Галина Гончарова - Клыкастые страсти

– Юля, ну какие диктофоны?

Я фыркнула и вытащила из ящика Вадимов подарок на восьмое марта. Красная лампочка ярко мигала на хитром приборчике.

– А это видели?

– Юля, вы знаете, сколько стоит эта игрушка?

– Не разорится. Так мы говорим за жизнь или за бульон? Правда, он очень удался? И не слишком жирный?

Рокин понял, что я не шучу, и вытащил из карманов два диктофончика. Потом демонстративно нажал на кнопки. И красная лампочка погасла. Я кивнула.

– Так вот. Славка по уши влюбился в эту пади. А у той ума отродясь не бывало. Вы сами знаете, что такое пади.

– Знаю. Несчастные.

– Дела не меняет. Этот баран не мог видеть, как об его любимую вытирают ноги, и два идиота просто решили бежать!

Рокин покачал головой. Он не хуже меня знал, как обставляются такие дела – с переходом из стаи в стаю.

– Их, конечно, настигли, пытались вернуть, и два дурака стали отстреливаться. И победили, на свою и мою головы.

– И явились к вам за помощью?

– За билетом до Австралии. Каково?

– Лучше бы брали билет до Луны.

– Лучше бы их сразу туда и отправили. Или за ушко да на солнышко! А сейчас у меня проблем выше крыши. Надо же как-то улаживать разборки с владельцем пади, платить за оскорбление – или не платить, а хамить… Догадайтесь, кого в нашем городе может послушать вся эта нечисть?

– И что он с вас запросил?

– Много. Еженедельную кормежку кровью и силой.

– Всего лишь?

– Для меня – не всего, а очень даже. Вы сами знаете, как я жила эти полгода.

– Знаю. Юля, а почему вы не обратились ко мне?

– Потому что она пади. А я, как ни крути, кое-чем обязана Мечиславу. Если бы стали разбираться с ними, втянули бы и меня. Раньше, позже, все пришло бы к тому же знаменателю. Так какой смысл привлекать еще и ИПФ?

– Мы рады были бы вам помочь.

– И запросили бы не меньше Мечислава.

– Юля!

– Не надо, Константин Сергеевич. Я знаю вас, но и вашу работу я тоже знаю. Недаром выписываю ваш журнал.

Рокин методично уничтожал котлету, уже шестую по счету. Люблю, когда люди хорошо едят, у них потом кровь лучше по вкусовым качествам.

– Вы правы, Юля. Но мы, как ни крути, люди, а они – нечисть.

– И что?

– Они опасны для людей.

– Больше всего для людей опасны глупость, невежество, религиозность и фанатизм. А в вашей организации как раз прививают все эти качества.

– Юля!

– Не надо, Константин Сергеевич. Я видела вашу экстрасенсоршу.

– Тогда вы понимаете, что мы обращаемся с ней так, как этого требует ее психологический тип.

– И мне были бы обеспечены самые цивильные условия – в строгих рамках и на поводке. Я так не могу. Понимаете, Мечислав тоже требует от меня мою свободу, но возможно – только возможно! – я смогу либо найти другой выход, либо сохранить свою душу. А если я приду в ИПФ, это будет невозможно. В принципе. И плата у вас как у вампиров: за вход – душу, за выход – жизнь. А мне и то и другое пока самой пригодится.

– Вы совершаете огромную ошибку, Юля.

– Возможно. Но это моя ошибка и моя печаль. И это мой любимый был вампиром. Я никогда, никогда уже не смогу охотиться на них как на диких животных. Я любила Даниэля. Слишком любила.

– Вы знаете, он предал бы вас, рано или поздно.

Я меланхолично взвесила на руке разделочную доску. Говорят, такими и головы проламывали…

Рокин намек понял.

– Простите, Юля, но вы и сами понимаете, что это не люди. Это нечисть. Нежить. Ночные твари.

– Может, поэтому они не устроили перестройку, демократию и гласность.

– Вы передергиваете.

– И что?

– Юля, я еще раз предлагаю вам помощь и защиту ИПФ.

– Я еще раз отказываюсь. В суть дела я вас посвятила, подробностей и сама толком не знаю… что еще?

– Да много чего. Вот, например, тот паренек, который забегал к вам вчера днем.

– А что, с ним что-то случилось?

– Пока нет. Но вообще-то вы подвергаете мальчишку серьезной опасности.

– Если б я раньше это знала.

Рокин ехидно фыркнул.

– Юля, а вы уверены в том, что говорите?

– В том, что я действительно не подумала о последствиях своего поступка? Да.

– А в том, что вашему любовнику ничего не грозит?

Грозит, конечно, но разве можно в этом признаваться? Вы же мне голову оторвете! Я попробовала уйти в сторону.

– Он мне не любовник, а спарринг-партнер на одну ночь.

– А ваш… друг, который работает по ночам, об этом знает?

– Предполагаю, что уже да.

И я даже уже за это получила. Но опять-таки – не признаваться же? Тем более ИПФовцам!

– И вы думаете, что это легко сойдет вам с рук?

– А черт его знает. Сами понимаете, я недостаточно знаю этого друга для подобного прогноза.

– И так рискуете?

– Уверена, что ваше агентство меня не даст в обиду, если что.

– Я бы не ставил на это большую сумму.

– А я вообще не азартна. Выжить бы.

– Надеюсь, вам это удастся.

– Да. Знаете, я тоже на это надеюсь. Что мы еще не обговорили?

– Ауры. Я захватил вам журналы по аурам. Но бесплатно не отдам.

– И что вы от меня хотите?

Блин, ну что за мужики пошли? Нет бы броситься на колени и предложить женщине все самое нужное (машину, квартиру, дачу в Ницце, выпуск журнала о паранормальных явлениях и полпуда лапши на уши), так они торговаться начинают. То вампир пытался, теперь этот…

– Скоро к нам в город приезжает преподобный Алексий.

– И что?

– Он будет выступать с лекциями для закрытого круга участников. Я хочу предложить вам сходить туда.

– А что за лекции?

– О паранормальных формах. Вам должно понравиться.

– Ладно.

– А для начала я вам принес диск в нагрузку. Попробуйте послушать. Это его выступление три года назад.

– Хорошо. Я послушаю. А журналы?

Рокин запустил руку во внутренний карман пиджака и извлек тоненький номер журнала и диск.

– У нас выходил только один номер. Я надеюсь, вы мне его потом вернете.

– Да не вопрос. Отксерю и верну. Спасибо.

– Ауры вообще довольно сложная тема. Хотя бы потому, что полностью видеть их могут немногие.

– Разве?

– Да. И читать тоже. А если видишь только кусок ауры, получается искажение информации. Это просто бесполезно.

– Ясно. Ладно, я почитаю журнал. Спасибо огромное.

– Не за что. Спасибо, что угостили ужином. Мой телефон вы знаете.

– До свидания?

– Не «прощайте»?

– Все вернется, а вернется, значит, будем жить.

– Вопрос, как жить?

– Скорее не как, а с кем.

Я смеялась в голос, когда закрывала дверь за Рокиным.

Вот ведь паршивец.

Начала я, конечно, с журнала. Диск отправился на стол. Потом посмотрю. Не к спеху.

Сами определения ауры практически не отличались от тех, которые дали мне Мечислав с Вадимом. Я пропустила их и перешла к цветам [3] К стыду своему, автор непростительно мало знает об ауре человека и взяла описания ее цветов по книге Лобсанга Рампы «Ты вечен». .