Array Катори Киса - Абсолют

— Пожалуй, я могу доверить тебе салат, — с наигранной неуверенностью протянул Скорпиус и рассмеялся. — Давай салат, а потом будем мясо прямо на огне жарить. Мой мозг уже требует еды немедленно.

Гарри кивнул и, достав из машины пакет с овощами, нарезал их при помощи Секо, сбрасывая ровные дольки в трасфигурированную миску. А попутно он разглядывал Скорпиуса, подмечая явные изменения в его поведении. Малфой потихоньку менялся, и то, в какую сторону это происходило, Гарри приходилось по душе. Скорпиус действительно начинал вести себя так, будто повзрослел — и это касалось не только секса. Видимо, в какой-то момент, Гарри перестал быть для него идолом для поклонения, обретя, наконец, черты живого человека из плоти и крови. И день за днем Скорпиус приобретал уверенность в себе. А может, и не только в себе, скорее всего, еще и в нем, Гарри — а точнее в их отношениях.

— Готово, — сообщил Гарри, отправив последний кусочек огурца себе в рот. — Ты кстати вилки не брал?

— Я подумал о них, но решил, что интереснее будет трансфигурировать их или даже просто есть руками, — Скорпиус закончил с печкой и занялся кабаньей тушей. — Почему-то мне теперь хочется чего-то, максимального далекого от привычного образа жизни. Надеюсь, тебя это не слишком тяготит? — он виновато улыбнулся, тут же заставив Гарри подумать, что если Малфой и изменился, то пока все же не настолько, насколько хотелось бы.

— Тяготит. Еще как, — с улыбкой заявил Гарри. — Но математически верный поцелуй на ночь сотрет это ощущение напрочь, — и, выудив из миски помидор, поднес дольку к губам Скорпиуса.

Скорпиус несколько секунд таращился на него, но потом все же аккуратно взял помидор губами и с удовольствием съел.

— Я понял правильно, это была шутка? — уточнил чуть напряженно.

Гарри мысленно закатил глаза. Ну слава Мерлину, в этот раз хоть спросил…

— Да, можешь начинать смеяться, — улыбнулся он и протянул Скорпиусу кусочек огурца.

В мгновение ока Скорпиус съел и его, а потом, будто не выдержав, схватил один и целых помидоров и проглотив, почти не жуя, в три укуса.

— Прости, — пробормотал смущенно. — Давай жарить мясо. — Он нанизал уже подготовленные куски кабанятины на заостренные палочки и протянул пару Гарри. — До двенадцати лет даже мать не могла есть со мной за одним столом. То, как я обращался с едой, ввергало родителей в ужас.

— Бедные, — не удержавшись от сарказма, протянул Гарри. — С какими им только трудностями не приходилось сталкиваться! Уму непостижимо, и как им только удалось справиться! — проговорил он и нахмурился. Скорпиус ведь не для этого ему о своем детстве рассказывает, чтобы он вот так фыркал и умничал, тем более, что сам Малфой на своих родителей зла не держит. — Прости, — виновато выдавил он.

Скорпиус покачал головой.

— Иногда я думаю так же, — отозвался он задумчиво. — И тогда я делаю так… — сорвав с ветки кусок сырого мяса, который только успел поднести к огню, он сунул его в рот и проглотил не жуя. Криво усмехнулся, не глядя на Гарри, и потянулся за еще одним куском. — Знаешь, а я ведь не понимаю, зачем я все это тебе говорю. Мне почему-то очень важно, чтобы ты знал обо мне правду, хотя она в большинстве своем отвратительна, — он нанизал мясо на прутик и поспешно сунул его в огонь.

Глаза Гарри непроизвольно распахнулись, но, быстро взяв себя в руки, он придал своему лицу как можно более беспечное выражение и внимательно взглянув на Скорпиуса, кивнул на нанизанное сырое мясо.

— Вкусно? — спросил он, и в следующую секунду стянул с прутика небольшой кусок и отправил в рот. — Конечно, не карпаччо, но пойдет, — констатировал Гарри, прожевав мясо. — С этим разобрались. Ничего сверхъестественного и инопланетного. Чем еще ты меня еще хочешь ввергнуть в ужас? — спросил он, не отводя от Скорпиуса глаз.

Неожиданно Скорпиус рассмеялся и ткнул его кулаком в плечо.

— Мерлин, и правда жутко! — заявил он. — Не делай так больше. И я не буду.

Он пододвинулся ближе и прижался к нему плечом, будто две странных выходки еще больше сблизили двух странных, так не похожих друг на друга людей.

— Делай, если хочется. Мне все совершенно все равно. И если бы мне понравился вкус, поверь, меня меньше всего волновало бы то, как это смотрится со стороны, — выдохнул Гарри. — Так… что у нас там дальше по списку? Лично я жду жутких историй, — недолго помолчав, продолжил он. — Все по правилам. Лес, костер, страшилки, — улыбнулся Гарри.

— Страшилки?.. — с искренним недоумением переспросил Скорпиус. — Но почему страшилки? Я бы уверен, что план — это лес, костер и секс…

— А еще я себя считаю ненасытным, — хмыкнул Гарри. — Какой же костер без страшилки? — спросил он, возвращая разговор в прежнее русло. — Это что-то типа обряда у магглов, точнее традиции. Спроси при случае у Маккоя, думаю, он сможет объяснить.

— Спрошу, — кивнул Скорпиус. — И кстати о Маккое. Если ты не хочешь, чтобы я пользовался его предложением познакомиться с маггловским миром поближе, то я пойму и не стану этого делать. Тебе же он не слишком нравится.

— Мне не нравится его стремление подкатить к тебе, — фыркнул Гарри. — Но послушай… Я не твой надсмотрщик, не хочу и не собираюсь им становиться. Я думаю, тебе будет интересно с ним прогуляться, — скупо улыбнулся он. — Но если… — он замолчал, подбирая слова. — Так вот… если на тебя вдруг найдет умопомрачение, и ты за моей спиной… я просто не смогу принять это.

— За твоей спиной что? — фыркнул Скорпиус. — Трахнусь с ним? Ты можешь себе это представить?

— Нет, — покачал головой Гарри. — К счастью, пока нет. Не обижайся на мои слова, но жизнь есть жизнь, и случиться может всякое.

— Я не буду говорить, что совершенно не вижу ситуаций с таким исходом, — осторожно сказал Скорпиус, — но ни одна из них не предполагает твоего физического присутствия на этой планете.

Как бы странно не звучали эти слова, Гарри знал, что Скорпиус говорит их с самой настоящей искренностью. И как обычно, произнесены они как само собой разумеющееся. Гарри поймал себя на мысли, что его попытки вписать Скорпиуса в привычные рамки жизни — едва ли не самая большая глупость, которую он когда-либо делал. Своим неординарным, а порой и пугающим мышлением Малфой открывал для него новые, прежде неизвестные горизонты человеческих отношений.

— Я знаю, что ты совсем не такой, как все, — тихо проговорил Гарри. — Но порой у меня будто память отшибает, и я начинаю равнять нас с тобой со всеми.

— Ничего, мне не трудно напомнить, — улыбнулся ему Скорпиус, но улыбка была недолгой — мясо аппетитно зашкворчало, отвлекая все внимание на себя. День уже близился к вечеру, и немудрено было, что Малфой проголодался, но только сейчас Гарри по-настоящему задумался о том, какого это — быть настолько зависимым от еды, лекарств и чар. Что будет, если Скорпиус не поест вовремя, не выпьет чудо-таблетку или уснет где-то, где некому будет вылить на него стакан воды?..