Victor Izakson - Маша Коровина

****

Следователь вызвал сразу обоих, Машу и Толю.

— Поздравляю, улики с вас сняты. Можете идти, но как свидетели вы будете нужны, поэтому из города вам уезжать запрещено. Так как адреса у вас пока нет, вы должны каждый день отмечаться. Звоните, вот моя визитка, — и он дал указ полицейскому вывести их из управления.

Они вышли на улицу. Толя удовлетворённо потянулся и обнял Машу за талию.

— Ух и хорошо было в тюрьме. Трехразовое питание, чистая постель с подушкой, прогулки два раза в день, игра в баскетбол, телевизор. Что еще человеку надо для полного счастья, — с улыбкой заговорил Толя.

— Ладно, размечтался, Псевдо-Коровину искать надо, — оборвала его Маша.

— А где-ж ты ее найдешь? — удивленно пробормотал Толя.

— Найдем таксиста, он скажет куда ее отвез.

— Маша, ты представляешь сколько таксистов в Женеве? — воскликнул Толя.

— Найдем, — с уверенностью сказала Маша, — я номер такси запомнила. Пошли в таксопарк.

Придя в таксопарк, они обратились к дежурной, и та сразу указала им на таксиста.

— Вон он, в буфете обедает.

Маша и Толя подошли к столику, где сидел таксист. Маша попросила разрешения им присесть, ссылаясь на то, что у неё есть к нему вопрос. Они разговорились. Маша спросила о хромой девушке, которая не говорила по Английски, и которую он недавно куда-то отвёз. Таксист подтвердил, что действительно, три дня назад отвез хромую пассажирку в Lucerne в Grand Hotel National. Поблагодарив таксиста за информацию, они направились к автобусной остановке.

— Маша, — удивленно воскликнул Толя, — ты вроде по Английски не говорила, а теперь, и со следователем и с таксистами балакаешь. . .

— Ну уж и балакаю? Еле-еле по одному слову выковыриваю из памяти. Но знаешь? Мне в тюрьме попались славные девки. Они учили меня английскому по 10 часов в день, вот я и натаскалась.

— Ну и ну! – пробормотал про себя Толя, — за три дня...

Подошёл автобус до Люцерны и окрыленные надеждой, что через три часа Тося окажется в их руках, они радостно вскочили в него. По дороге они весело болтали, ничего вокруг себя не замечая. Тем временем всю дорогу до Люцерны за их автобусом следовала какая-то машина, которая продолжала их сопровождать до самого отеля. В отеле, представившись сестрой Коровины, Маше удалось узнать номер её комнаты. Они постучали в дверь номера, но ответа не последовало. Там ее не было. Тогда Маша и Толя разместились в противоположных концах коридора и стали терпеливо ждать её появления.

В машине, сопровождающей автобус, следующий в Люцерну, ехали Жмот, Паук и Кривой. Остановившись у того же отеля, куда подъехали Маша с Толей, Жмот дал распоряжение:

— Паук, ты стой у выхода, а я с Кривым иду в отель. Посмотрим куда пойдут эти двое. Наверняка они нашли хромую, — заключил он и они последовали за Машей и Толей в отель.

Прождав больше часа на своих постах, Маша и Толя увидели, как хромая девушка вышла из лифта, прошла по коридору и открыла дверь в свой номер. Толя последовал за ней, и когда она вошла в номер и хотела закрыть дверь, он вставил ногу в проём, удержал дверь и ввалился в номер, толкая перед собой Тосю. Маша последовала за ним. Тося в испуге отпрянула назад.

— Кто вы такие? — закричала Тося. — Что вам надо? Я вызову полицию.

— Не спешите, гражданка Коровина, — оборвала ее Маша. — Так кажется вас зовут. Мария Ипполитовна, да? — с иронией спросила её Маша, — будем знакомиться. Я Коровина, Мария Ипполитовна. Это мой телохранитель, — указала она пальцем на Толю, — можно просто Толя или Толян. Как вам будет угодно, а вы-то убийца Коровина. Вы что? Нечаянно ему горло перерезали? Или он сам себя убил? — сыпала вопросами Маша.

Бледная, еле шевеля губами, Тося упала в кресло, стоящее в углу комнаты. Её руки и колени дрожали. Не будучи в состоянии остановить эту дрожь и собраться с мыслями, она просто тупо смотрела на Толю и Машу, переводя взгляд с одного на другого.

В это время Жмот и Кривой подошли к Тосиной двери.

— Давай, Кривой, базарь по Английски, — приказал ему Жмот, — хоть какой-то прок с тебя будет. Англичанин, мать твою.

Кривой постучал в дверь: “Cleaning services,” — сказал он по Aнглийски.

Маша приоткрыла дверь:

— Thank you, we not need it now, — раздался ответ на ломаном английском.

Ударом ноги в дверь Жмот сшиб Машу с ног и ворвался в номер. Кривой последовал за ним, нацелив пистолет с глушителем на Толю.

Жмот подошел к Тосе и пощекотал кинжалом по ее носу. — Ты, что ли хромая, держишь все бабло? — грозно спросил он её.

— Ой, ребята, — воскликнул Толя, — вы здесь разбирайтесь, а мы лучше уйдем.

— Нет уж, погоди, — остановил его Кривой, приставив пистолет прямо к лицу Толи. Толя резко ударил по его руке с пистолетом.

Раздался выстрел, пуля попала в окно. Пистолет упал на пол. Ударив Кривого ребром ладони по шее, Толя сшиб его с ног. Жмот оставил Тосю и набросился с кинжалом на Толю.

Кинжал он держал профессионально, лезвием к себе. Понятно было, что он не раз пользовался этим оружием. Толя схватил его руку, потянул к себе, упал на спину, перекинув Жмота через себя и быстро вскочил на ноги. Кривой тут же навалился на Толю сзади и начал его душить. Маша шныряла глазами по комнате, пытаясь найти что-то потяжелее. Не видя ничего подходящего, она схватила шариковую ручку со стола, подскочила к Кривому и держа ее обеими руками, вонзила её сзади в шею. Кривой завыл от боли и пытался вытащить ручку из шеи. Это ему удалось, и из раны фонтаном брызнула кровь. Он пытался подняться на ноги, кровь пошла из горла и он упал замертво. Под его головой медленно расползалась кровавая лужа. Толя крепко держал руку Жмота с кинжалом. Они катались по полу, Маша схватила со стола вилку и начала наносить удары в спину Жмота. Тот одной рукой отмахивался от неё, а другой крепко держал кинжал. Тося, в ужасе поджав под себя ноги, подвывая сидела в кресле. Вдруг она вскочила, схватила свою сумочку и стремительно кинулась к двери. Маша бросила вилку и одним прыжком настигла Тосю, повалив ее на пол. Тося вцепилась руками в лицо Маши. Маша почувствовала её палец во рту и с силой укусила его. Тося дернула руку, чуть не вырвав Машины зубы. Маше удалось повалить Тосю на живот и сесть на нее верхом. Она прижала ее лицо к полу, покрытую мягким ковром. Тося стала задыхаться, Маша чуть отпустила и несколько раз ударила ее лицом по ковру.

Тем временем Толя перехватил руку Жмота за предплечье, потянул вперёд и коленом ударил по локтю. Раздался хруст ломающейся кости и кинжал выпал из руки Жмота на пол. Толя нанес Жмоту удар в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам еле дыша. Толя снизу ударил его ногой в лицо. Потом держа его голову обеими руками продолжал бить коленом в лицо, пока тот не упал на пол. Так он лежал подогнув под себя колени какое-то время, издавая стонущие звуки. Отдышавшись, Толя подошел к Маше, которая всё ещё сидела на спине у Тоси. Она поднялась, а Толя схватил Тосю и отшвырнул ее обратно в угол. Тут Маша заметила, что Жмот, очухавшись, подполз к пистолету, валявшемуся на полу, поднял его свободной рукой и стал наводить его на Толю. Маша бросилась к Толе, схватила его за ноги и толкнула всем телом назад. Толя упал, раздался выстрел, пуля попала в зеркало. Осколки со звоном попадали на пол. Толя вскочил на ноги, схватил стул и начал наносить удары по Жмоту. Тот пытался заслониться, выстрелил два раза и оба раза промахнулся. Маша обежала сзади Жмота и легла на пол прямо перед его ногами. Жмот, отступая под ударами стула, споткнулся о Машу и упал на спину. Маша накинулась на Жмота, схватила его руку, державшую пистолет, навела пистолет на его шею и нажала курок. Жмот был убит наповал. Наступило молчание. Тося сосала укушенный палец. Маша сидела на полу, тупо уставившись на труп Жмота.