Дим Край - Идеaльный мир

Клуб Легарт впечатлял своими размерами.

Сиф провела мне коротенькую экскурсию — знакомство с клубом. Я насчитал три здания на территории клуба. Один, самый большой, 12-ти этажный главный корпус в виде башни, возвышался над двумя другими корпусами клуба. На каждом этаже главного корпуса размещалось четыре комнаты и один-два больших зала. Второй — трехэтажный дом с просторным гаражом для 8 мобилей. А третий — 5 этажный с тёмными впадинами на верхних этажах, видать, ещё не достроенный корпус. В добавок к трём корпусам, как бонус, отдельно росли 4 маленьких коттеджа малой группой чуть в сторонке. Неправильно сказать, что они 'маленькие', всё же двухэтажные, с высокой мансардой коттеджи. Просто по меркам альверцев… маленькие, в общем. Между всеми этими зданиями был двор: такой широкий, ухоженный двор с кустами, с прямыми устеленными мраморными плитками тропинками между зданиями и коттеджами. Вся территория клуба составляла 13 акров. Весьма большой участок земли, если подумать. Из главного корпуса с верхнего уровня можно было видеть речку Биалезон. Но в темноте я ничего не разглядел и поверил наслово — что там течёт речка. Сам клуб находился невдалеке от центра деревни Варцей, всего в каком-то квартале.

Мы поднялись на самый вверх главного корпуса и там уселись за широкие мягкие красные диваны. Начали знакомиться. Очень активно меня знакомили со всеми участниками клуба. Всего присутствовало человек 20, или около того. Среди участников были как местные — из Варцея и Биалезона, так и хорошо знакомые мне лица из города Урвальда. Рассказали историю создания клуба. Ввели в курс дела.

Клуб решили основать в столь отдалении от Урвальда, потому что земля в большом городе стоит дороговато. А здесь, вроде как, дешевле получается. Да и друзей здесь оказывается у Сифиль немало. Поэтому три земных года назад, Сифиль купила участок и основала здесь клуб. Назвала его символично — 'Легарт', что с битрийского языка (оказывается, есть такой язык, о чём я даже не знал) переводится как 'берег'. На самом деле, клуб находился на берегу речки Биалезон. Насколько я правильно понял, клуб этот выполняет роль некой дачи, которую 'срубили' коллективом для совместного отдыха и веселья. В выходные дни, также в отпуска участники клуба посещают эту дачу регулярно: на различные увеселительные мероприятия, гулянки, пикники, попойки, просто подышать чистым воздухом приезжают из Урвальда. Впрочем, он везде чистый, как я успел заметить, даже в большом городе. Однако меня долго пытались уверить, что в сердце биалезонского леса воздух наичистейший. Я не стал спорить — вам видней. Комнат, просторных залов, помещений с разным убранством для хорошего времяпрепровождения здесь предостаточно. Есть здесь также рабочие помещения. Какую функцию они выполняют, для меня осталось загадкой…

Какая-то девица, имя которой я не успел запомнить, нескромно намекнула, что здесь есть несколько комнат любви. Но Сиф на неё строго покосилась, и та не стала развивать тему. Мои новые знания мне подсказали, что в таких комнатах как раз можно заниматься тем, о чём я подумал.

Также я узнал некоторые обычаи альверцев, и это меня начало немного смущать. Из-за безумной ночной жары, а земля остывала на Битурте медленно, все предпочитали ходить по территории клуба в купальниках. Все парни и некоторые особо смелые девицы ходили вообще топлес. Действительно духота. К тому же в пятиэтажном недостроенном корпусе был офигительных размеров бассейн. Все его любили, почитали и почти не выползали из него, просиживаясь в прохладных водах всё свободное время. Поэтому остаток вечера мы провели именно в бассейне, прохлаждаясь лимонадными напитками с непонятным видом алкоголя, купались, брызгались… в общем, веселились как ребята в детском саду.

За прошедшие два часа я достаточно сильно накачался 'лимонадом' — и чувствовал себя ну очень хорошо и расслаблено. Ко мне лезли в обнимку целоваться девки, но Сиф их отгоняла, говорила, что нельзя так с гостями. Я же говорил: 'Почему? Можно! Я разрешаю' Потом, подумал, может, я понравился Сифиль, вот и не подпускает никого. От этой мысли мне ещё пуще похорошело…

Как ни странно, я размышлял словно трезвый, мысли не путались, голова не кружилась, как это обычно происходит, язык не заплетался в пьяном бреду… Но блин, как же хорошо здесь! Чувствую себя так непринуждённо, словно испытываю бесконечное счастье. В бассейне решился раздеться до трусов и окунуться. Девушки восхищённо и удивлённо воскликнули. Альверцы не имеют никакого растительного покрова на коже, за исключением волос на голове. Да и те могут оказаться париками, как мне кажется, уж слишком волосы блестящие, прямые и длинные у всех, включая парней. Поэтому мою волосатую грудь, да ноги, может быть, все видели впервые.

Так продолжалось ещё пару часов. За это время я многое узнал об особенностях жизни альверцев, переговаривая с каждым понемногу. Все были рады поговорить со мной. Но ещё больше хотели узнать, почти как Отан Виевин, как там, в далёком прошлом? Упуская тяжёлые случаи жизни, такие как войны и терроризм, иначе это их шокирует, я многое интересного поведал о своём мире, чему сам поразился. Чаще общался с Сифиль. Ведь именно ей было поручено следить за мной и не терять из виду. От альверцев я узнал, что подружиться с каждым можно легко и непринуждённо, что лимонад содержит в себе ингредиент, возбуждающий гормоны счастья, оттого мне так весело и хорошо сейчас. Рассказали, что живут все не бедно, но и не богато. Нет аристократов и олигархов, даже удивительно. В общем люди живут в коммунизме, в лучшем его проявлении, правда не коммунизм это у них называется, а, интересное название, 'Эльтония', то есть власть — рабочим. Те, кто не работает — имеет меньше прав соответственно. А кто работает не покладая рук — тот бог и господин, тому почёт и уважение.

Я поинтересовался, что у них за работа такая, ведь всё могут за них делать роботы и автоматизированные механизмы. И в самом деле, всю физическую работу отдают на откуп механизмам, в редких случаях доверяют спецам. А умственную работу обязательно должны выполнять люди. Таков уж порядок. И главное — не отлынивать. Нет, ни в коем случае! За это могут строго наказать.

Наконец, все начали расходиться. Кто-то из местных поехал в город. Кто-то пошёл в главный корпус, там есть спальные комнаты — искать себе место для сна. Мне объяснили, что спальных мест здесь в достатке, а для меня уже подготовили аж целый коттедж. Причём не для меня одного, а вместе с Сифиль. Чему я был несказанно рад.

Вскоре, мы ушли с Сифиль в отдельный коттедж. В коттедже было всё: и кухня, и столовая, и большой гостиный зал с огромным на всю стену трёхмерным теликом. Я уселся смотреть, чего показывают по телевидению. Благо, знаю как включать/выключать технику. Но уже через пару минут понял, что включать-то я, конечно, умею, но вот управлять потоком информации — не знаю как… Телевидение не имело привычных для меня каналов. Телевидение — это был сам по себе единый канал, причём государственный. Внутри телевидения, оказывается, можно двигаться, перемещаться, как в трёхмерном пространстве и переходить от одного репортажа к другому, переключиться к документальным обзорам, например к узнавать о достопримечательностях какого-либо города, участвовать в викторинах и телепередачах, смотреть фильм, а точнее погрузиться в него, и не с середины, как это обычно происходит, когда врубаешь ящик, приходя поздно вечером, а начать просмотр с самого начала. Ещё интересно то, что фильмы можно смотреть с любого ракурса, с любого уголка, и даже со взгляда любого действующего лица. Причём можно пообщаться с главными героями, поспорить с ними, посовещаться. Предложить свои решения развития сценария. Они, конечно, подумают, почешут репу, авось и решаться на предложенное безумие… Это всё мне рассказала Сифиль, усевшись рядом на диван, когда увидела, что я ничего не могу сообразить. Я ошарашено её слушал и пытался хоть что-то понять. К сожалению, я лишь понял, что телевидение мне сходу не осилить и его изучение продлится далеко не один день.