Коллектив авторов - Полдень, XXI век (апрель 2012)
- Название:Полдень, XXI век (апрель 2012)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент «Вокруг Света»30ee525f-7c83-102c-8f2e-edc40df1930e
- Год:2012
- Город:Москва
- ISBN:978-5-98652-404-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Коллектив авторов - Полдень, XXI век (апрель 2012) краткое содержание
В номер включены фантастические произведения: «Темные аллели» Герберта Ноткина, «Маскировка» Юрия Иванова, «Досчитать до ста» Владимира Венгловского, «Чёрная сторона зеркала» Александра Щёголева, «Время беглецов» Сергея Игнатьева, «Должник» Майка Гелприна, «Реквием на барабане» Юлия Буркина, «Контрольный выдох» Эдуарда Шаурова.
Полдень, XXI век (апрель 2012) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
– Бороду отращу.
– Не ёрничай – я что, часто так с тобой говорю? Часто? Я ненавижу пафос, меня им кормили насильно; я предпочту – и предпочел – цинизм, но цинизмом можно только пробавляться, им нельзя прожить, понимаешь? Не дает цинизм хлеба насущного на день сей, не дает… И цинизм – не хлеб. Понимаешь?
– Мне кажется, ты споришь не со мной, а с кем-то, с кем не доспорил раньше. Ведь я понимаю…
– Понимаешь ты!.. Новые родственники появились? Новая верность, да? Замечательно! А потом будет еще более новая – как это нет? Обязательно! Где эти твои мексиканские индейцы – тольтеки, ольтеки?
– Ольмеки.
– Забыты?.. Верность одна, сын, она или есть, или нет.
– Знаешь, папа…
– Знаю! Знаю, я тут не пример. Я уехал… убежал, да! Между прочим, и для тебя, чтобы ты, чистый, честный, никого и ничего не предававший, мог сейчас усмехнуться – перед тем как предать!
– Я не усмехаюсь… И я никому не давал клятв верности.
– Давал!.. Не знаешь. Кровь твоя давала, душа твоя клялась… Не слышишь, молод. Но я – слышу, я знаю. Я, циник, предатель и чилийский гражданин. Но дела свои, как ты мог заметить, веду в России, хотя там труднее и риски больше. А я ведь тоже клятв не давал. Бумажку одну мерзкую подписал, но не в ней дело…
– Какую бумажку? Ты не рассказывал.
– Согласие сотрудничать с ГБ. Почему? Испугался. И было чего… Тебе знакомо чувство бессилия? Когда вся твоя жизнь – в чужих бесцеремонных руках, а ты ничего не можешь сделать, ничего!.. Надеюсь, что не знакомо.
– Так ты хочешь, чтобы я его испытал?
– Дур-рак!.. Эх, ты…
– Извини, я не хотел тебя обидеть.
– Не хотел, не хотел… А что ты хотел для меня? Я, вообще-то, в твои расчеты и высокие планы жертвенного служения хоть каким-нибудь бочком вписываюсь? Или как? У меня, видишь ли, идиотская привычка сложилась хоть в полгода раз тебя видеть. У меня, как на грех, больше-то никого нет…
– Папа, ну ты же знаешь, я люблю тебя.
– Спаси-ибо! Утешил, как есть утешил. Пьеска такая есть, «Утешение № 3». Ну чего теперь еще. Всё в порядке. Ай лав ю – и пошли титры. И ты свободен, и можешь уйти за твою колючую проволоку, или за стену, из-за которой уже не выпускают. А я, старый, жалкий трус, я, видишь ли, туда не пойду, даже в вашем изолирующем скафандре, да и не пустят: с какой стати, я же не ученый… Ты – знаешь что… ты, может, как-нибудь так, слегка… убей меня перед уходом – тебе это там не повредит, там судов нет, там все уже и так приговорены…
– Отец, не ерничай и ты.
– Нет, я серьезно… Я, конечно, и сам смогу, но мне бы так было как-то спокойнее и… и… теплее, что ли…
– П-перестань! Я… я не хочу больше об этом говорить.
Странно, но в том будущем, которое так стремится к всеобщей унификации, к сглаживанию особенностей, к единым и универсальным протоколам, именно те, у кого на лбу написано «я – как все», окажутся неконкурентоспособными, исчезнут в массе; а не исчезнут как раз отличающиеся. Непохожесть, неповторимость, истинная оригинальность станет единственным пропуском в духовное существование, уже стала… Что? Что у них есть такого, чего нет у других? Чем выделяются? Художественным чутьем – да, многие. Легким отношением к жизни и смерти – большинство. Воровством – все. Это ли основа вечной жизни?.. Что же еще у них есть? Доброта – и жестокость. Изобретательность – и лень. Стремление к радости – и отсутствие инстинкта цели. Быстро схватывают и плохо учат. Горячо начинают и рано устают. Всё ненадежно. Это не скала и даже не глина, это – может быть, золотой, но – песок. Что на нем построишь? Его только добывать и обменивать на то, что построили другие, на другой земле…
– Юрий Филиппович…
– А-а!..
– Я вас напугал? Ай-яй-яй, вы о чем-то задумались, а я вошел не постучав…
– Я з-за-за…
– Закричите? Нежелательно, но если это вас успокоит, то пожалуйста. Ведь нас некому услышать. А нежелательно это потому, что вы вгоните себя в истерику.
– Я и т-т-так…
– Да, есть немного. Это беда людей с чрезмерно живым воображением, которым они не способны управлять. Но пока вы еще в состоянии слушать, послушайте. Как видите, избежать встречи со мной, спрятаться от меня вам не удалось; тут нужны навыки, у вас их нет. Заметьте это себе.
– 3-за-за-а…
– Зачем я пришел? Затем, чтобы попрощаться.
– 3-зачем вы з-залезали в паре? Мало убить – нужно еще з-залезть в душу?
– A-а, вы об этом. Как говорят у вас в Америке, ничего личного, только бизнес. Видите ли, недооценив поначалу воровскую квалификацию аборигенов, я сделал выводы и постарался не допустить повторения. Мне нужен был абсолютно надежный мобильный сейф, и душа вашего приятеля оказалась идеальным хранилищем, а вы – идеальным переносчиком. Как вы полагаете, у меня будут какие-нибудь неприятности с его акуаку?
– Н-надеюсь, что будут!
– О, да вы способны на ненависть! Ну, тогда вы небезнадежны. Может, еще повзрослеете. У вас есть такой шанс, поскольку, на ваше счастье, я не являюсь сотрудником спецслужб… Вам, кстати, не приходилось встречаться?
– Нет. Но я с-сталкивался с незаметной, неожиданно выползающей неизвестно откуда опасностью…
– Со змеями, вы хотите сказать? А змеи обычно не нападают на людей, если люди их не потревожат.
– Их нельзя не потревожить. Территорию, на которой они вылупились, они считают своей. И всё живое на ней их привлекает и тревожит. Пока оно живое.
– Змеи точно так же нужны для сохранения равновесия в природе.
– Когда видишь змею, об этом не думаешь. И кое-где они так расплодились, что уже бросаются друг на друга. А это признак нарушенного равновесия.
– Вам виднее, я не серпентолог. Я просто исследователь, который согласился выполнить некое деликатное поручение…
– Зачем?
– Я говорил, вы забыли. Я считаю это направление разработок неизбежным и жизненно важным. Это та же бомба, на взрывателе которой уже почти век балансирует мир. Надо сохранять баланс. Поэтому информация, которую волею случая вы получили, представляет для вас серьезную опасность. И при разглашении этой информации – а оно равно неприятно для всех! – вскрытие немедленно покажет, что вы здесь заразились неизлечимой болезнью, которая и привела…
– Мне сделаны прививки от всего на свете.
– И от обрезка трубы?.. Впрочем, не обязательно. Возможна изоляция. Скажем, пожизненная. Хотя труба все же вероятнее. Но вы ведь человек идеи. Так в чем идея вашего самопожертвования?
– Я всё расскажу, все узнают, и вас… их – остановят. И остров будет жить.
– Вы, однако, успели прочитать много русских сказок… Вы, вообще-то, знаете, что остров ждет гостей?
– Знаю! И знаю, какие гостинцы они везут. Новые чуписты готовы снова…
– Ой, Юрий Филиппович, это несерьезно. Конфетки, жвачки, сигаретки – да, используют, но только для пробных, пилотных экспериментов. Нет, сюда идет с официальным дружеским визитом один дружелюбный авианосец. Он не дойдет. По метеоусловиям. Но с его палубы поднимется своеобразно оборудованный самолет, чтобы официально и дружески облететь Зону и часть острова. Вот эту, где мы сейчас находимся. Облетит, немного полетает над ней – и улетит. И корабль уплывет: визит завершен.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: