Итимото Дзёгэцу - Игры богов

Разумеется, пока что все эти силы мы получили лишь на словах. Оружие, как сказала Жива, активируется непосредственно в день битвы. Тогда мы и поймем, что можем делать. А до этого остается лишь представлять, какие атаки получится применять. По счастью, я перечитал и пересмотрел много историй с подобными вещами, так что для меня это не составляло трудности. Я даже с готовностью бы помог сестрам придумать что-нибудь этакое. Хотя, может, в этом и не было необходимости.

Могло показаться, что нервозность ушла, раз мы начали подготовку, но на самом деле это не так. Мы просто старались убрать ее на задний план, как можно дальше, иначе бы депрессия и прочие гнетущие чувства вернулись обратно. Поэтому мы старались развлечь себя как могли.

Я сидел и смотрел телевизор, когда в комнату вошла Вика. Едва повернув голову в ее сторону, я застыл. На девочке красовался ободок в виде кошачьих ушек. Более милого зрелища я в жизни не видел. Более чем уверен, покажись Вика на каком-нибудь Комикете, слава и успех ей были бы обеспечены — настолько притягательно она выглядела. Для пущего эффекта не хватало лишь махнуть рукой как кошка и сказать «ня-я».

— Ну как тебе, Юта? Э… Юта?

Рита, которая проходила в этот момент мимо, взглянула на зависшего с каменным лицом меня и хмыкнула.

— Потрачено.

— Э? Чего потрачено, Рит?

— Похоже, ты добила Юту.

— А? Э?

— Сама смотри, аж не шевелится.

— Юта? Юта!

Вика подбежала ко мне и потрясла за плечо. Я вздрогнул и кое-как сфокусировал взгляд.

— Что с тобой?

— А… я… все н-нормально.

— Что-то не заметно, — подначила Рита.

— Юта?

— Просто ты с этом ободке такая милая, что я немного обалдел.

— Ага, ну совсем немного, — снова поиздевалась Рита.

Вика покраснела. Потом немного молча постояла, после чего сделала невероятную вещь — подошла и улеглась на диван, положив голову мне на коленки. Я смутился. Как ни воспринимай это, на мне лежала симпатичная девчонка с кошачьими ушками. Ни один нормальный парень не сможет от такого быть спокойным. Вот и мне пришлось проявить нечеловеческую силу воли, чтобы сдержать свои внутренние позывы. Я сделал как можно более постное лицо, стараясь не смотреть вниз, и надеялся, мои мысли ни в чем не проявятся.

Вдруг Вика повернулась на бок, и до меня донесся ее тихий голос:

— Юта… мы точно справимся?

Я прикрыл ненадолго глаза, помолчал, а потом твердо произнес:

— Да. Справимся. Мы абсолютно точно совершим невозможное и спасем всех.

Вика вздохнула.

— Да… Ты прав, Юта.

— Ты боишься? — спросил я.

— Боюсь, — честно ответила девочка. — Сильно боюсь. Ведь от нас столько всего зависит. Мне страшно предположить, что будет, если мы провалимся.

— Это нормально. Любой бы на нашем месте чувствовал то же самое. Я думаю, по-другому тут и быть не может. Мне тоже страшно, но это то, что я должен преодолеть, так как больше некому. И уверен, Рита считает так же.

— Вот как… Юта, ты ужа давно должен был понять, что я люблю иногда рисковать, верно? Знаешь, откуда у меня этот шрам над глазом?

— М? — Я вопросительно склонил голову.

— Год назад я упала и сильно покалечилась. Ударилась головой и получила тяжелый перелом ноги. Я могла остаться калекой, но, к счастью, все как-то обошлось. Этот шрам — напоминание о том случае. Я думала, что после выздоровления все будет по-прежнему, но ошибалась. Юта, с тех пор я уже не могу в полной мере делать те рисковые вещи, что и раньше. На подсознательном уровне меня охватывает страх.

Девочка повернулась и посмотрела на меня.

— Этот страх снедает меня и сейчас, накануне возможного риска. Юта, как мне от него избавиться?

Вот как все оказалось. Вика немного походила на меня. Я ведь тоже не знал, что делать с боязнью перед девушками. Поэтому я погладил ее по голове и проговорил:

— Может, тебе и не надо от него избавляться? Может, ты просто специально сама себя ограничиваешь? Тогда ты поняла, как перепугала своих близких, и не захотела, чтобы это вновь повторилось, вот и неосознанно стала сдерживать себя. Ты беспокоишься за тех, кого любишь, и не хочешь, чтобы они снова страдали. А когда придет время, ты сама все преодолеешь. Как и мы. И уж тем более когда мы вместе.

— Вот как… — Вика чуть улыбнулась. — Теперь мне чуточку спокойнее. Спасибо, Юта.

— Ну и славно.

Вика поплотнее ко мне прижалась и закрыла глаза.

— Я полежу так еще немного.

Стоящая за углом Рита улыбнулась, послушав наш разговор, и тихо ушла на кухню.

Время неумолимо приближалось. До решающего часа оставался всего один день. Еще раз пришла Жива, чтобы дать последние инструкции. Также она сообщила, что в нужный момент сама перенесет нас на поле боя. Так мы не потеряем ни единой секунды. Предполагалось, что это произойдет, едва взойдет солнце.

Казалось бы, в последний день у нас должно быть много дел, подготовка там и все прочее, но мы совершенно не знали, чем себя занять. Мы просто сидели по комнатам и бездельничали. Так что, когда я предложил сходить погулять, сестры пожали плечами и согласились.

Накануне выпало много снега, плюс погода разгулялась на полную. Все вокруг блестело в лучах солнца, а легкий морозец несильно щипал кожу. Парк переполнял люд — не одни мы поддались искушению подышать чистым воздухом в этот чудесный день. Повсюду носилась ребятня, устраивая снежные бои. Я погрузился в воспоминания о том, как сам часто играл зимой в детстве, и потому для меня удар чем-то по голове стал полной неожиданностью. Я провел рукой по затылку, куда пришелся удар, и увидел, что она вся в снегу. Развернулся, и тут в грудь пришелся второй удар. Я посмотрел на снежное пятно на куртке, а потом на хитро улыбающуюся Вику, стоящую метрах в трех от меня.

— Хе-хе.

Пока я оторопело на нее взирал, девочка нагнулась, схватила пригоршню снега, слепила снежок и запустила в меня. Через пару секунд на куртке появилось еще одно пятно. Это привело меня в чувство.

— Ах ты…

Я отряхнулся и в ответ тоже запустил в Вику снежком, но она с легкостью увернулась. После чего насмешливо показала мне язык. Я прищурился и ринулся в атаку. Рита стояла в сторонке и благодушно наблюдала, как мы швыряемся снежками друг в друга. Но так продолжалось до тех пор, пока ей самой не угодил один прямо в лицо.

Рита медленно убрала с лица снег, взглянула на довольную сестру, демонстративно похрустела пальцами и воскликнула:

— Напросилась!

И грянула баталия. Мы остервенело кидались снежками, пытаясь слепить их как можно быстрее. Но это часто влияло на точность, а порой и вовсе снежок рассыпался в руках. Так как каждый был сам за себя, приходилось зорко следить за противниками, иначе в тебя немедленно прилетала атака. Малейшее промедление вызывало попадание. Снежки летали во все стороны, отчего к нам не спешили приближаться.