Сергей Минутин - Скульптор и Скульптура
- Название:Скульптор и Скульптура
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:«ДИАЛОГ КУЛЬТУР»
- Год:2011
- Город:НИЖНИЙ НОВГОРОД
- ISBN:5 – 9023 – 9002 – 8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Минутин - Скульптор и Скульптура краткое содержание
Скульптор и Скульптура - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
С ней, ещё не родившейся, никто не разговаривал, никто не прислушивался к биению её сердца.
Мама была озабочена своим будущим в своём новом качестве. Родители мамы, будущие бабушка и дедушка, готовились к нянченью внука или внучки, хотя больше хотели внука, полагая, что с ним меньше хлопот, и что он больше расположит отца к себе, и их дочери будет легче.
Дедушка был поклонником Кузьмы Минина, и пьяненький постоянно цитировал Кузю: «Заложим жён и детей наших и спасём Отечество».
Малыш же, даже не родившись, уже прекрасно чувствовал отношение к себе со стороны своих родителей, бабушек и дедушек, и хотел быстрее родиться, вырасти и уйти. Уйти, сначала туда, куда глаза глядят, а потом обратно.
Она родилась раньше времени, окружённая людьми в белых халатах. Родилась без радости, без любви. Она даже не кричала, она просто появилась «на свет».
Особой радости от её рождения не испытали ни эти люди в белых халатах, ни её родители. Они выполнили ритуал зачатия, теперь им предстоял ритуал воспитания «как все». Этот ритуал не нёс для них никакого удовольствия и подразумевал расходы ещё на одного человека. Только радостный дедушка продолжал цитировать Кузю: «продадим дворы и спасём Отечество».
Родители решили назвать её Настей.
Отец пошёл в то место, куда в этой стране ходили все для регистрации имени при рождении или вычёркиванием имени по смерти. Он шёл регистрировать Настю. По дороге в то самое место он хорошо выпил за рождение дочери, пришёл в свирепое состояние и забубнил: «Настенька — хренастенька. Светкой будет». И зарегистрировал дочь Светкой.
Аналогии. Он
Он сразу стал центром всеобщего внимания и заботы. Для отца первый сын, которого надо учить, для мамы пока единственный ребёнок и самое любимое существо, которое надо баловать. Для дедушки и бабушки первый внук. Сергей ползал где хотел и делал что хотел. За все его проказы перед бабушкой и дедушкой отчитывались родители, но бывало и наоборот. Только Серёжка ни в чём не был повинен.
Когда он в клочья изорвал все папины документы, то и ругали папу, ибо документы надо прятать лучше. А когда они, мама и папа, пошли погулять, оставив своего сына спящим за закрытыми на ключ дверьми, а он тут же проснулся и начал орать, им обоим досталось от деда: «Ребёнка одного оставили…. Не нагулялись…».
Однажды он всех сильно перепугал тем, что, ползая по полу, вдруг пропал. Его искали минут тридцать, пока не обнаружили спящим под своей же кроваткой.
Отец всё время носил его на руках. Поэтому из всех слов, которые он быстро выучил и которые постоянно произносил, были: «Мама, папа, баба, деда и на ручки». Остальные слова, которые ему говорили, он не запоминал.
Дедушка говорил, что его внук гений и за каждую проделку награждал его куском сала. Сало с чесноком внук любил до самозабвения. Дедушка просто таял от такой любви внука к салу, так как видел во внуке главного ценителя своего труда.
С Сергеем все разговаривали, но больше всех, конечно, отец. Он его не учил частностям. Он показывал ему мир целиком, и Сергей жадно впитывал всё то, что видел сам и что ему показывал отец.
В школу он пошёл в семь лет. Он не умел ни читать, ни писать. Но он уже умел главное: видеть и понимать.
— Подумаешь, «Букварь», — по–взрослому размышлял он. Буквы — это частности в сравнении с тем, что он проделал в пять лет, отправившись на поиски мамы, которая, как он слышал, работает в книжном магазине. И он её нашёл. Он шёл и просил всех прохожих подряд читать ему все надписи на зданиях.
— Подумаешь, цифры. Это вообще ерунда, — и он вспомнил, как в четыре года, важно сопя, залазил в поезд, подсаживаемый отцом, и устремлялся на поиски своего купе. Он моментально находил своё купе, папину полку и своё место на ней. У него были свои, совершенно определённые представления о назначении римских и арабских цифр.
Одним словом, с буквами и цифрами он разобрался быстро. Лучше всех стал читать и считать и…заскучал. Ибо закончилась его вольная жизнь, а школьная «неволя» ничего нового уже не давала. К однообразию он готов не был.
Мама и папа быстро заметили скуку, которая овладела их ребёнком и, не мешая ему скучать, подарили ему, торжественно подарили, несколько взрослых книг Жюля Верна, Джека Лондона и Стивенсона. При этом они сказали ему, что эти книги расширят горизонты его сознания.
Книги по форме напоминали учебники и никакого энтузиазма в Серёжке не вызывали.
Тогда на семейном совете было установлено время и место чтения книг. Был определён целый час перед сном. Книги стали читать вслух. Сначала читал папа, затем мама. Сергей был слушателем.
Хватило недели, чтобы Сергей понял, что скука явление проходящее, и что горизонты познания школой не ограничиваются. Даже наоборот школа к знаниям никакого отношения не имеет. Знания — это нечто иное. Например, войти в образ литературного героя и прожить сюжет его жизни — это значит получить знание. И он зашагал по жизни уже пройденными литературными героями путями. Пути литературных героев были абсолютно не совместимы с путями, которыми вела его школа. Школа его воспитывала, а он искал новые образы и свой путь….
Аналогии. Она
Она жила с бабушкой. Бабушка была единственным человеком, который её любил и нежно говорил ей: «Моя внученька». Она затихала на коленях у бабушки, слушая сказки.
Родители продолжали её воспитывать, чтобы она была «как все»: буквы, цифры, ремень или ругань за непослушание. Она рано озлобилась и смотрела на всех исподлобья.
Школа радости не добавила. Хотя дала возможность практически совсем перестать видеть своих родителей. А чтобы они от неё совсем отстали, она хорошо училась. Оценки в её дневнике были предметом гордости родителей и того, что они в чём–то лучше всех. Они гордились. Ей было всё равно. Бабушка умерла.
Аналогии. Он.
Он и Она ходили в одну и ту же школу, получали одни и те же знания. Он откровенно дрых на уроках, ковырял в носу, читал книги. Его никто не контролировал, никто не проверял его дневник. Ему ещё малышу объяснили, что это его жизнь, а задача мамы и папы как его родителей дать ему всё необходимое для познания той среды обитания, в которой он будет жить. В этом их ответственность перед ним.
Он успешно познавал свою среду обитания, пока не попал в школу. В школе же он сразу пришёл к неутешительному выводу о том, что в школе познают не среду его обитания, а её формы. Но как можно учиться на постоянно изменяющихся формах, не объясняя при этом, почему именно они меняются. Он как мог, сопротивлялся впихиванию себя в эти школьные формы.
Учительница литературы бубнила произведения классиков прошлых веков. И из её слов выходило, что древние классики о его сегодняшней среде обитания знали больше, чем он ныне живущий.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: