Максим Казаков - Принцип Земля

— Здесь у всех по записи!

— Значит, мне только спросить!

— Молодой человек, имейте совесть! — одернул Ярика еще кто-то из очереди.

— О! Митек! Здорово! А ты здесь откуда, мил человек? — удивился, подняв голову, Ярик.

— Прет, никого вокруг не видит, — по-свойски наехал на него Митек.

— Если честно, даже не смотрю по сторонам, — признался ему на ухо Ярик. — Здесь как с патрулями, лучше в глаза не смотреть! Только там, потому что тебя сразу остановят, мол, едешь, волнуешься, а здесь совесть проснется. Потом ищи новую работу! А ты здесь чего?

— Да туда, куда и все.

— К Рыбийжирской?

— К ней. Вторую неделю пытаюсь попасть. И ты к ней же?

— Ну, да. У меня запись на четыре часа. Не проворонить бы.

— Рыбийжирская не терпит опаздывающих? — съязвил Митек.

— Не терпит! Это точно! Это же простои и убытки! А мог бы быть кто-то другой по записи на это время, кто бы не опоздал, — обрисовал ситуацию Ярик. — А что у тебя?

Ярик посмотрел документы Митьки, забрал их с собой и через несколько минут вынес их, и, забрав Митьку из очереди, вышел на улицу.

— Слушай, спасибо большое. Как ты все так быстро сделал? — удивился Митек.

Митек обратил внимание, как резко преобразился Ярик, покинув казенные кулуары, в обычного Ярика, которого он знал уже семь лет.

— Когда тебе нужно успеть еще в три места до вечера, а все печати должны быть завтра на столе у директора, то поневоле научишься все делать быстро. Хорошо, хоть шеф не ограничивал никогда ни в чем. Так сказать в представительских расходах! И особо не контролировал, — он подмигнул Митьку, мол, иногда и для себя пользовался возможностями.

— Но, честно, говоря, я тебя не узнал. Даже не ожидал от тебя такого! — Митек процитировал несколько из услышанных фраз Ярика.

— Сам ненавижу. Но здесь либо так, либо долго! А долго нам некогда! Ладно, с этим делом все. У тебя как дела?

— Да у меня все нормально, — сухо ответил Митек.

— А вот вид у тебя, как будто тебе чего-то не хватает, — заметил Ярик.

— Всегда чего-то не хватает. В этом смысл жизни! — многозначительно ответил Митек, задрав брови.

— В философию подался? Как Тамилка?

— Тоже нормально, вроде, — пробурчал Митек.

— Мне Ноннка рассказывала, что вы опять поразбегаться решили. Она говорит, в последние полгода вы вообще зачастили с этим.

— Вот женщины! Нет бы задуматься! Они сначала всем подругам все расскажут!

— Ага. Нет бы задуматься, — повторил Ярик, указывая на машину впереди, — а потом поворотник включать. Сначала моргала влево, потом переключилась вправо, теперь снова влево. Так вы-то из-за чего поссорились? — вернулся Ярик к теме. — Из-за того, что она принесла в дом третьего котенка? Ноннка просто, как вариант, предположила такую версию.

— Да ну че ты такое говоришь, при чем тут это?

— Не че, а что! — подколол Митька Ярик, чтоб немного разбавить краски.

— Да что ты такое говоришь, при чтом тут это? — членораздельно повторил с поправками Митек.

— Так все равно лучше, — улыбнулся Ярик. — Ладно, тогда рассказывай сам, на что вы на этот раз наступили.

— Ты же все и так знаешь от Ноннки.

— Неа. Причины она не рассказала. Только придумывала. Так что, рассказывай.

— Вот скажи, — чуть помолчав, разродился Митек, — что хочет услышать женщина на вопрос «Ну, как?», перекрасившись из рыжего цвета в черный, учитывая, что три месяца назад она перекрасилась из черного в рыжий?

— Могу предположить, что она хочет услышать, по крайней мере, что-то отличное от «мне все равно». А ты, наверное, сказал, что тебе все равно, какого она цвета, и что тебе надоело, что она постоянно его меняет. Это из-за этого вы разругались?

— Нет, конечно. Это я так, вспомнил. Просто мы разные, наверное, — добавил он, чуть помолчав, пока не загорелся красный светофор, как бы разрешив ответить.

— Помнится, лет пять назад ты говорил, что вы чуть ли не во всем похожи. Шутил еще, хорошо, хоть пола разного!

— С тех пор прошло какое-то время, — многозначительно произнес Митек.

— Не на столько большое, — возразил Ярик, — чтобы стать совсем другим человеком.

— Когда ты меняешься сам, это естественно. И происходит это не быстро, как правило. Когда люди вокруг меняются, это тоже нормально и плавно. Но когда люди меняются в твоих глазах, а это происходит внезапно, это даже пугает.

— Ну-у, — задумался Ярик. — Если люди изменились, то они, понятно, меняются в глазах других.

— А я не утверждаю, что люди изменились… Это трудно объяснить. Человек-то сам, может, резко и не изменился, но в какой-то момент ты вдруг начинаешь видеть его иначе. И все! Это для тебя уже как будто другой человек. Чужой человек!

— Просто так, вдруг?! — Ярик пытался подобрать что-то похожее в памяти, но беспричинность оказывалась слишком сильной степенью свободы. — Причина есть всегда! — попытался убедить он Митька.

— Так уж и всегда?! — не столько возразил Митек, сколько воспользовался возможностью увести разговор.

— Если ее нет, то это просто ты ее не знаешь. Или не осознаешь. Или не хочешь ее признавать, — рассуждал Ярик. — Так что, давай разбираться.

Ярик бегло глянул на своего пассажира и обратил внимание на его выражение лица. Митек не сразу ответил, а Ярик не стал сбивать его с мысли.

— Может, не просто так. Может, все-таки какая-то мозаика, наконец, сложилась. Что-то словно щелкнуло, переполнилось, не знаю…

— Это ты где-то начитался парапсихологий всяких что ли? И думаешь, что все стали другими?

— Ничего я не читал и ничего не думаю. Говорю, как ощущаю. Я же говорю, самого пугает.

— Мне кажется, ты все-таки все запутываешь! А был ведь когда-то нормальным материалистичным археологом! — гы-гыкнул Ярик. — Ну, и что теперь? — многозначительно добавил он.

— Да что теперь. Пойду седня куда-нить в кабак, подцеплю бабочку какую-нибудь. Тебя, извини, не приглашаю! — улыбнулся Митек.

— Ты пользуешься такими услугами? — удивился Ярик.

— А что делать? — удивился Митек. — Секса хочется чаще, чем общения с девочками.

— Ладно, поговорим еще о тебе и твоем поведении, — прервал его смехом Ярик, — созвонимся.

Я сейчас сворачиваю налево. Тебе, я так понимаю, туда уже не надо. Тебя где здесь лучше высадить? — спросил Ярик, пытаясь перестроиться в правый ряд.

— Да вот возле башни нормально будет. Я практически уже дома. Спасибо, что подбросил.

— Всегда рад! Ну, я тебе позже позвоню, поговорим еще. Имей в виду! Пока!

— Пока!

Виолетта вернулась домой, где ей на встречу кинулось самое верное, после мамы, конечно же, существо в ее жизни. Виолетта сняла ботиночки с раскапризничавшейся дочки и, взяв ее на руки, направилась в комнату. Но разве можно пройти мимо глаз прождавшей весь день собаки? Виолетта погладила ее одной рукой по голове, потрепала холку и позволила облизать себе одно ухо. От мокрой щекотки она втянула шею в плечи.