Сборник - Фантастика, 1979 год
- Название:Фантастика, 1979 год
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сборник - Фантастика, 1979 год краткое содержание
Главная тема традиционного сборника произведений советских писателей-фантастов - время, человек и его дело. В разделе “Школа мастеров” публикуется фантастическая сказка Василия Шукшина “До третьих петухов”. Читатель познакомится также с творчеством молодых авторов, делающих первые шаги в большой литературе. В разделе “Грани будущего” выступают писатель А. Казанцев и известный советский специалист по прогнозированию профессор Г. Хромушин.
Фантастика, 1979 год - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Черт-стражник захихикал ему в спину.
– Агафангел… - сказал он, смеясь. - И назовут же! Уж скорей -”Агавинус”. Или просто “Вермут”.
– Што же это, братцы, случилось-то с вами? - спросил Иван, подсаживаясь к монахам. - Выгнали?
– Выгнали, - вздохнул один седобородый. - Да как выгнали! Пиночьями, вот как выгнали! Взашей попросили.
– Беда, беда, - тихо молвил другой. - Вот уж беда так беда: небывалая. Отродясь такой не видывали.
– Надо терпеть, - откликнулся совсем ветхий старичок и слабо высморкался. - Укрепиться и терпеть.
– Да что же терпеть-то?! Надо же что-то делать!
– Молодой ты, - урезонили его. - Потому и шумишь. Будешь постарше - не будешь шуметь. Што делать? Што тут сделаешь - вишь, сила какая!
– Это нам за грехи наши.
– За грехи, за грехи… Надо терпеть.
– Будем терпеть.
Иван с силой, зло стукнул кулаком себя по колену. И сказал горько: - Где была моя голова дурная?! Где она была, тыква?! Я виноватый, братцы, я виноватый! Я подкузьмил вам. На мне грех.
– Ну, ну, ну, - стали его успокаивать. - Что ты? Эка как тебя сграбастало. Чего ты?
– Эх-х!… - сокрушался Иван. И даже заплакал. - Сколько же я на душу взял… за один-то поход! Как же мне тяжко!…
– Ну, ну… Не казнись, не надо. Что теперь сделаешь? Надо терпеть, милок.
Тут вышел из ворот Изящный черт и обратился ко всем.
– Мужики, - сказал он, - есть халтура! Кто хочет заработать?
– Ну? А чего такое? - зашевелились монахи. - Чего надо-то?
– У вас там портреты висят… в несколько рядов…
– Иконы.
– А?
– Святые наши, какие портреты?
– Их надо переписать, они устарели.
Монахи опешили.
– И кого же заместо их писать? - тихо спросил самый старый монах.
– Нас.
Теперь уж все смолкли. И долго молчали.
– Гром небесный, - сказал старый монах. - Вот она, кара-то.
– Ну? - торопил Изящный черт. - Есть мастера? Заплатим прилично… Все равно ведь без дела сидите.
– Бей их! - закричал вдруг один монах. И несколько человек вскочили… И кинулись на черта, но тот быстро вбежал в ворота, за стражника. А к стражнику в момент подстроились другие черти и выставили вперед пики. Монахи остановились.
– Какие вы все же… грубые, - сказал им Изящный черт из-за частокола. - Невоспитанные. Воспитывать да воспитывать вас… Дикари. Пошехонь. Ничего, мы за вас теперь возьмемся. - И он ушел. И только он ушел, в глубине монастыря опять грянула музыка… И послышался звонкий перестук копыт по булыжнику - черти били на площади массовую чечетку.
Иван взялся за голову и пошел прочь.
Шел он по лесу, а его все преследовала, догоняла, стегала окаянная музыка, чертячий пляс. Шел Иван и плакал - так горько было на душе, так мерзко.
Сел он на ту же поваленную лесину, на какой сидел прошлый раз.
Сел и задумался.
Сзади подошел Медведь и тоже присел.
– Ну, сходил? - спросил он.
– Сходил, - откликнулся Иван. - Лучше бы не ходил…
– Что? Не дали справку?
Иван только махнул, не стал говорить - больно было говорить.
Медведь прислушался к далекой музыке… И все понял без слов.
– Эти… - сказал он. - Все пляшут?
– Где пляшут-то? В монастыре пляшут-то!
– Ох, мать честная! - изумился Медведь. - Прошли?
– Прошли.
– Ну, все, - сказал Медведь обреченно, - надо уходить. Я так и знал, что пройдут.
Они помолчали.
– Слушай, - заговорил Медведь, - ты там ближе к городу… Какие условия в цирке?
– Вроде ничего… Я, правда, не шибко знаю, но так, слышно, ничего.
– Как насчет питания, интересно… Сколькиразовое?
– Шут его знаешь. Хочешь в цирк?
– Ну а что делать-то? Хочешь не хочешь - пойдешь. Куда больше?
– Да… - вздохнул Иван. - Дела.
– Сильно безобразничают? - спросил Медведь, закуривая. - Эти-то?
– А что же… смотреть, что ли, будут!
– Это уж… не для того старались. Погарцуют теперь. Тьфу, в душу мать-то совсем!… - Медведь закашлялся. До. го с хрипом кашлял. - Еще откажут вот… в цирке-то - собрался. Забракуют. Легкие как тряпки стали. Бывало, пробку вышибал - с оглоблю толщиной вылетала, а давеча за коровой погнался… кхо, кхо, кхох… с версту пробежал и язык высунул. А там небось тяжести надо подымать.
– Там надо на задних лапах ходить, - сказал Иван.
– Зачем? - не понял Медведь.
– Да что же ты, не знаешь, что ли? Тех и кормят, кто на задних лапах умеет. Любая собака знает…
– Да какой интерес-то?
– Это уж я не знаю.
Медведь задумался. Долго молчал.
– Ну и ну, - сказал.
– У тебя семья-то есть? - поинтересовался Иван.
– Где! - горько, с отчаянием воскликнул Михаиле Иванович. - Разогнал. Напился, начал буянить-то - они все разбежались. Где теперь, сам не знаю. - Он еще помолчал.
И вдруг встал и рявкнул: - Ну, курва! Напьюсь водки, возьму оглоблю и пойду крушить монастырь!
– Зачем же монастырь-то?
– Они же там!
– Нет, Михаиле Иваныч… не надо. Да ты и не попадешь туда.
Михаил Иваныч сел и трясущимися лапами стал закуривать.
– Ты не пьешь? - спросил.
– Нет.
– Зря, - зло сказал Михаиле Иваныч. - Легче становится. Хошь, научу?
– Нет, - решительно сказал Иван. - Я пробовал - она горькая.
– Кто?
– Водка-то.
Михаиле Иваныч оглушительно захохотал… И хлопнул Ивана по плечу.
– Эх, дите ты, дите!… Чистое дите, ей-богу. А то научу?
– Нет. - Иван поднялся с лесины. - Пойду: время осталось с гулькин нос. - Прощай.
– Прощай, - сказал Медведь.
И они разошлись в разные стороны.
И пришел Иван к избушке Бабы-Яги. И хотел уж было мимо протопать, как услышал - зовут: - Иванушка, а Иванушка! Что же мимо-то?
Оглянулся Иван - никого.
– Да ведь здесь я, - опять голос, - в сортире!
Видит Иван - сортир, а на двери - замок пудовый. А голос-то оттуда, из сортира.
– Кто там? - спросил Иван.
– Да я это, дочка Бабы-Яги… усатая-то, помнишь?
– Помню, как же. А чего ты там? Кто тебя?
– Выручи меня отсюда, Иванушка… Открой замок. На крылечке, под половиком, ключ, возьми его и открой. Потом расскажу все.
Иван нашел ключ, открыл замок. Усатая дочь Бабы-Яги выскочила из сортира к стала шипеть и плеваться.
– Вот как нынче с невестами-то!… Ну, змей!… Я тебе этого не прощу, я тебе устрою…
– Это Горыныч тебя туда законопатил?
– Горыныч… Тьфу, змей! Ладно, ладно… чердак в кубе, я тебе тоже придумаю гауптвахту, гад.
– За что он тебя? - спросил Иван.
– Спроси у него! Воспитывает. Полковника из себя изображает - на гауптвахту посадил. Слова лишнего не скажи! Дубина такая. - Дочка Бабы-Яги вдруг внимательно посмотрела на Ивана. - Слушай, - сказала она, - хочешь стать моим любовником? А?
Иван оторопел поначалу, но невольно оглядел усатую невесту: усатая-то она усатая, но остальное-то все при ней, и даже больше - и грудь, и все такое. Да и усы-то… это ведь… что значит усы? Темная полоска на губе, какие это, в сущности, усы, это не усы, а так - признак.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: