Фрэнк Херберт - Дюна

— Каждый человек имеет право на собственное суждение.

— Хорошо, что ты видишь причину, — сказал Стилгар. — Мы не можем задерживаться здесь и подвергать тебя испытанию, женщина. Ты понимаешь? Мы не хотим, чтобы перед нами маячила твоя тень. Я возьму мальчика-мужчину — твоего сына, и он будет пользоваться моей поддержкой, найдет убежище в моем племени. Но для тебя, женщина, я ничего не могу сделать. Это правило-истислах, применяемое в интересах большинства. Надеюсь, ты это понимаешь?

Пол сделал шаг вперед.

— О чем это вы толкуете?

Стилгар мельком взглянул на него и опять повернулся к Джессике.

— Если ты с раннего детства не приучена к тому, чтобы жить здесь, ты можешь принести гибель целому поколению. Мы не можем таскать бесполезный груз — это закон.

Джессика начала с того, что упала на землю в притворном обмороке. Такое поведение было вполне естественно для слабого пришельца из другого мира, и именно эта естественность замедлила реакцию противника. Увидев по положению его правого плеча, что он собирается вытащить оружие, она проделала серию молниеносных движений. Поворот, резкий удар, вихрь развевающихся плащей — и вот она уже у скалы, а высокий человек беспомощно лежит у ее ног.

При первом движении матери Пол отступил на два шага. Когда она напала на своего противника, он нырнул в тень. На его пути возник бородатый человек, метнувшийся вперед с оружием в руке. Пол вытянутой рукой нанес ему удар ниже груди, отступил в сторону и ребром ладони ударил его по шее, молниеносно выхватив у него оружие.

Оказавшись в тени, Пол полез по камням наверх, засунув оружие за пояс. Несмотря на незнакомую форму, он определил, что это пулевое оружие. Это объяснило ему, почему здесь не пользуются защитными полями. «Они сконцентрируют все внимание на матери и на том парне. Она сможет с ним справиться, я же должен достигнуть безопасного и удобного места, откуда смогу задержать их и дать ей время на побег».

До него донеслись резкие звуки щелкающих затворов, и вокруг него засвистели пули. Он скользнул за выступ скалы и оказался в естественном укрытии — вертикальной трещине. Он начал медленно продвигаться вверх, скользя спиной по одной стене, а ногами по другой. До него донесся голос Стилгара:

— Назад, ты, вшивая голова! Если ты подойдешь ближе, она сломает мне шею!

— Парень удрал, Стил! Что мы…

— Конечно же удрал! Полегче, женщина!..

— Вели им прекратить охоту на моего сына! — потребовала Джессика.

— Они прекратили, женщина, видишь? Великие боги! Почему ты не сказала, что ты — таинственная женщина-боец?

— Вели своим людям отойти, — сказала Джессика. — Вели им всем собраться на дне впадины, так, чтобы я могла их видеть… и можешь быть уверен, я знаю, сколько вас здесь.

«Сейчас самый сложный момент, — подумала она. — Но я надеюсь, что этот человек достаточно проницателен, и, значит, у нас есть шанс».

Продолжая лезть наверх, Пол обнаружил уступ, на котором можно было сидеть, наблюдая за впадиной. До него донесся голос Стилгара:

— А если я откажусь? Что тогда?.. Уф!.. Прекрати, женщина! Теперь мы не причиним тебе вреда. Великие боги! Если ты смогла сделать это с сильнейшим из нас, то ты стоишь в десять раз больше, чем твоя вода!

«Теперь испытание разума», — подумала Джессика. Она сказала:

— Ты спрашивал о Лизане ал-Гаибе…

— Ты можешь быть человеком из легенды, — сказал он. — Но я поверю в это только после испытания. Все, что я знаю сейчас, это то, что ты появилась на Арраки вместе с этим глупым герцогом, который… ой-е-ей!.. Женщина! Если ты убьешь меня, я ничего не смогу для вас сделать! Он был честным и храбрым, но глупо было подставлять себя под кулак Харконненов.

Джессика, помолчав, сказала:

— У него не было выбора. Но не будем спорить об этом. А лучше скажи своему человеку, который прячется за тем кустом, чтобы он перестал целиться в меня из своего оружия. Или я избавлю Вселенную от тебя, а потом и от него.

— Ты, там! — зарычал Стилгар. — Делай, как она говорит!

— Но, Стил…

— Делай, что она говорит, червелицый, плоскоголовый, мерзкий помет! Делай, или я сам помогу ей тебя уничтожить! Неужели ты не видишь, чего стоит эта женщина?!

Человек, сидящий в кустах, опустил оружие.

— Он повиновался, — сказал Стилгар.

— А теперь, — сказала Джессика, — объясни хорошенько своим людям, что я тебе нужна. Я не хочу, чтобы какой-нибудь горячий юнец допустил ошибку.

— Когда мы спускаемся в деревни и города, мы должны скрывать свое происхождение, смешиваясь с пеонами и захваченным народом, — сказал Стилгар. — Мы не носим оружия, ибо криснож — священен. Но ты — женщина, у тебя сверхъестественные возможности в битве. У нас были только слухи и много сомнений, но нельзя сомневаться в том, что видел собственными глазами. Ты одержала верх над вооруженным Свободным — это оружие, которое нельзя распознать.

При последних словах Стилгара из низины послышался звук движения.

— И если я соглашусь учить вас сверхъестественному способу?…

— Ты будешь пользоваться моей поддержкой, как и твой сын.

— Как мы можем быть уверенными, что все это правда?

Голос Стилгара утратил мягкие интонации, и в нем послышались нотки гордости.

— Да будет тебе известно, женщина, что мы здесь не носим бумаги и не подписываем контракты. Мы не даем по вечерам обещаний, которые нарушаются с рассветом. Когда мы говорим что-то — это и есть контракт. Как предводитель этих людей, я призываю их в свидетели. Учи нас этому сверхъестественному способу, и ты будешь пользоваться нашим уважением. Твоя вода смешается с нашей.

— Можешь ли ты говорить от имени всех Свободных?

— Сейчас — да! Но от имени всех Свободных может говорить только мой брат Льет. Я же обещаю вам только тайну. Мой народ не станет говорить о вас ни в одном другом сьетче. Харконнены силой вернули себе Дюну, и твой герцог мертв. Прошел слух, что вы с сыном оба погибли, попав в бурю. Охотник не ищет мертвых.

«Это — безопасность! — подумала Джессика. — Впрочем, у этих людей хорошо налажена связь, и они могут послать сообщение».

— Как я понимаю, за нашу поимку назначена награда, — сказала она. Стилгар промолчал, и она почти физически ощутила рой мыслей в его голове, чувствуя, как напряглись его мышцы под ее руками. Потом он сказал:

— Я могу лишь повторить мое слово, которое связало все племя. Теперь мои люди знают вашу ценность для нас. Что могут предложить за вас Харконнены? Нашу свободу? Ха! Ты же владеешь таква, а это дает нам больше, чем весь спайс в кладовых Харконненов!

— Тогда я научу вас этому способу драки, — сказала Джессика и почувствовала в своих словах вложенную в них ритуальную силу.

— Теперь ты отпустишь меня?