Евгений Крестовский - Холодное солнце

Богданов шепнул изумленному Ермакову:

– Готовь пушку!

Ермаков поднял брови и приоткрыл рот, но майор так посмотрел на него, что ермаковский рот сам собой закрылся.

– Простите меня, – едва слышно прошептал Проня. – Они бы вас все равно… А я больной человек, я тут ничего не могу…

Богданов решительно вышел из автомобиля и, глядя исподлобья, направился к милиционерам. Можно было подумать, что майор собирается устроить им взбучку за неповиновение.

– А второй чего не выходит? – проскрипел сержант.

– Ты еще рот открываешь?! – грозно выпятив подбородок, Богданов двинулся на сержанта, словно не понимая, что сейчас будет.

Рядовой отскочил от сержанта и, передернув затвор автомата, нацелил его на УАЗ.

Охнув по-бабьи, Проня упал на сиденье и тут же скатился под ноги лейтенанту Ермакову, который выпрямился и замер от удивления…

Вольготно развалившись рядом с Витьком, который двумя пальцами играючи вел автомобиль, Береза держал на коленях монитор, где крестик и пульсирующая точка постепенно сближались.

Крест повторял извилистые русла рек и ручьев, а пульсирующая точка двигалась наперерез ему почти по прямой.

– Ах, молодец! Ну, гонщик! – приговаривал Береза, наблюдая за крестом. – Какого водилу теряем!

На заднем сиденье молчал Дудник. С ним сидел Ванек. Этот парень славился тем, что никогда не чувствовал боли и усталости. У него не было нервов и наверняка сердца. Зомби старались держаться от него подальше и за глаза называли его Зверем.

Береза любил своего Зверя и гордился им. Полуграмотный и безжалостный, Ванек был по-собачьи предан начальнику дружины. Береза потихоньку дрессировал Ванька – воспитывал его, как опытный хозяин воспитывает редкопородного и злого до лютости пса…

Начальнику дружины нравилось смотреть, как Ванек голыми руками «наказывает» штрафников. Сначала те оказывали активное сопротивление. Но их отчаянные тычки только разжигали Зверя. Почувствовав во рту у себя кровь, он приходил в неистовство: начинал ломать несчастных, кидая их тела с размаху о землю до тех пор, пока внезапно не обнаруживал, что жертва не дышит. Тогда, глупо улыбаясь, он поднимал растерзанных за шиворот и предъявлял их Березе.

В этот момент у начальника дружины по спине бегали мурашки: эта растерянная улыбка идиота наводила на него ужас, «Видал, какую зверюгу воспитал!.. Только как бы он теперь хозяина по запарке не загрыз!» – думал он.

– Что, Боря, нравится тебе моя техника? – усмехнулся Береза, указывая Дуднику на монитор с точкой и крестиком, перемещающимся по полю топографической карты.

Дудник не ответил. Глаза его были холодны, а губы плотно сжаты.

Ванек с детской улыбкой взглянул на Дудника и сильно ткнул того локтем в бок. Ткнул и рассмеялся во весь рот, от удовольствия закатывая глаза.

Дудник медленно повернул голову к Ваньку.

– Ну, что смотришь, дядя? – Ванек вдруг цепко схватил Дудника за подбородок, наложил свою широкую лапу ему на челюсть и, крепко сжав, с силой развернул его Березе. – Туда смотри! Тебя же спросили, гнида!

У Дудника вырвался легкий стон. Его здоровая рука потянулась было к высокому армейскому ботинку, но Береза, саркастически улыбнувшись, крикнул:

– Ша, ребята! Брэк! Ты, Боря, не сердись на моего паренька. Ведь он – дитя тундры! Чукча! Сам не знает, что делает. Просто Ваня любит порядок. Я задал тебе вопрос, а ты не ответил. Вот он и удивляется. Но ты его полюби, – продолжал начальник дружины, – он парень душевный,, преданный. Хочешь, он твоему Донскому руки вырвет? Или ноги? Он способный!

Ванек продолжал держать Дудника за челюсть и поглаживал его небритую щеку. Дудник с трудом сдерживался: этот супермен терпел сейчас невыносимое унижение. Но Борис Дудник был человек дела. Он терпел ради дела. Терпел, до краев наливаясь ненавистью.

– Не будем о твоем рабе, Береза. Он уже труп, – выдавил из себя Дудник, не сопротивляясь Ваньку, который больно щипал в этот момент его щеку.

– Оставь его! – строго сказал Береза Ваньку, вдруг нутром ощутив смертельную угрозу, исходящую от Дудника. – Лучше сюда гляньте! Во какой фортель Гешка выкинул! – закричал Береза, указывая пальцем на крест

Еще недавно уходящий от них в сторону материка, крест остановился и почти под прямым утлом к прежнему курсу пополз на восток.

– Здорово! – закричал Ванек, подавшись вперед и тут же забыв о Дуднике.

– А что, пожалуй, мы бы их потеряли! Как рассчитал все водила! Горжусь! Да, кто похуже у меня не работал! Жалко будет пускать ему кровя! – Береза с привычной улыбочкой вопросительно посмотрел на Дудника.

– Что ты все на меня смотришь, Береза? – усмехнулся успевший прийти в себя Дудник.

– А нравишься ты мне, Боря! Выдержка у тебя, как у Штирлица, и мозги! Мозги! Чую, в шахматы играешь! Эх, вот бы мне сюда такого Дудника! – балагурил Береза. – Смотри-смотри! Прямо на нас повернули. Идем встречными курсами. Ну что, доволен? Дать тебе пушку-то? – он вопросительно посмотрел на Дудника. – Нет, не дам. Пришьешь еще моего Ванюшку! Что я без него делать буду?! – И начальник дружины вместе с Витьком и Ваньком загоготали, остро предчувствуя упоительную охоту на человеков.

Около получаса пульсирующая точка сближалась с крестом на мониторе. Наконец Береза приказал остановиться. Все это время они ехали по крутому гребню над руслом реки. Под ними был обрыв. Вездеход беглецов должен был вот-вот выскочить из-за сопки в каких-то ста метрах от позиции, занятой отрядом Березы. Беглецы здесь лишались маневра и оказывались запертыми между двумя сопками.

– Минут через пять они вон оттуда вынырнут! Выходи строиться! Впереди самое интересное, хо-хо!

Из джипа, идущего следом, выкатились четверо штрафников и трое дружинников. Отворачивая лица от порывов ветра, все подошли к Березе, который расставил своих людей, а «косым» приказал лечь на землю. Один зомби помчался к сопке, из-за которой ждали гостей, чтобы, если что, ударить с тыла.

Небольшой отряд начальника дружины был прекрасно вооружен. Помимо автоматов, у зомби имелся пулемет. Его установили на треноге в джипе, крыша которого была в считанные секунды убрана. Имелись также гранатомет и винтовки с оптикой.

– Люблю размах! – сказал начальник дружины, поглядывая на экран монитора. – Щас появятся… Сначала подбей мне тягач, хлопец, – повернулся он к парню с гранатометом. – Только чтоб не сразу в капусту. По гусенице, понял? Пусть постреляют. Потом запускаем косых. Ножи им раздашь, когда скажу. Ты, Ванюшка, кажись, с косыми хотел пойти? Трофеев тебе хочется?

– Хочется! – воскликнул Ванек, вынимая из ножен огромный нож.

– Нет, не могу, родной, отпустить тебя. Пока останешься при мне. Так спокойней. Мы лучше нашего московского друга вместе с косыми пошлем. У него с утра руки чешутся! Никому не доверяет, хочет сам террориста завалить!