Виталий Овчаров - Жестокие истины (Часть 1)
- Название:Жестокие истины (Часть 1)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Виталий Овчаров - Жестокие истины (Часть 1) краткое содержание
Жестокие истины (Часть 1) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
К вечеру на стенах начали жечь костры. Штурм был повсюду отбит. Убирали мертвецов. Перед тем, как свалить такого на телегу, прикладывали раскаленное железо, проверяли: не жив ли? Элиот спокойно поглядывал на эту жуткую суету. Он чувствовал запах горелого мяса, но даже не морщился. Было светло: в последнем своем отчаянном усилии подольники подожгли крышу на соседней башне, и теперь она пылала ровным ярким пламенем. Рядом с ним стояли и сидели другие ополченцы; почти никто не разговаривал. Ждали новой атаки подольников, и страстно надеялись, что ее, всё же, не случится.
Случилось иное.
-Подольники в городе!
Весть эта прилетела как искра с далекого пожара. Крича и размахивая руками, кравники бросились со стены - в город. Каждый теперь думал только о себе и своей семье. Одной фразы оказалось достаточно, чтобы сильное духом войско превратилось в неистовствующую толпу. Как ни драли командиры глотки всё было напрасно. Элиот, подхваченный общим безумием, тоже что-то орал и потрясал кулаками. Сзади напирая, наступли на пятки. Он кубарем скатился по лестнице, упал, схватив ртом снег. Встал, побежал, шатаясь...
Как выяснилось позже, Ангел главный свой удар нанес по Западным воротам. Здесь сосредоточились самые тяжелые осадные орудия, в том числе две гигантских башни на колесах. Правда, обе башни кравникам удалось поджечь. Но и это им не помогло. К исходу дня катапульты, собранные в кулак между Воротной и Крапивиной башнями, обрушили стену. Как только это произошло - в атаку ринулись тысячи гвардейцев Ангела. Плотно сбитое человеческое мессиво хрипя и воя, ворочалось в проломе, судорожно качалось то в одну, то в другую сторону. О мечах и копьях нечего было и думать: резались ножами, пускали в ход зубы, давили друг другу глотки. И всё же гвардейцы ворвались в город, пройдя по трупам его защитников. Следом в пролом хлынули другие подольники...
Бывает так: ты спишь, и видишь сон. И вдруг, безо всякой причины, всё твое сонное царство начинает падать, и ты соскальзываешь вниз по этой наклонной плоскости. Сначала чувствуешь удивление, затем страх, который перерастает в отчаяние... А плоскость стремительно опрокидывается в бездну, и когда ты понимаешь, что пропал - тело твое сотрясает дикая судорога. И - мгновенный переход ото сна к бодрствованию.
Примерно такое чувство и пришлось испытать Элиоту, когда он услышал роковые слова: подольники в городе! Только что он и рукой двинуть не мог - и вот мчится, забыв и об усталости, и о равнодушии, с одной только мыслью в голове: бежать! Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, от этой стены, от этих людей... У Гостинной площади в лицо Элиоту пахнуло горячим ветром: судя по вкусному запаху, пылали бочки с копченой сельдью Крестьянские телеги, запрудившие всю площадь, пылали тоже. Какие-то фигуры метались там: невозможно было понять, люди это, или животные. Дальше дороги не было.
Элиот остановился, прикрываясь ладонью от жаркого огня. Он снова начал соображать. И первая его связная мысль была - Альгеда. Что с ней?.. жива ли? Нынешним утром Элиот убедил себя, что Альгеда для него теперь - чужая. И вот он понял, что всё это было ложью, пустыми словами.
Он повернул назад. Сначала шел быстрой, подрагивающей походкой, потом не выдержал, и побежал. На Суходолку попал через какой-то темный переулок, забитый разным хламом. Здесь, в беспокойном факельном свете, в первый раз он увидел мародеров. С десяток солдат в желтых тулупах топорами высаживали двери богатого дома. Из верхних окон соседнего дома летели стулья и тряпье. Вдруг, из глубины его донесся женский визг, и следом прыщавый подольник выволок упирающуюся женщину. Другие бросили свое занятие и стали с интересом наблюдать за этой сценой.
-Засади ей, Полоскун!
-Не, браты, куда ему! Наш Полоскунчик стручком не дорос!
-Баба, ты ему нос куси! Га-га!
Женщина уцепилась руками за дверной косяк, и отчаянно визжала, в то время, как солдат тянул ее за пояс. Он чувствовал, что над ним смеются, и оттого озверел окончательно: бросил свою жертву, и рванул на ней сарафан. В прореху выпрыгнула большая желтая грудь - насильник по-волчьи впился в нее зубами.
Элиот невольно дернулся вперед. Его заметили.
-А ну стой, требуха грабенская! - закричали сразу несколько голосов.
Парень повернулся и помчался наутек.
-У-лю-лю-лю! - неслось ему вслед.
Его не преследовали: у мародеров нашлись дела и поинтереснее. Теперь Элиот не останавливался нигде. Сцена насилия убедила его, что такое может случиться и с Альгедой, и он бежал изо всех сил к дому Рона Стабаккера. Он не имеет права нигде задерживаться - что бы там ни происходило!
На Портовой улице звенело железо. Несколько десятков кравников, перегородив дорогу телегами, рубились с наседавшими хацелийцами. Элиоту пришлось сделать большой крюк, чтобы обойти место боя. При этом он едва не угодил под копыта обезумевшей лошади, которая промчалась совсем рядом, волоча по земле измочаленные оглобли. И снова - вымершие, погруженные во мрак, переулки... Он радовался этой темноте: она в одночасье сделалась его союзником и надежно скрывала от чужих глаз. Те островки света, которые попадались на пути, были охвачены лихорадочной суетой: солдаты Империи тащили награбленное, орали песни, вололкли упирающихся женщин. В снегу валялись неубранные трупы. Кравен был настолько велик, что большая часть подольников, перепившись водкой, грязной накипью осела в порту и на рыночных складах; до этих кварталов добрались только самые неугомонные. Но Элиот понимал, что такое будет продолжаться недолго: час, много - два. Скоро весь Кравен превратится в один общий сумасшедший дом. И поэтому, невзирая на усталость, он бежал изо всех сил. У него ноги сводило судорогой, когда он, наконец, добрался до Гальяновой улицы. Здесь пока была тишина - только собаки лаяли, чуя беду. Элиот, крадучись, пошел вдоль стен. Секиру он держал наготове: на всякий случай. Вот черной глыбой выдвинулся из мрака дом купца Рона Стабаккера. В окнах - ни огонька.
Элиот требовательно постучал ребристой рукоятью в ворота. С минуту ничего не происходило. Но вот скрипнула дверь и послышались торопливые шаги; и как будто, даже не одного человека. Открылось крохотное окошко, прорезанное в калитке:
-Кто там?
По голосу Элиот узнал кухарку.
-Отворяй, тетушка! - сказал он, - Это я, ученик господина Годара.
-Что вам надобно? - помолчав, спросила кухарка.
-У меня к госпоже дело!
Кухарка колебалась.
-Я спрошу! - сказала она, но как-то неуверенно.
По ту сторону ворот зашептались. Посовещавшись, дворовой консилиум принял, наконец, решение.
-Входи, головастик! - прогудел мужской голос, - Только не надо шутки шутить .
Элиот вошел в отворившуюся калитку, и тут же на его запястье сомкнулась чужая рука.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: