Андрей Болдин - Аваддон. Записки демона
- Название:Аваддон. Записки демона
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Ридеро
- Год:неизвестен
- ISBN:9785448308123
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Болдин - Аваддон. Записки демона краткое содержание
Аваддон. Записки демона - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Посмотрите на меня. Я сижу, завернувшись в медвежью шкуру, под которой ничего нет, в плетеном кресле на своем загаженном балконе, равно располагающем к самоуглублению и к тихому пьянству. Что? Они не одобряют? Они опасаются за результаты моей работы? Ничего, потерпят. Алкоголь мне только в подмогу. Он подтачивает во мне что-то, что мешает работать, что сопротивляется моим усилиям. Алкоголь – величайшее изобретение человечества. Когда-нибудь я напишу гимн этому божеству – если не сопьюсь. Ведь алкоголь – это праздник, который всегда с тобой. Это великий врачеватель души и тела. Он приходит на помощь человеку и когда тот печален, и когда не в силах справиться со своей радостью. Алкоголь помогает стать свободным. Слабому он дает силу и уверенность. Он покровительствует союзам человеческих сердец, он сближает чужих людей. Он снимает печати с уст, и человеческая речь течет легко и свободно. А мне он помогает работать. Он развинчивает меня, он ослабляет стальные обручи, стягивающие мое сознание. Можно назвать эти обручи совестью. Можно – косностью мышления. Без этилового спирта я мыслю как обыватель – как та болонка с соседнего балкона. После бокала коньяка мне открывается перспектива. Я начинаю видеть смысл своей работы, верить в свое предназначение. Главное не перебарщивать, и все будет хорошо.
Посмотрите на меня. Я смотрю поверх города сквозь сигарный дым и размышляю. Случилось то, о чем я мечтал всю жизнь – теперь я впервые предоставлен самому себе, у меня есть всё для того, чтобы чувствовать себя свободным и счастливым. Остается научиться жить с этой свободой, придумать, что с ней делать. А еще – осмыслить произошедшие события и навсегда оставить их в прошлом – чтобы по-настоящему начать новую жизнь, полную долгожданного одиночества.
Гниющий заживо город широк, как спина Левиафана – кажется, что его жестяная чешуя шевелится под равнодушным взглядом осеннего солнца. Я попыхиваю сигарой и медленно тяну коньяк. Мне некуда спешить. Я ловлю убегающий небесный шар большим пузатым бокалом – солнце растворяется в смолистой жидкости, заставляя ее светиться. Еще глоток – жаль, некому показать, как я пью солнце, как солнце плавится внутри меня…
Посмотрите сюда. Рядом, на липком от пролитой «массандры» стеклянном столике мерцает раскрытый ноутбук. Здесь, на балконе хорошо пишется. Графомания – мое единственное утешение в последние недели. Когда я трезв – я пишу.
Нет, это не просто графомания. В этом есть цель. Смысл. Чтобы навсегда отслоить от настоящего свою прежнюю жизнь, от которой не так-то просто избавиться, надо просто описать ее – набросить на нее стальную сеть из букв, заставить застыть, прекратить изворачиваться и менять облик. Воспоминания пишут для того, чтобы расквитаться с прошлым. Когда я сел за свои «записки» (слово старомодное, но мне нравится), я думал, что это будут записки сумасшедшего. А оказалось… Как бы то ни было, начать следовало не с рассуждений о шизофрении и алкоголе. Начинать надо с начала.
Криминальная хроника
«Криминальная летопись Петербурга пополнилась еще одним дерзким и загадочным преступлением. Депутат Законодательного Собрания Родион Лосяк сегодня днем найден мертвым в собственном рабочем кабинете. По предварительным данным смерть парламентария наступила в результате удушения. Орудием убийства послужил галстук жертвы».
Увидев на экране до оскомины знакомый кабинет и ненавистный черный пиджак шефа, лежащего на ковре среди разбросанных бумаг, я чуть не поперхнулся аспирином. Когда телекамера, показав кончик рокового галстука, скользнула по спине и ногам покойника, почему-то задержавшись на тонких лодыжках в полосатых носках и выхватив сжатую в судороге руку с огромными золотыми часами на запястье, мое сердце пронзили сразу несколько труднопереносимых чувств.
Одно чувство было – жалость. Когда убивают человека, которого вы видите каждый день, пусть даже не желая его видеть, пусть даже втайне мечтая о том, чтобы не видеть его больше никогда, так вот, когда убивают человека, с которым вы каждый день имеете дело, будь вы самым черствым существом на земле, вы испытаете это чувство.
Другое чувство было – стыд. Мне стало стыдно за ту тайную ненависть, которой я платил покойнику за то, что он пригрел меня, человека с библиотекарским дипломом, научил работать, ввел в коридоры власти, наконец…
Тем временем на экране появилась лягушачья рожа депутата Атасова. Что он там квакает? Я прибавил звук.
– Обстоятельства этого преступления просто шокируют. Родион Альбертович был зверски убит в самый разгар рабочего дня, когда в Мариинском дворце кипит повседневная жизнь.
Ха-ха! Знаем мы эту кипящую жизнь. Неторопливые перемещения по коридорам, праздная болтовня, бесконечное питье кофе в Дубовом зале. Такое впечатление, что один я и работаю – бегаю целыми днями, как савраска.
– Кто мог совершить это злодеяние, сказать трудно, – продолжал народный избранник. – Хотя, у таких честных, преданных своему городу людей, враги найдутся всегда.
Хи-хи, не смешите мои подмышки! Это Лосяк-то честный? Это Лосяк-то преданный? Предан он был только себе и своему банковскому счету.
И тут меня снова настигло чувство стыда. Как можно так о мертвом? Как можно, когда он там, в холодильнике, среди голых покойников, а ты тут – хоть и с гриппом, а все-же в тепле и уюте, с чашкой чая и шарлоткой, с верной и любящей женой, даром что опостылевшей?
Чувство стыда усилилось, когда факт исключения шефа из списка живых наконец-то утвердился в моей голове со всей своей железобетонной основательностью, и я вдруг ощутил невероятное облегчение. Он больше никогда не будет на меня орать. Мне больше никогда не придется выполнять его идиотские поручения. И никогда, никогда я не совру больше папе, что его однокашник и мой «второй отец» обращается со мной как подобает обращаться с сыном боевого товарища и таким способным и добросовестным молодым человеком, как я. Я был свободен. Да, я был свободен от Родиона Альбертовича Лосяка, моего начальника и покровителя, мелкого шустрилы и большого зануды, упокой, Господи, его душу!
Между тем рыжая субтильная журналистка на фоне дворцового фасада надрывным фальцетом кричала в микрофон:
– Более всего вопросов вызывает тот факт, что убийство было совершено на территории Мариинского дворца, вход в который охраняет постоянный пост полиции. Войти в здание можно только по пропускам, и это значит, что убийцей мог быть кто-то из своих. Так или иначе, эксперты называют это убийство политическим и связывают его с предстоящими выборами в Санкт-Петербурге.
Эксперты? Любят шелкоперы напустить важности. Услышали от какого-нибудь болтуна вроде Атасова, какую-нибудь банальность, и давай ссылаться на мифических «экспертов».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: