Ольга Черных - Предел совершенства

— Я боюсь, что он тоже не вспомнит меня…

— Всё будет хорошо, — надеюсь, я смогу сдержать обещание.

— Спасибо тебе, — сказала Николь, вытерла слёзы и посмотрела на часы. Нам пора собираться на работу. Это последнее наше утро вместе. — Прости за то, что так долго игнорировала тебя… Я была не в себе.

— Я понимаю, — улыбнулась я и передразнила Николь, добавив её любимое слово, — детка!

Мы не стали говорить друг другу прощальных слов, потому что я ненавижу расставаться. Не стали клясться в вечной дружбе, потому что это очевидно и без обещаний.

Позже я проверила, что надела на себя максимальное количество вещей: два комплекта нижнего белья, шорты, две футболки, джинсы, в которых меня сюда привезли, и толстовку. Вдруг мы не сможем достать новые вещи, так я хоть смогу поделиться с Пэрис. Я достала из шкафчика свой ноутскрин и уже хотела спрятать в карман, но передумала.

— Никки, возьми это, — сказала я и протянула ей ноут, — иначе мы не сможем связаться. Ты же помнишь, как им пользоваться?

— Нет, я не могу… — запротестовала Николь, я так и думала. Пришлось положить ноутскрин обратно в тумбочку, спрятав в носок.

— Нет, можешь! Всё равно эта штука никогда мне не нравилась. Я позвоню тебе. У ребят тоже есть ноуты, поэтому этот мне не понадобится. Не принимай звонки с незнакомых номеров, мало ли…

— Ладно, прости, я не подумала. Я вспомню номер мамы, но она могла его сменить из-за моего ареста… — согласилась Николь. — Я буду ждать твоего звонка.

— Здесь заблокирована Сеть, мы уже проверяли, поэтому ты не сможешь ничего разузнать о сыне, зато я смогу. Как только я раздобуду информацию, дам тебе знать, — сказала я и обняла подругу на прощание, — нам пора.

Мы, как всегда, закрываем дверь, которую я вижу последний раз, и идём к лифту. Людей, находящихся здесь, я тоже вижу в последний раз. Мы спускаемся вдвоём на первый этаж. Я нахожу взглядом Ника, Шона, Тима и Пэрис. Они стоят в очереди к дальнему турникету. Они тоже видят меня, и мы киваем друг другу.

Николь выходит раньше меня, и я впервые вижу то, что написано о ней на экране: «Николь Уотсон, 05-0001532-01-01, возраст — 26 лет, дата прибытия в Корпус — 29 августа 2136 год». Она живёт в общежитии на три месяца дольше меня. Я постараюсь, чтобы Николь провела здесь минимальное количество дней.

— Алиса Меллоу. Дата и время регистрации — второе мая, 08:33.

Я навсегда запомню этот день, потому что сегодня мы сделали первый шаг к свободе. Не верится, что послезавтра у меня день рождения. Этот год пролетел быстрее, чем предыдущий. Намного…

— Береги себя, — прошептала мне в ухо Николь.

— Ты тоже, — ответила я, и девушка с длинной каштановой косой растворилась в толпе.

Я на секунду обернулась, чтобы запомнить путь, по которому я полгода ходила на работу, и вышла на улицу. Сегодня я покинула здание, окрашенное во все возможные оттенки зелёного, последний раз. Дай Бог, последний.

Я прошла мимо лавочки, на которой мы с Ником недавно сидели. Мимо людей, с которыми недавно жила и работала. Мимо страха, который держал меня в плену.

— Алиса, — позвал меня кто-то. Сначала я не узнала голос Ника из-за шума в ушах, хоть и в коридоре мёртвая тишина.

Ребята заняли мне место в очереди, и я стала рядом с ними. Нам нужно держаться вместе. Все заметно напряжены. Тим стоит рядом с Пэрис и что-то шепчет ей, Шон хрустит костяшками пальцев, Ник смотрит на мои руки и улыбается. Я и не заметила, как спрятала большие пальцы рук в карманы, а ногтями остальных пальцев вцепилась в ткань. Я тоже нервничаю. Пришлось заставить себя спрятать руки целиком.

— Где Нора? — спросила я. Мой голос показался мне слишком громким. На автобусной площадке стоит толпа людей, но от них не исходит ни единого звука, как в музее. Мне становится стыдно. Вроде никто не обратил внимания. Мне их искренне жаль.

— Спит, — сказала Пэрис, оторвавшись от разговора с Тимом.

Ник вчера написал мне сообщение, что Нора — дочка мэра. Я была в шоке. Настало время для моей любимой фразы в подобных случаях: «Ведь я же вам говорила…». Ребята были дружны с Норой, поэтому отказывались видеть в ней врага.

— Пэрис вчера подлила мерзавке снотворного в чай, — объяснил Шон. Дозу этого препарата можно получить на складе по выходным, как и остальные лекарства. — Посмотрим, захочет ли теперь Грин повысить её в должности, когда узнает, что мы сбежали у неё из-под носа.

— Да уж, жаль, что так вышло… — сказала я, чтобы как-то подбодрить ребят. Шон махнул рукой, мол, чёрт с ней. Сегодня он выглядит счастливым, и я даже знаю, почему. Причина в предстоящей встрече с Трис.

Ожидание автобуса кажется мучительно долгим. Раньше я этого не замечала. Когда мы наконец расселись по местам и отправились в путь, Ник спросил у меня:

— Ты готова, милая?

— Да. Куда ты, туда и я, — улыбнулась я и вспомнила ещё кое-что. Такое ощущение, что после разговора с Николь прошло несколько дней, — я отдала Никки свой ноутскрин…

— Тебе же он всё равно не нравился, — я думала, Ник разозлится. Он редко бывает злым, но если такое случится, пощады не жди! Слава Богу, на наши отношения это никогда не влияло.

— Вот и я ей так сказала, она упряма до жути, — сказала я и посмотрела в окно. Как всегда, туман и ничего вокруг, кроме пустынного поля. Иллюзия. У нас над головой искусственное небо, как сказал Ник. Мы жили под куполом. Это ещё одна из причин, почему я ненавижу «Идеал». Я полгода не видела птиц, кошек, собак. Я так скучаю по этим милым созданиям. Мама рассказывала, что когда в стране ещё были тюрьмы, заключённых каждый день отпускали на прогулку. Они тоже работали, но хотя бы находились в своём уме и видели облака.

— Мне кажется, ты её этому научила, — сказал Ник и тихонько засмеялся в мой капюшон. Я шлёпнула его по коленке.

— Поздравляю, ты встречаешься с ослом, — сказала я, отчего Ник снова засмеялся. Я испугалась, что нас кто-то услышит, но шум мотора заглушил наш разговор. Мы приехали.

У меня задрожали руки и губы. Какая же я трусиха. Раньше мне никогда не приходилось сбегать… Даже из дома.

— Подожди, нам нужно выйти последними, — шепнул Ник.

Жду. Я застыла на месте, как статуя. Помню в детстве, когда мама будила меня в садик, я говорила: «Не могу встать, я прилипла». Так и сейчас. Я прилипла к сидению с зелёной обшивкой. Как будто больше цветов не существует!

Когда все люди вышли из салона автобуса, остались только мы с Ником, Шон и Тим с Пэрис. Пора.

— Иди рядом со мной. Без паники доходим до главного входа на завод, сворачиваем и бежим. Не отпускай мою руку, — проинструктировал Ник.

Без паники, Мел, без паники. Мы приближаемся ко входу. Все работники, с которыми мы только что приехали, уже на фабрике. Бояться нечего. Нам нужно успеть свернуть за угол, пока не подъехал следующий автобус, иначе нас заметят. Вдруг за нами и так следят? Без паники!