Дмитрий Гаврилов - Зов мастера

.. Запах гнилой рыбы преследовал меня до самой двери. Вот он, спасительный выход. С неожиданной для себя силой я рванула массивную медную ручку, чуть не сорвав тугую пружину. Вот и всё! Дверь яростно хлопнула за спиной. Я опёрлась на неё, переводя дух. Улица встретила приятной прохладой. Накрапывал мелкий затяжной дождик, рисуя на лужицах круги. Автомобили, выстроившись в вереницу, лениво тянулись к светофору, а пешеход, спрятав щёки в воротник, торопился пересечь широкую мостовую. Поздно! Взревели моторы. Хищно скалясь, выбросив клубы серого газа, машины устремились вперёд. Удар! Меня чуть не бросило на тротуар, но взмахнув руками я таки удержалась на ногах и ринулась прямо через улицу под недовольные гудки и визг тормозов. Если он преследует - погибнем оба. Дальше - как в замедленном кино. С шеи соскальзывает нитка, бесценные крохотные бусинки - оберег, подарок мужа - сыпятся на асфальт, обозначая мой путь, отскакивают и разлетаются под колеса легковых и грузовиков. Я беззащитна. Мне не скрыться. Каким-то чудом я оказываюсь на той стороне. Оглядываюсь - непрерывный поток машин скрывает меня от чужака. В желании спрятаться понадёжнее я вбегаю в черный дверной проём, над которым вывеска "Металлоремонт". Я много раз бывала тут, то зонт поломан, то ключ потеряла... Но только в минуты, когда все чувства обострены, мир видится человеку в истинном свете. Чуть ли не носом упираюсь в зеленоватую мраморную доску, на которой то ли медью, то ли золотом выведены такие слова: "Здесь в 1918 году держал практику врач Михаил Афанасьевич Булгаков, создатель романа "Мастер и Маргарита"". В театр я, понятно не вернулась. А вечером звонит Игорь. - Знаешь, - говорит, - они хотели Света, но я согласился на Тьму. Думаю, что на одну ночь Им можно уступить... - Кому это Им? - спрашиваю. - Сама знаешь, им - Персонажам... - говорит еле слышно, а потом бодрится. - Всё-таки деньги немалые, а у нас гастроли на носу. Его понесло: про какие-то Святые горы, про готовый сценарий "Война и мир", и про то, что играть, наряжаясь в Их исконные, персонажей, одежды. Я не стала его отговаривать. Чертовщине самое место на границе Тьмы и Света, именно там, где они сталкиваются без посредников, творится чародейство. Может, это и нужно Ему - Мастеру? Вот и всё. Завтра спектакль, но мне не играть Геллу. Не советую никому очутиться меж Тьмой и Светом, пусть это так заманчиво подчас. Теперь я уверена, лицедеям и писателям вечно пребывать в чистилище, ибо никогда мера зла, что они привнесли в этот мир, не уравновесится мерой добра.