Raptor - Тенебрариум

Наступив свободной ногой на путы, я попытался сдёрнуть их рывком, но они держались крепко. Пришлось обрубать с помощью мачете.

— Ты чего отстаёшь? — остановилась Райли, успевшая уйти далеко вперёд.

— Иду, — бросился я за ней. — В паутину вляпался.

— Смотри под ноги. Хорошо, что в старую влез. Была бы свежая — были бы проблемы. Видел местных пауков?

— Видел.

— Тогда понимаешь, о чём я.

Мы прошли ещё пару сотен метров. Вдали, в небе что-то замелькало, и Райли указала туда.

— Смотри. Сейчас будет интересно.

— Что там?

Мои очки были заляпаны грязными пальцами, и в них всё было мутновато. Спешно послюнявив стёкла и протерев их уголком жилетки, я вновь присмотрелся. Стало немного почётче.

— Какие-то птицы? Целая стая.

— Рогоносы заходят на добычу.

— Они же на нас летят. Это случайно не мы их добыча?

— Не мы. Успокойся.

Длинные, короткокрылые птицы, похожие на живые стрелы, по широкой дуге заходили со стороны поля — прямо в нашу сторону. Летели нестройно. В стае было не меньше двух десятков особей. Пронеслись над нами, и влетели в лес. Ведя их глазами, я увидел, как группа пернатых сплотилась тесным клубком, искусно обтекая многочисленные стволы и ветви, после чего они дружно повтыкались в какой-то нарост… Тот грузно зашевелился… Да это же гигантский паук! Которого я не мог разглядеть даже таращась прямо на него! Настолько же хитро он замаскировался в развилке древесного ствола. Но рогоносы похоже пользовались какой-то природной навигацией, и вычислили гиганта за километр. Их длинные клювы вошли в тело жертвы, а крылья 'прилипли' к его шкуре, надёжно зафиксировавшись. Паук недовольно ворочался, перебирая лапами, но поделать уже ничего не мог.

— Понравилось представление? Идём, не задерживайся, — окликнула меня Райли.

— Поразительно. Как они так 'наводятся'?

— Умеют. Кстати, ты потише разговаривай. Где-то рядом неприкаянные.

— Чего? И эти тоже здесь?

— Потише. Ты не понимаешь русских слов?

— Извини.

Дальше шли уже без разговоров. Пару раз я видел какие-то странности на поле. То вдруг вихрь поднимал в воздух вырванную с корнем траву, то радужные 'бусы' начали танцевать причудливым коромыслом. Хотелось спросить об этих явлениях, но Райли одарила меня таким убедительным взглядом, что я сразу понял — надо помалкивать в тряпочку.

— А-а-а? — из высокого сухостоя поднялось тощее тело.

Так близко! Всего в пятнадцати метрах от нас. Подскочив ко мне, спутница легко приобняла меня за шею, и прикрыла ладонью рот. А сама осторожно поднесла клинок 'сестры' к собственным губам. Это было не обязательно. Я и сам сообразил, что нужно замереть на месте, сохраняя полную тишину. Неприкаянный стоял к нам спиной, напоминая огородное пугало. Он тоже не шевелился.

Постояв ещё немного, Райли указала ножом по направлению дороги, и отпустила меня. Мы крадучись пошли дальше. Проклятый страх. Я опять не мог его контролировать. И неприкаянный чувствовал меня. Этот гад меня ощущал. Мне казалось, что я плыву по полю, в его сторону, и он всасывает меня своими дырками, заменяющими ноздри.

Не останавливаться. Идти дальше. Я посмотрел вперёд. Вдалеке, параллельно дороге, двигалось ещё несколько сгорбленных фигур. Расстояние было очень большим, и тех дальних можно было не опасаться. Но сколько ещё их могло скрываться в высокой траве?

Держа в периферийном зрении ближнего неприкаянного, оставшегося позади, Райли бочком продвигалась всё дальше. Стараясь не отставать, я мельком поглядывал под ноги, чтобы не наступить на что-нибудь ненароком. Натуральная прогулка по минному полю.

До сих пор, вспоминая тот момент, вздрагиваю. Почему-то те фигуры вдалеке, молчаливо и отрешённо бредущие по полю, вызывали какой-то глубокий психологический трепет. В них было что-то сюрреалистичное. Казалось бы, обычный ландшафт: поле на фоне города. По полю идут люди. Ничего запредельного. Но стоит вспомнить, что людей здесь нет. То есть, вообще нет. Как это обжигающее откровение заставляет ноги подкашиваться, а зубы — стучать.

— Амо!

Голос пронёсся над полем, как боевой клич. Засёк…

— Писатель, ну что же ты… — простонала Райли.

— А что я? Я ничего не делал.

— А-а-мо, а-а-мо, — словно луговые собачки, из травы начали подниматься неприкаянные.

Один, два, четыре… Пять. Сколько же их тут?

— Что делать? — с ужасном взглянул я на Райли.

— На, держи, — она сунула мне в руку какой-то сушёный кусок. — Изжуй.

Без лишних вопросов, я закинул это себе в рот и начал жевать. От вырвиглазной горечи меня всего перекосило, но страх был сильнее. Трое неприкаянных, рассекая одичавшие злаки, двигались прямо на нас. Самый первый, тот, мимо которого мы прошли, кружился на месте, ощупывая рукой воздух.

— Не беги, — бросила мне Райли. — Дожёвывай быстрее.

С трудом проглотив мякиш, я стиснул зубы от отвращения. Ну и гадость! Меня начало мутить. Голова пошла кругом, руки и ноги стали неметь. Сквозь круги, поплывшие перед глазами, я увидел, как один из неприкаянных подобрался к нам, и Райли срубила ему голову одним взмахом кукри. Отрубленная голова укатилась в траву, а вслед за ней охотница ударом ноги отправила и тело, упрямо не желавшее падать. Подоспел второй неприкаянный. Схватив нож в зубы, Райли перехватила горло монстра освободившейся рукой, и вторым ножом начала наносить ему колющие удары в живот. Когда тот перестал сопротивляться, выпустив изо рта струйку мутной слизи, девушка вновь схватила кукри, и всадила ему лезвие промеж глаз, расколов лицо напополам. В этот момент страшный спазм внутри черепа заставил меня упасть на колени, обхватив голову руками. Одновременно со мной взвыли все окружающие неприкаянные, точно так же схватившись за головы.

— Наконец-то, подействовало, — Райли подхватила меня под руку, и потащила за собой. — Идём, Писатель, идём, двигай ногами.

— Бошка-а-а…

— Сейчас пройдёт, милый, потерпи. Нужно выбираться отсюда.

Каждый шаг сопровождался чудовищной отдачей в голову. Меня шатало, и я несколько раз был готов упасть, но спутница меня поддерживала, и тащила дальше. Я не знаю, сколько метров мы так прошли, но головная боль начала постепенно проходить, пока не осталось лишь неприятное подташнивание.

— Полегче стало? — поинтересовалась Райли.

— Немного. Но всё равно хреново. Тошнит, — я закашлялся.

— Это пройдёт. Дыши глубже.

— И жарко что-то стало.

— Так и должно быть.

— Чтоб я ещё раз съел то, что ты мне даёшь…

— Милый, если бы ты не съел это, нам бы пришлось сейчас драться с целой ордой неприкаянных. А так мы их сбросили с хвоста.

— Я что, напугал их своими стонами?

— Ха-ха-ха! Писатель, я обожаю твои шутки! Ха-ха-ха!