Raptor - Хо

Скворечник автобусной остановки своими облезлыми стенками напоминал среднестатистическую российскую пригородную остановку, без каких либо изысков — четыре бетонные стены с крышей, а внутри — грязь и затёртые лавочки. Приблизившись к убогой конструкции, Ольга сбавила шаг, и, почти крадучись, обошла её, не решаясь заглянуть внутрь. Когда она наконец собралась с духом, и заглянула в полутёмный закуток остановки, то вздрогнула и отступила назад. Внутри находились люди. Они сидели бесшумно и недвижимо, как изваяния.

— Всё в порядке, — успокоила её Лиша. — Они безобидны.

— Что они тут делают?

— Ждут.

— Что ждут? Автобус? Значит, автобусы здесь всё-таки ходят!

— Я не знаю, — нехотя ответила ящерка. — Может быть. Наверное. Не уверена.

— А тебе не кажется, что это знак. Это указание — подождать. До Заккума меня довезёт автобус. Ты говоришь, что здесь никогда не было дороги, значит, никогда не было и автобусов, из всего этого следует, что и дорогу, и остановку, и автобус кто-то поспешно сотворил для меня, понимаешь? И этот кто-то нам с тобой известен! Это — Хо! Оно уже знает, что я иду к нему, и помогает мне поскорее до него добраться. Оно тоже хочет со мной встретиться, а значит, готово к разговору. Следовательно, у меня есть реальный шанс убедить его. Договориться с ним!

— Ты сейчас кому это всё доказываешь? Кого ты пытаешься убедить? Меня? Или себя? — устало спросила Лиша.

Ольга смолкла.

— Ладно, не бери в голову. Будь что будет, — ящерка поглядела на людей сидевших в полумраке остановки. — Похоже, что они здесь сидят уже довольно давно. Взгляни на их землистые лица. Они похожи на мумий.

— Если они ждут — значит, уверены, что автобус придёт.

— Автобусы здесь не ходят. И не ходили никогда.

— А это ты слышишь? — Ольга восторженно подняла палец. — Слышишь?

Наконец-то, среди этой полновесной тишины возник настойчивый посторонний звук, походивший на гудение шмеля.

— Неужели машина? — насторожилась Лиша.

— Вон! Я вижу её! — указала Оля. — Едет прямо сюда. Моя теория подтверждается!

Вдали по дороге двигалась тёмная коробочка, изредка поблёскивающая на солнце, и производящая то самое гудение, долетающее до их слуха как бы с некоторым опозданием. По началу было трудно определить тип этого транспортного средства. На какое-то мгновение даже показалось, что это был грузовик. Но по мере его приближения стало предельно ясно, что это ни что иное, как самый настоящий автобус.

— Это он! Это он! Я же говорила! — подпрыгнула от радости Ольга.

— Не понимаю, чему ты радуешься, — Лиша становилась всё мрачнее. — Всё это неспроста. Тут есть подвох. Нельзя доверять Хо.

Люди на лавочке зашевелились, забормотали что-то нечленораздельное, зашуршали сумками и пакетами.

— Автобус быстро домчит нас до дерева. Ты представляешь, сколько времени мы сэкономим! — ликовала Вершинина.

— Скорость здесь не уместна. Ох, и тревожно мне, — ответила Лиша. — Приготовься, Ольга. Тебя ждёт новое испытание. Посложнее предыдущего.

Автобус постепенно приближался, на глазах увеличиваясь в размерах. Его тёмный корпус время от времени искажался в колеблющемся мареве полевого миража. Тем временем, люди, выходившие из нутра остановки, скапливались на обочине, не спуская жадных глаз с приближающейся машины. При беглом взгляде эту толпу можно было легко спутать с обычными рядовыми дачниками, возвращающимися в город со своих земельных участков.

Поскрипывая рессорами, автобус подкатил к остановке, мигнул поворотником, и, прижавшись к обочине, остановился. Двери с лязгом распахнулись, и из них тут же выпятились чьи-то тела, цепляющиеся буквально друг за друга.

— Го-осподи, сколько же их туда набилось! — в ужасе произнесла Ольга.

— Вот-вот, именно этого я и боялась, — ответила Лиша. — Ты намерена штурмовать этот автобус, или же дождёмся следующего?

— Я не могу рисковать. Следующего может не быть.

Потихоньку вдавливаясь в толпу, они начали протискиваться к дверям. Забираться в автобус было весьма непростым делом. Казалось, что он был забит до предела. Тела людей, находящихся внутри, выглядели буквально спрессованными. Сквозь мутные окна можно было рассмотреть, как плотно набиты в салоне пассажиры. Но Ольга не намеревалась сдаваться, и настырно лезла вперёд.

Со стонами, хрипами и ворчанием, люди втискивались в узкую дверь, борясь за каждый сантиметр площадки. Напиравшие сзади подталкивали Ольгу вперёд, вжимая её в сплошную человеческую стену. В конце концов, ей удалось взобраться на вторую ступеньку подножки. Приходилось стоять на носочках, так как пятки на ступени уже не умещались, и висели в воздухе. Рука, протиснувшись сквозь толпу, смогла дотянуться до поручня, и ухватиться за него. Людская толща сдавливала тело с такой силой, что трудно было дышать. Подобно механическому прессу, двери автобуса закрылись, сжимая и вталкивая в салон последних висевших на подножке людей. Стало совсем тесно. В забитом битком автобусе отсутствовала возможность не только пошевелиться, но и вздохнуть полной грудью. Давка оказалась поистине ужасной.

Как только автобус тронулся, человеческие массы пришли в движение, шатаясь от тряски. Запястье Ольги заныло от напряжения. Казалось, что ей вот-вот оторвут руку. Но отпускать поручень она никак не желала, боясь лишиться единственной опоры. Хотя, возможно, опора ей и не пригодилась бы, так как плотная живая начинка автобуса спрессовывала её со всех сторон тисками. Пробраться глубже в салон казалось нереальной задачей. Судя по всхлипам, придушенному кашлю, и хнычущему поскуливанию, доносящимся из центра давки, нахождение там сейчас было абсолютно невыносимым. Кто-то тихонько умолял выпустить его на свежий воздух, кто-то скрежетал зубами, кто-то возмущался, что на него навалились.

Ко всему прочему, в автобусе не было ни единого отверстия для вентиляции. На запотевших окнах отсутствовали форточки, а оба люка в потолке намертво заклинило. Напрасно чьи-то руки долбили по ним кулаками. Люки не открывались.

Дышать было практически нечем. Ольге казалось, что не меньше четверти пассажиров находятся в состоянии обморока. Закрыв глаза, они беспомощно висели в толпе, сдавленные телами собратьев, точно бездушными льдинами. У некоторых из носа начинала струиться кровь.

— Как тебе это? — шепнул кто-то на ухо Ольге.

Та хотела повернуться, но не смогла.

— Что? — как можно тише спросила она.

— Путешествие, — ответил всё тот же ядовитый голос.

— Не вижу в нём ничего сверхъестественного, — ответила Ольга. — Кому-то приходится каждый день ездить на работу вот так. И ничего. Не разваливаются.

— Хо-хо-хо, — шёпотом засмеялся собеседник. — Ты попала в самую точку. Именно этого я добиваюсь — сходства. Мне захотелось воссоздать кошмар, который вы привыкли считать обыденностью. По-моему получилось неплохо. Знаешь, это было нетрудно. На самом деле, не обязательно загонять вас в душегубку кнутом, или под прицелом автомата. Вы сами в неё лезете с большим азартом, и увлечением. Достаточно лишь… (его губы коснулись краешка Ольгиного уха) … внушить вам, что это необходимо. Что если вы не залезете в этот автобус — то никогда не доберётесь до пункта назначения вовремя. Знала бы ты, как легко этого добиться. А дальше — начинается представление. Вы лезете по головам, дерётесь за место в морилке. Давите друг друга, душите и ломаете рёбра. Вы превращаетесь в аморфное вещество, заполняющее ёмкость транспортного сосуда. И все ваши стремления сходятся в одном желании — в непременном достижении точки назначения. Нелепо, не правда ли?