Филипп Матышак - Один день в Древнем Риме. 24 часа из жизни людей, живших там
- Название:Один день в Древнем Риме. 24 часа из жизни людей, живших там
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент 5 редакция «БОМБОРА»
- Год:2021
- Город:Москва
- ISBN:978-5-04-156052-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Филипп Матышак - Один день в Древнем Риме. 24 часа из жизни людей, живших там краткое содержание
Ранее эта книга выходила под названием «24 часа в Древнем Риме». Данное издание было заново переведено и научно отредактировано.
Один день в Древнем Риме. 24 часа из жизни людей, живших там - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Мать Флакцилла и ты, родитель Фронтон, поручаю
Девочку эту я вам – радость, утеху мою,
Чтобы ни черных теней не пугалась Эротия-крошка,
Ни зловещего пса Тартара с пастью тройной.
Полностью только шесть зим она прожила бы холодных,
Если бы столько же дней было дано ей дожить.
Пусть же резвится она на руках покровителей старых
И по-младенчески вам имя лепечет мое.
Нежные кости пусть дерн ей мягкий покроет: не тяжкой
Будь ей, земля, ведь она не тяготила тебя.
Совсем недавно философ Сенека упрекнул друга, тяжело переживавшего смерть сына, который был еще младенцем: «Ты ждешь утешений? Так получай упреки! Вот какую слабость ты обнаружил, когда умер сын! А что бы ты делал, потеряв друга? Умер сын, чье будущее неясно, совсем крохотный; загублен самый короткий век» [20] Сенека. «Нравственные письма к Луцилию», письмо 99, глава 2. Перевод С. А. Ошерова. Цит. по: Луций Анней Сенека. Нравственные письма к Луцилию. М.: Наука, 1977.
.
И все же, как хорошо известно Сосипатре, одно дело – абстрактные рассуждения о смерти ребенка и совсем другое – когда вся ее любовь и забота отдавались этому ребенку в течение последних шести месяцев. Каждый день Сосипатра держала ребенка, кормила его грудью и наблюдала за ним с тревогой. Шли месяцы, и каждый день она уповала на божью милость. Теперь все надежды могут обратиться в прах: ее ребенок лежит в кроватке, с трудом вдыхает воздух и вопит от боли. Вздохнув, Сосипатра подходит к угловому столику и осторожно наливает немного масла в стоящую там лампу. Маленькое мерцающее пламя – единственный свет в комнате. Трижды за ночь она наполняла лампу. Утренняя заря осветит комнату до того, как сгорит последнее масло.
На рассвете придет сестра Сосипатры и принесет завтрак – молоко, оливки и свежий хлеб. Уставшая мать уйдет в другую комнату и рухнет на кровать, на которой незадолго до этого спал ее муж, а сестра попытается уговорить младенца съесть немного кукурузной муки, смешанной с молоком и медом.
Духам мертвых… милейшему и самому желанному ребенку, еще не умевшему говорить, но доставлявшему столько радости… Родители Термалий […] и Сосипатра поставили [памятник] Луцию Курию, прожившему шесть месяцев и три дня.
Римская надпись 6.17313[21] Перевод К. С. Истомина. Оригинал опубликован: Corpus Inscriptionum Latinarum. Т. 6. Берлин, 1886.
Одиннадцатый час ночи
(05:00–06:00)
Гонец императора отправляется в Британию
Тит Авл Макрий спешит. Он несколько беспокоится, поскольку по первоначальному плану ему нужно было покинуть город вскоре после полуночи. Но гонцы-скороходы нечасто отправляются в Британию с имперской почтой, и практически каждый мелкий служащий Табулария (государственного архива на Капитолии) норовит добавить какое-нибудь письмо к императорским посланиям, которые уже лежат в водонепроницаемой сумке за седлом Тита.
Принесенные в последний момент письма и бюрократические проволочки сделали свое дело: уже забрезжил рассвет, а улицы начинают заполняться пешеходами. Лошадь Тита идет быстрым шагом – и все равно едва не сбивает женщину, которая торопится доставить в ближайший дом завтрак из маслин и хлеба. Тит прикидывает: еще час нужен на то, чтобы пересечь заполненные народом улицы. Он покинет город, миновав Мост Агриппы, двигаясь по Аврелиевой дороге к тенистым холмам, раскинувшимся вдоль побережья Тосканы.
Поскольку Тит проводит меньше времени в городе, он не может не замечать недостатков городской жизни, с которыми коренные римляне давно смирились. Например – запах. Откровенно говоря, в Риме воняет. Прямо перед собой Тит видит великолепный образец коровьего навоза – напоминание о только что проехавшей мимо повозке, запряженной волами. Но этот навоз, по крайней мере, свежий, в отличие от содержимого десятков ночных горшков, которое римляне выплескивают из окон прямо на улицу. Им попросту лень спуститься, воспользоваться общественным туалетом и вновь подняться к себе наверх. Страшная вонь сливается с запахом, исходящим от сотен тысяч людей и животных, теснящих друг друга на улицах, и со зловонием гниющего мусора, доносящимся из переулков. Каждый раз, когда Тит проезжает по Риму, его ноздри сжимаются от брезгливости.
На пути Тита встречаются и приятные запахи дров и свежего хлеба из пекарен, а также терпкий аромат древесного угля, говорящий о том, что кузнецы приступили к работе. Особенно невыносима вонь, которую ветер приносит из кварталов кожевенников, расположенных за Тибром (эту часть города римляне так и называют – Транстиберим). Запаха концентрированной мочи, используемой для дубления кожи, достаточно, чтобы деревенский мальчик расплакался, а Тит, рожденный на сабинских холмах, по-прежнему считает себя деревенским мальчиком, хотя и служит империи не первый год.
Тит – табелларий: так называют императорских гонцов (это потому, что большинство сообщений, которые они перевозят, пишутся на восковых табличках – «табеллах»). Если точнее, Тит – стратор: название этого класса гонцов происходит от слова «седло». Страторы передвигаются верхом, это самые немногочисленные и самые дорогие гонцы. Их нанимают только богатые аристократы и купцы – и, конечно же, император.
Чаще всего посланники такого уровня путешествуют в легких каретах и никуда не торопятся: в римском обществе люди, знакомые между собой, обычно живут поблизости, поэтому отправлять срочные сообщения на большие расстояния нет необходимости… Если, конечно, вы не император. Гонцы, как и дороги, по которым они передвигаются, буквально сшивают обширную Римскую империю в единое целое.
Все дороги ведут в Рим, потому что по этим дорогам в Рим поступают сообщения от наместников провинций: о планируемых расходах, о налоговых поступлениях, о численности войск; кроме того, донесения разведчиков о передвижении варваров вдоль границы и письма из-за границы от правителей зависимых от Рима территорий. Вся эта информация стекается на Палатинский холм, где и происходит управление всей Империей. Когда наверху приняты решения – императорские посланники, такие как Тит и ему подобные, отправляются во все концы империи, развозя указания: следует ли предпринимать военные действия, нужно ли привлекать к ответственности членов надоедливой секты, называющих себя христианами, будут ли выделены средства на реализацию предложенных наместником строительных проектов – акведуков, бань. Император Адриан очень практичен.
В 1494 году в городе Вормсе (Германия) был найден необычный артефакт – свиток длиной почти семь метров. На свитке отмечены все станции римской государственной транспортной системы (по-латински – «cursus publicus»).
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: