Эльдар Ахадов - Ожидание чуда. Избранные стихотворения
- Название:Ожидание чуда. Избранные стихотворения
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:9785447425951
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Эльдар Ахадов - Ожидание чуда. Избранные стихотворения краткое содержание
Ожидание чуда. Избранные стихотворения - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
По ветром изрезанным веткам,
По улицам ветхим,
По редким
Прохожим,
По лицам на ветер похожим,
По едким
Дымам заводским
И по лестничным клеткам,
Как пальцем по строчкам
Непрочным,
Грудным и условно-досрочным,
Неровно,
Но всё-таки верно
Водя,
Мотается маятник, изображая скитальца,
Танцует колдунья
На кончике медного пальца,
Взрывается
Небом
Упавшая
Капля дождя!
Ночное небо
Мир полон ночного движенья…
Вот в небе, раскрытом для глаз,
Искрящийся росчерк мгновенья
Средь звёзд промелькнул и погас.
Дождь
Сверкает дождь. Играет солнце.
Мелькает капель перепляс.
Сквозит и радугами рвётся
Весна, коснувшаяся глаз.
Вдали уже едва маячит
Мой дом, омытый вихрем слёз…
А дождь идёт, шумит и плачет
В зелёном мареве берёз.
Памяти В. Хлебникова
Веет вечер-зинзивер:
Веер-ветер-велемир…
Индивеет индивер,
Засыпает зинзилир.
Зимневеет и звенит.
Зинзивает и скользит.
Сквозникают сквозничи,
И чихают чихачи!
У свечи —
За тенью тень —
Зинь-зивень…
Зивень.
Зи-
Вень…
9 ноября
По-над небом башней сторожевой
Ходит-бродит Хлебников, как живой.
Говорит, дотрагиваясь до снов, —
Без руки, без умолку и без слов.
И струится птичий его язык,
Проступая сквозь человечий зык,
И звучит безмолвное всё слышней
Среди трав, кузнечиков и камней…
Пламенеет море, течёт песок,
Исчезая в паузах между строк.
9 ноября – день рождения Велимира Хлебникова
Радуга
Радуга истекла,
Губы водой печёт.
Эта река – светла
И от небес течёт.
С вечера до утра
Светятся огоньки.
Дуют всю ночь ветра
Синие вдоль реки.
Стынет в реке вода,
Ходят внутри ручьи,
В капельках изо льда
Вздрагивают лучи…
Быстрого света сноп.
Стайки летучих рыб…
Словно руки озноб —
Там, где реки изгиб…
Дорога. Улица. Тропинка
Дорога. Улица. Тропинка.
Шагов и музыки игра.
Земля – как черная пластинка,
А человек на ней – игла.
Вся жизнь – на грани поединка:
Любовь, отчаянье, полёт…
Душа – как черная пластинка:
Ей больно,
А она – поёт.
Всё то, что прежде только снилось
Всё то, что прежде только снилось,
Чего и быть-то не могло,
Вдруг заявилось-запылилось,
Помялось и произошло:
Не абы как, не на бумаге,
Не с молодцами подшофе,
Не с кулаками после драки,
Не перед аутодафе,
А здесь, сегодня, в том же мире,
Где, задыхаясь от гостей,
В своей или чужой квартире
Ждут хоть каких-нибудь вестей.
И вот оно – на самом деле —
Немыслимое – миг назад,
Явилось, точно – как хотели
Да вечно мешкали сказать.
И вроде радоваться надо:
Смеяться или пить до дна…
А ты, не поднимая взгляда,
Стоишь и плачешь у окна.
Восхождение
Туда, где ледяные сны,
К вершинам, грозным от рожденья,
По зову сердца и весны
Мы начинаем восхожденье.
Долины взорваны травой.
На гребнях снег ещё дымится.:
Объятый ветром, но живой,
Он обжигает наши лица.
Ещё не выдохлась пурга:
Лавины эха, шпаги свиста,
И за альпийские луга
Тропа крута и камениста.
За каждым выступом скалы
Риск отступленья неизбежен.
Но там, внизу, кипят котлы,
И золотистый воздух нежен.
Там искры листьев занялись,
Там день язычески неистов…
А перед нами – только высь,
Где небо – цвета аметистов.
За каждый шаг, за миг, за треть,
За приближенье к вечной цели —
Не страшно вспыхнуть и сгореть
В белесом пламени метели…
Короткий выдох. И – вперёд.
А там – пускай, судьба превратна.
Но нет уже пути обратно
Тому, кто этот изберёт.
Художник
Не спит художник по ночам,
И вместе с ним не спят картины,
Где прикасаются к очам
В снегах сибирские равнины,
Где знойный воздух пирамид
Мелькнёт по сердцу ветром шалым,
Где лишь свеча во тьме горит,
Пронзая бездну жёлтым жалом,
Где льда дремучая гора
Плывёт, на волнах отражаясь,
Где осень веткой со двора
К стеклу оконному прижалась,
Где в воздухе – поёт букет,
А звёзды – прорастают в небо!
Когда душа летит на свет,
Её описывать нелепо…
Но прав настойчивый творец:
Он чувствует, как лягут краски,
И тысячу своих сердец
Он предаёт всё той же страсти.
Она, как стража на посту,
Из ночи в ночь его тревожит
И водит кистью по холсту,
Когда рука уже не может…
Часы
Идут часы. Конец столетью.
Дрожат весы.
Железом, бронзою и медью
Стучат часы.
Идут колючие, стальные —
Без рук, без ног,
Спешат минуты заводные,
Течёт песок.
И не уснуть. И не проснуться.
И не уйти.
Идут часы, и жилы рвутся
На всём пути.
Жидкий изумруд
Зимы истаяли недели,
Как затерявшийся в ночи
В белесом пламени метели
Мгновенный обморок свечи.
Но, о минувшем не гадая,
Всё оживлённей и смелей
Струится зелень молодая
По иероглифам ветвей.
И, словно осеняя чудом
Мир, узнаваемый до слёз,
Пылает жидким изумрудом
За полем облачко берёз.
Жизнь
Жизнь незаметно истекает
Покуда вся не истечёт
За будничными пустяками
И датами наперечёт.
Однажды, на какой-то дате
И я на даль её взгляну,
Как на пылающем закате
На заполошную волну.
Но так ли всё? Она ли это —
Там, на неведомом краю
Воды и солнечного света?
Не знаю… И не узнаЮ.
Ожидание
Дерево качнётся
На ветру,
Что-нибудь начнется
Поутру.
Что-то вроде сказки
Для детей,
Что-то вроде ласки
Для людей,
Для людей подточенных.
Жизнью замороченных,
Знавших только дрязги
Позабывших сказки…
Дерево качнётся.
Что-нибудь начнётся.
Поглядите мне вслед
Поглядите мне вслед. Если можно, прошу лишь об этом.
Как не падает снег, как не гаснет свеча на ветру,
Как сгорает звезда за чертой, наречённой рассветом,
Поглядите мне вслед и увидите: я – не умру.
Поглядите мне вслед. Перед тем, как забыть, поглядите.
Бог нам завтра судья, но пока все ложится на вас.
Рассыпаются в прах имена на песке и граните,
Кто-то плачет во сне, и святые пускаются в пляс…
И когда темнота заскользит холодком за спиною,
И не слышно кричать, и неведомо сколько идти:
Поглядите мне вслед, не спешите пройти стороною,
Может, есть что сказать, может, просто и вам по пути.
Дворцовая площадь
Шёл парад – венец державной мощи:
Четкий шаг и взгляды по дворцу.
В чём-то провинившуюся площадь
Сапогами били по лицу.
Шли года, как люди, – по спирали,
Горькая истошная толпа,
Шли года и молча умирали
У Александрийского столпа.
Интервал:
Закладка: