Гордон Диксон - Путь Пилигрима

- Подойди,- вымолвил Лит Ахн.

Другая команда из словаря чужаков, обычно понятная людям. Мария сразу откликнулась, выйдя вперед, как научил ее Шейн, и остановившись на расстоянии трех ала-агских шагов от внешнего края стола Первого Капитана.

Лит Ахн ничего не сказал, но это молчание обрадовало Шейна не меньше, чем слово одобрения от человека в подобной ситуации.

– Мне сказали, что ты - здоровый зверь. Он понимает эти слова, Шейн-зверь?

– Не думаю, непогрешимый господин.

– Тогда скажи ей это на ее языке.

– Первый Капитан говорит, что ему сказали, будто ты здоровый зверь,- проговорил Шейн по-английски.

– Я всегда была здоровой,- ответила Мария, тоже по-английски.

– Этот зверь, непогрешимый господин, говорит, что всегда был здоровым.

– Хорошо. Пусть он скажет мне несколько фраз на истинном языке.

– Первый Капитан приказывает тебе продемонстрировать свои знания, сказав некоторые вещи из того, что ты знаешь по-алаагски.

– Может ли этот зверь быть вам полезен, непогрешимый господин?

– Хорошо. Продолжай,- сказал Лит Ахн, ибо Мария остановилась после первой фразы, очевидно, ожидая ответа.

– Просто продолжай говорить по-алаагски, пока тебе не велят остановиться,- произнес Шейн по-английски.

– Этот зверь - невинный зверь…погрешимый господин. Этот зверь немедленно уйдет. Этот зверь не понимает истинного языка. Этот зверь слушает и повинуется. Этот зверь не знает здешних зверей и никогда не видел этих зверей раньше. Этот зверь не знает, куда его пошлет…по-грешимый господин. Единственное желание этого зверя - подчиняться господину и всем персонам истинной расы…

– Достаточно,- проговорил Лит Ахн. Мария, к радости Шейна, сразу же поняла и замолчала.- Интересное выступление одного из зверей, никогда не обучавшегося речи и хорошим манерам. Что он будет делать, если мы просто отправим его обратно туда, откуда взяли, Шейн-зверь?

– Не знаю, непогрешимый господин. Полагаю, будет работать, как и раньше это делал, среди скота, не имеющего непосредственных контактов с истинными персонами.

– Это будет означать зря потраченные усилия.- Лит Ахн неподвижно сидел в полной тишине добрых полминуты.- Но возникает проблема. Вчера я собирался сообщить тебе, что надо немедленно начинать исследования в других регионах этой планеты - среди служащих блоков, аналогичных Блоку экспериментального проекта Лаа Эхона в Великобритании. Тебе будет сложно заниматься этими делами и одновременно продолжать обучать этого зверя, с тем чтобы понять, можно ли действительно добиться при этом хороших результатов в освоении истинного языка. Если только…- Лит Ахн снова замолчал. Шейн стоял, столь же неподвижный и безучастный, как и его хозяин.-…если только, конечно,- продолжал Лит Ахн,- не взять его с собой, чтобы обучать в пути. Я могу назначить его твоим особым ассистентом. Но, может быть, такое обучение займет слишком много времени, отведенного для твоего главного задания по исследованию городов и штата сотрудников? Поделись со мной своим мнением, Шейн-зверь.

– Этот зверь сделает все, что только пожелает непогрешимый господин. Проблем не будет.

– А-а. Ну хорошо,- сказал Лит Ахн,- Тогда лучше тебе взять его с собой в твое жилище. А я отдам распоряжения в отношении всего остального, включая дополнительное размещение и корм. Мне было бы очень интересно посмотреть, как он усовершенствуется в истинном языке - если он и в самом деле способен на это. Вы можете оба идти. Скажи это ему, Шейн-зверь,- и, наверное, тебе пора стать видимым для него.

Колеблющаяся воздушная завеса перед Шейном пропала. Мария уже сделала один церемониальный шаг назад, но еще не повернулась к двери. Она восприняла неожиданное появление Шейна, не выказав удивления, повернулась и пошла к выходу.

– Пойдешь за мной следом,- торопливо проговорил Шейн ей в спину по-английски; в то время как ее понимание слов Лит Ахна, а также правил цивилизованного поведения учитывалось в ее пользу с точки зрения благосклонности Первого Капитана, самому Шейну было дан приказ, которым он был не вправе пренебречь только потому, что он сделался ненужным. Он быстро подошел к Марии, когда она остановилась, и она пошла за ним следом.

Как только они вышли в коридор, от дальней его стены отделились фигуры двух охранников, приведших Марию в кабинет.

– Этот зверь передан под мою ответственность,- быстро проговорил Шейн.- Первый Капитан как раз сейчас отдает распоряжение; вы получите подтверждение через наушники. Но чтобы вы не волновались, я отведу ее в свое жилище, и если что-то неясно, можете следовать за нами.

Двое заколебались. Им сказали, что они отвечают за Марию, и это имело силу приказа от одного из офицеров-людей. Первый Капитан также отдал им приказ - ждать снаружи, но вот этот маленький ублюдок - похоже, один из компании переводчиков, любимчиков начальства, только что сообщил им о других приказах, которые наверняка будут проверены, так что вряд ли это вранье. Охранники раздумывали, но мысль о том, что последний приказ отдан алаагом - самым главным из них - оказалась решающим фактором. Немыслимо было не подчиниться Лит Ахну.

Они отступили назад и смотрели, как Шейн с Марией уходят.

– В чем дело? Что происходит? - прошептала Мария по-итальянски, когда они оказались вне пределов слышимости охранников.

Шейн нахмурился, надеясь, что она поймет его мимику правильно, как предупреждение не разговаривать, и ругая себя за то, что не позаботился сказать ей о том, что в зоне Первого Капитана у коридоров есть глаза и уши.

– Мне было поручено непогрешимым Первым Капитаном снабдить тебя большим количеством инструкций,- сказал он по-английски как можно более напыщенно.- Начнем сразу, как прибудем на место назначения.

Лицо Марии на долю секунды осветилось пониманием, потом опять стало бесстрастным, как это было в кабинете Лит Ахна. В молчании дошли они до двери комнаты Шейна. Открыв ее, он впустил Марию внутрь.

– Сюрприз! - воскликнула Сильви Онджин, вскакивая с дивана.- Я услышала, что ты приехал, и подумала…

Она запнулась, глядя на Марию. Мария, сделавшая лишь пару шагов, остановилась как вкопанная и оглянулась назад.

На мгновение в комнате воцарилось неловкое молчание.

– Мария, это Сильви Онджин из Корпуса курьеров-переводчиков,- сказал Шейн.- Сильви, это Мария Казана, только что назначенная Лит Ахном моим особым ассистентом в предстоящих поездках.

Мария и Сильви изучали друг друга. В глазах Шейна они представляли разительный контраст. Рядом с Марией хрупкая фигура Сильви с узкими бедрами и маленькой грудью казалась чрезмерно худощавой. В то же время темные волосы и полное тело делали Марию почти что пышной по сравнению с более хрупкой женщиной. Без сомнения, Мария обладала большей природной красотой, и все это в сочетании с ее ростом и формами давало ей преимущество перед Сильви.