца, Флойд, сам того не ожидая, поймал летевшее в неё копьё и, раскрутив о древко, бросил в набегающий слева строй ревущих кинжальщиков, чем дал охотнице время ретироваться ближе к перебежавшему за другой валун Аттвуду, что теперь извергал из-за него тонны самых изощрённых проклятий.

Приставленный отряд не дремал. Лучники Фракхи с высоты прикрывали попавший в оборот авангард прицельными, почти хирургически точными выстрелами по укреплённому центру, всеми силами рвущегося им на встречу. Дым до поры уравнивал шансы. Метавшаяся по пригорку Орно, в спешке, трясущимися руками, как могла латала их многочисленные ранения от прилетавших камней, копий, кинжалов и стрел, выглядывая то и дело на поле боя. Она разрывалась между необходимостью действовать и презрением к себе, что парализовало её.

Мулг двинул армию через перевал! Все те подачки настойками, все те проклятые металлические блестяшки, карты найденных нор и семейный браслет – "Слеза Дебана" – всё это было напрасно…