Леонид Дюк - Теория поля

– Ну так вот. Это мелочь, но она хорошо демонстрирует мои мысли на конкретном примере. Я, конечно, могу спросить дорогу. Но даже в таком ничтожном деле я не хочу никого обременять своей проблемой. Ведь никто не обязан мне помогать. Более того, никто даже не обязан со мной разговаривать. Возможно, человек вышел погулять, он занят своими мыслями, решает в голове важную проблему. Важную для него. А тут я со своими вопросами. Не хочу никого напрягать, не хочу ни от кого зависеть, не хочу ни у кого одалживаться.

– Значит, ты никогда ни у кого ничего не просишь и никогда никому не помогаешь сам?

– Нет, это не так. Я с удовольствием могу попросить человека об одолжении, но только если уверен, что он выполнит мою просьбу с удовольствием. Так же и я. Мне будет приятно оказать услугу человеку, который мне симпатичен. Но я это сделаю не для него. Я это сделаю исключительно для себя. Раз мне приятно, значит, лично я получаю удовольствие от процесса. Что поделать, не могу ни в чем отказать себе любимому.

– А массаж ты сейчас для меня делаешь или для себя?

– Для тебя. Но я бы не делал его, если бы мне было это неприятно.

– Ты никогда не делаешь того, чего не хочется?

– К сожалению, это невозможно. Довольно часто приходится переступать через себя. Иначе в этом мире не выжить.

– Знаешь, все-таки хотелось бы иногда почувствовать, что любимый готов ради тебя на любые жертвы.

– Так и есть. Я готов для тебя на любые жертвы. Потому что ты слишком дорога мне. Я не представляю своей жизни без тебя. Именно поэтому. То есть, если разобраться, я сделаю все для тебя, но ради себя. Знаешь, мне очень нравится одно высказывание кого-то из прежних мудрецов. К сожалению, не помню, чье именно. «Самое изысканное наслаждение состоит в том, чтобы доставлять наслаждение другим!» [58] Жан Де Лабрюйер

– Любопытно. Скажи, а ты тщеславен? Ты ждешь награду за свои добрые поступки?

– Я не тщеславен. Нет, конечно, мне будет приятно, если общество оценит мои достоинства. При условии, что оценит справедливо. Не приписывая лишнего, не вознося до небес и не провозглашая незаслуженных дифирамбов. Но для меня гораздо важнее моя собственная оценка. Она значит для меня гораздо больше, чем все другие вместе взятые. Сколько бы мне ни льстила толпа, в бочке меда ее восхищений всегда будет присутствовать ложка дегтя моих личных сомнений. Поверь, при всей моей кажущейся самовлюбленности, снобизме или самоуверенности я очень критически отношусь к себе, к своим способностям и своим достижениям. Поэтому я не хотел бы стать кумиром народных масс. Возможно, на некоторое время мне понравится, но наверняка быстро надоест.

– Ты такой умный! Никогда не понимала, за что ты можешь любить меня, и всегда боюсь, что рано или поздно я тебе надоем.

– Ну, во-первых, ты склонна принижать свои достоинства, а во-вторых, как сказал мой любимый писатель Маркес, «я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда рядом с тобой». Мне так нравится этот афоризм, потому что он удивительно точно передает мои собственные ощущения. И вообще, я считаю, если хочешь, чтобы тебя любили, то не стоит демонстрировать собственные достоинства, нужно сделать так, чтобы предмету твоих вожделений было приятно и комфортно рядом с тобой. То же самое относится и к снобизму.

– Что ты имеешь в виду?

– Почему, если мне неприятно чье-то общество, меня называют снобом? Ведь я имею полное право общаться с теми, с кем мне нравится это делать, и избегать тех, кто вызывает у меня отрицательные эмоции. Я считаю, что это не моя проблема. Это проблема другой стороны. Коль уж они так переживают, пусть покопаются в себе. И сделают так, чтобы я сам испытывал потребность общения с ними.

– Ты считаешь это правильным?

– Да. Только так, и никак иначе!

Без малого полтора года пролетело с того момента, как Козырев занимал должность директора по развитию и инновационным проектам в «Меркурии». Коллектив подобрался молодой и дружный, даже среди высокого руководства. Линерштейнам удалось создать в компании не только демократичную, но и теплую, почти домашнюю атмосферу. Они не жалели средств на удобные и комфортные условия работы, обеспечивали работников всем необходимым, но и строго спрашивали за результат. Любой сотрудник, искренне настроенный на эффективную работу, обязательно получал поддержку и поощрение своих инициатив, мог рассчитывать на внушительные премии и быстрый карьерный рост. Несмотря на семейный характер бизнеса, продвижение по службе получали только самые достойные, без оглядки на любые родственные отношения. С бездарями, лентяями и прочими бездельниками расставались без сожаления. Поэтому каждый выкладывался по полной и постоянно чувствовал за спиной поддержку мощной организации. Немудрено, что и свободное время многие стремились проводить вместе.

Козырев редко принимал участие в массовых корпоративах, но Линерштейн-младший знал, чем заманить друга, – он вспомнил о давней мечте Арсения и решил собрать молодых руководителей, чтобы совершить прыжок с парашютом.

Для Арсения парашют и вправду был мечтой детства. Устоять против соблазна он не смог. Плюс веселая, дружная компания. Еще в четвертом классе школы, записавшись в секцию парашютного многоборья, он страстно желал испытать ощущение свободного полета, но к первым прыжкам допускались лишь восьмиклассники. Целый год он честно бегал, плавал и стрелял, но слишком уж отдаленной казалась ему тогда перспектива совершить задуманное. Так и не дождавшись прыжка, он бросил секцию.

Для прыжков выбрали аэроклуб недалеко от подмосковного Чехова. Поскольку Козырев жил в пригороде, причем как раз в нужном направлении, то и добрался он чуть раньше остальных, уютно расположился на небольшой скамеечке поблизости от автостоянки, в тени кроны раскидистого дерева в ожидании остальных. Ярко светило полуденное солнце, и, наслаждаясь редким выходным днем, молодой мужчина с удовольствием млел под его ласковыми лучами.

Состав участников сегодняшней вылазки он не знал, но наверняка был знаком с многими из них. Что ж, тем приятнее будет встреча. Козырев, войдя в совет директоров, уже давно не появлялся в подразделении холдинга, возглавляемым Алексеем, и успел соскучиться по многим своим бывшим сослуживцам.

Вскоре подъехали две знакомые машины, из которых бодро выскочили шесть человек. Заметив Арсения, они с радостными криками бросились к нему, громко галдя, наперебой приветствуя и обнимая. Последним подошел Алексей, рядом с ним чинно шествовала незнакомая девушка. Тепло пожав руку друга, он с серьезным видом представил свою спутницу:

– Познакомься, это Александра. Ты ее, наверное, не помнишь. Она еще при тебе работала в отделе маркетинга, а недавно стала его руководителем.