Raptor - Тенебрариум

Поточил своё оружие. Потренировался, как его правильно выхватывать, чтобы самому себе что-нибудь нечаянно не оттяпать. В общем, сходил с ума.

Когда солнце начало клониться к закату, мною овладело беспокойство. Почему Райли задерживается? Хорошо если просто охота не ладится, а если её убили? Чем дальше — тем сильнее росли мои переживания. Невольно начал соображать, что делать, если она не вернётся? Куда идти? Единственным вариантом оставался Водзорд. Если что — отправлюсь к нему. Авось приютит. Но Водзорд — это не Райли. Он своим зверьём дорожит больше, чем людьми. А ну как скормит меня какой-нибудь любимой твари, типа той, наэлектризованной…

Надо гнать от себя эти пессимистичные мысли. Ничего хорошего в них нет. Эх, Райли, только бы ты вернулась…

Она как будто бы услышала меня. Заскрипели засовы на воротах. Я глянул в окно, и с радостью бросился навстречу. Охотница притащила две туши гипотрагусов (тех самых зверей, на которых охотился мясник).

— Помоги, — она вручила одного из них мне.

— Эх-х, ты! — прогнулся я под тяжестью. — Как ты их допёрла?!

— Каком кверху. Тащи давай.

Я опять услышал выражение, заимствованное у меня, и хохотнул.

Мы спустили туши в подвал, и, немного отдышавшись, приступили к их разделке. Точнее, разделывала Райли, а я лишь помог ей подвесить их на крюки. Процесс же разделки наблюдать не стал, хоть и ругал себя за малодушие — нужно было учиться всему, здесь и сейчас.

Закончив возиться с тушами, хозяйка, помывшись и переодевшись, поднялась на второй этаж и упала в своё кресло.

— Умаялась? — спросил я.

— Не то слово. Самое обидное, что толку от этих гипотрагусов, лично для меня, никакого. Мясо низкокалорийное — чистая материя. Через день потеряет весь остаточный заряд. Пригодно только для людей.

— Зачем ты тогда их добывала?

— Для тебя. Ты не можешь питаться исключительно энергией. Нужно компенсировать её материальной составляющей. Поэтому есть их будешь ты.

— Ну-у, спасибо, конечно… Знаешь, мне даже как-то неловко. Если бы ты научила меня самому добывать себе пищу.

— Я как раз собиралась сказать, что завтра планирую взять тебя с собой на охоту.

— Меня? На охоту? Здорово! И на кого будем охотиться?

— На ригвилов.

— Это что за монстры?

— Никакие не монстры. Маленькие зверьки.

— Ну вот. То есть, на большее я не гожусь?

— А ты как думал, милый? Ты пока вообще ни на что не годишься. Но могу тебе сказать, что охота на ригвилов — это не такое простое занятие, как может показаться. Они хитрые, умные, умеют приспосабливаться к тактике, но самое главное — они быстро бегают. Очень быстро. Догнать их невозможно. Подстрелить, теперь уже тоже. Значит остаётся один способ — ловушка.

— А какая роль отводится мне? Я же бегаю гораздо хуже тебя.

— Тебе отводится главная роль. Не дать ригвилу уйти с верного направления. Если всё получится, то мы обеспечим мясом не только тебя, но и меня. Ты ведь постараешься ради меня, правда, Писатель?

— Ещё спрашиваешь…

— Хорошо. Сегодня я наткнулась на небольшую стайку. Гнала их до самой Теплицы. Но надолго они там не задержатся. День-два и уйдут.

— Я готов действовать.

— Тогда выспись как следует. Вставать придётся рано. Я хочу чтобы ты был свеж и бодр. А то ещё уснёшь в засаде…

На охоту мы отправились спозаранку. Когда Райли меня растолкала, я даже не смог сообразить, что мне снилось. Просто вынырнул из беспамятства.

— Вставай, соня, пора идти.

— Что? Уже идём?

— Уже. Поднимайся.

Позавтракать не удалось. Значит опять придётся действовать на голодный желудок.

Улица встретила нас прохладой. Утреннее солнце резануло глаза. Я тут же нацепил очки.

— Мы идём в Тепличный?

— Да.

— Это далеко.

— Не близко.

Райли опять немногословна. Значит путь будет опасным.

Мы миновали сторожку, потом столб с дохлым неоконисом, и далее шли по знакомому пути, в сторону библиотеки. Эти места я помнил, поэтому знал, куда мы направляемся.

— Мы что, опять в библиотеку идём?

— Нет.

— Но в её же сторону. Это я точно помню.

— Да.

— И зачем? Там же Смородинный. А Тепличный расположен в другой стороне. Я по карте помню.

— Мы идём в обход.

– 'Нормальные герои всегда идут в обход'? Ни хрена себе обход получается. Через полгорода. Впрочем, 'для бешеной собаки семь вёрст не крюк'.

— Мы идём всего десять минут, а ты уже изнылся. Я начинаю жалеть, что взяла тебя с собой.

— Нет-нет, я не ною, я просто так…

— Не выводи меня, Писатель. Ты же сам прекрасно понимаешь, что я делаю такую петлю, чтобы обойти чужие территории и опасные зоны.

— Догадываюсь.

— Ну вот и не гунди.

Пока шли к библиотеке, встретили трёх неоконисов. Те порычали на нас немного, издалека, и убежали. Видимо, остатки той стаи, что на нас нападала. Они уже знали нас, и не связывались.

Позади остались парк и библиотека. Райли повернула в сторону разлома, через который я перепрыгивал, удирая от неприкаянных. И дальше маршрут пролегал по тем же самым улицам, что ещё помнили мой витиеватый кросс — вплоть до выхода к Смородинке. За КПП, городской ландшафт сменили поля, а на горизонте замаячили высотки знакомого микрорайона. Теперь туман не ограничивал обзор, и вся панорама пригорода была как на ладони. Вокруг ни одной живой души. Никаких признаков постороннего движения. Статичный, мёртвый пейзаж.

До леса было недалеко. Его полоса уходила влево, всё больше расширяясь, и где-то совсем далеко соприкасалась с крайними городскими постройками. Выйдя на поворот, я разглядел показавшуюся из-за деревьев шиномонтажку, до которой в своё время так и не добрался. Впрочем, мы и сегодня до неё не дошли. Райли резко свернула влево — на сильно заросшую грунтовую дорогу, уходящую вдоль лесопосадок. Смородинка исчезла из нашего поля зрения.

В принципе, ничего необычного в окружающей обстановке не наблюдалось. Справа от нас был лес — самый типичный, без каких-либо странностей. Слева — такое же обыденное поле, по ту сторону которого виднелись городские постройки Иликтинска. Все странности этого места словно остались где-то там, за невидимой чертой, и мы опять попали в привычный, человеческий мир, где нет аномалий и чудовищ. Но стоило мне об этом подумать, как нога за что-то зацепилась. Сначала показалось, что на щиколотку намоталась спутанная леска. Но остановившись и присмотревшись, я понял, что вляпался в старую паутину. За моей ступнёй тащилась целая паутинная борода, с запутавшимся в ней мусором. Я дёрнул ногу, надеясь отцепиться, но вместо этого выдернул из травы большой моток чего-то бесформенного.

— Что за дрянь?

В перепутанных клоках грязного паутинного савана торчали останки. Точнее, верхняя половина туловища человекоподобного существа: полускелет — полумумия. Возможно, это был неприкаянный. Жёлтая кожа, похожая на рваный пергамент, и торчащие из неё кости. Труп был разорван поперёк, на уровне живота.