Николай Вихирев - Искатель. 1965. Выпуск №1
- Название:Искатель. 1965. Выпуск №1
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство «Молодая гвардия»
- Год:1965
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Николай Вихирев - Искатель. 1965. Выпуск №1 краткое содержание
На 1-й стр. обложки: рисунок художника А. Гусева к фронтовым запискам кинооператора И. Вихирева.
На 2-й стр. обложки: иллюстрация художника Н. Гришина к фантастической повести Г. Голубева «Огненный пояс».
На 4-й стр. обложки: строительство Днепродзержинской ГЭС. Фото Н. Селюченко.
Искатель. 1965. Выпуск №1 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Когда профессор и Прингль вошли в отель, под пальмы, Прингль внезапно уронил книгу на маленький столик, словно она жгла ему пальцы. Священник с любопытством взглянул на нее; на переплете сверху было крупными буквами вытиснено следующее двустишие:
Кто в эту книгу посмотрел,
Тот смерть крылатую узрел.
Внизу же, как патер обнаружил несколько позже, были такие же предостережения на греческом, латинском и французском языках. Профессор и Прингль вошли в ресторан, испытывая потребность выпить чего-нибудь, вполне естественную после перенесенных волнений и усталости, и Опеншоу окликнул лакея, который принес им два коктейля.
— Надеюсь, вы пообедаете с нами, — сказал профессор миссионеру, но м-р Прингль с улыбкой покачал головой.
— Извините меня, — сказал он, — я хочу пойти куда-нибудь и сразиться с этой книгой и со всей этой историей в одиночестве. Не могу ли я воспользоваться вашей конторой на час или на два?
— Но я думаю… Я боюсь, что она заперта, — ответил Опеншоу несколько удивленно.
— Вы забываете, что там имеется дыра в стекле.
Преподобный Льюк Прингль улыбнулся самой широкой своей улыбкой и исчез во мраке улицы.
— В конце концов довольно странный субъект, — сказал профессор, нахмурившись.
Он был несколько удивлен, увидев, что патер Браун беседует с лакеем, принесшим коктейли, и, по-видимому, о самых интимных делах лакея, потому что упоминалось имя какого-то ребенка, который был уже теперь вне опасности. Он высказывал некоторое удивление по поводу этого факта, недоумевая, каким образом мог священник познакомиться с таким человеком; но патер Браун сказал только:
— О, я ведь обедаю здесь по нескольку раз в год и беседую с ним время от времени.
Сам профессор, обедавший здесь около пяти раз в неделю, подумал, что ему никогда и в голову не приходило беседовать с лакеем, но его мысли были внезапно прерваны вызовом к телефону. Голос, вызвавший его, назвал себя Принглем; это был какой-то заглушенный голос, но вполне возможно, что его заглушали все эти заросли бороды и бакенбард. Того, что он сообщил, оказалось вполне достаточно для установления тождества.
— Профессор, — сказал голос, — я больше не в состоянии выносить это. Сейчас я сам загляну в нее. Я говорю из вашей конторы, и книга лежит напротив меня. Если что-нибудь случится со мной, то это будет моим прощанием с вами. Нет. Не пытайтесь остановить меня. Все равно вы не успеете. Я раскрываю книгу. Я…
Опеншоу показалось, что он слышит отзвук какого-то содрогания, какого-то трепета, какого-то почти беззвучного падения; потом он несколько раз прокричал в трубку имя Прингля, но больше ничего не услышал. Он повесил трубку и, обретя свое великолепное академическое спокойствие отчаяния, вернулся к столу и тихо занял свое место. Затем с полнейшим хладнокровием, словно описывая провал какого-нибудь незначительного фокуса на одном из «сеансов», он рассказал священнику все подробности таинственного кошмара.
— Пять человек исчезли таким невероятным образом, — сказал он. — Каждый из этих случаев необычаен, но случай, который я просто не в состоянии переварить, это случай с моим клерком Берриджем. Он был спокойнейшим существом в мире.
— Да, — ответил патер Браун. — Как бы то ни было, а странно, что Берридж проделал такую штуку. Он был чудовищно добросовестен. Он так старался всегда отделять все дела конторы от всяких своих проделок. Ведь вряд ли кто-нибудь знал, что дома он был большим шутником и…
— Берридж! — вскричал профессор. — Разве вы знали его?
— О, нет, — ответил патер Браун небрежно, — но, как вы заметили, я знаю лакея. Мне часто приходилось ожидать в конторе вашего возвращения, и, разумеется, я проводил часть дня с беднягой Берриджем. Это был большой оригинал. Я припоминаю, как однажды он мне сказал, что хотел бы коллекционировать ничего не стоящие вещи, подобно тому как коллекционеры собирают те нелепые вещи, которые они считают ценными. Вы, наверное, помните известный рассказ о женщине, которая собирала ничего не стоящие вещи.
— Я не вполне уверен, что понимаю, о чем вы говорите, — сказал Опеншоу. — Но если даже мой клерк и был оригиналом (а я в жизни не знал ни одного человека, которого считал бы менее способным на оригинальность), это не объясняет того, что с ним случилось, и уж, конечно, не объясняет случаев с остальными.
— С какими это с остальными? — спросил священник.
Профессор взглянул на него и сказал, отчетливо выговаривая слова, словно обращаясь к ребенку:
— Дорогой патер Браун, исчезли пять человек.
— Дорогой профессор Опеншоу, ни один человек не исчез.
Патер Браун смотрел на своего собеседника не менее твердо и говорил не менее отчетливо. Тем не менее профессор потребовал повторения этих слов, и они были повторены все с той же отчетливостью.
— Я сказал, что ни один человек не исчез.
После минутного молчания священник добавил:
— Я думаю, что самое трудное — это убедить кого-нибудь в том, что 0: 0 = 0. Люди верят самым странным вещам, если они идут подряд. Макбет поверил трем словам трех ведьм, несмотря на то, что первое он знал сам, а последнее он мог осуществить только впоследствии. Но в вашем случае среднее слово — это самое слабое из всех.
— Что вы хотите сказать?
— Вы не видели ни одного исчезновения. Вы не видели, как исчез человек из палатки. Все это основано на словах Прингля, о личности которого мы не будем спорить с вами сейчас. Но вы можете допустить следующее; вы бы сами никогда не приняли его слов всерьез, если бы вы не увидели, что они подтвердились исчезновением вашего клерка. Так же как Макбет никогда не поверил бы в то, что он будет королем, если бы не подтвердилась его уверенность в том, что он будет Кандорским таном.
— Это, быть может, и верно, — сказал профессор, медленно кивая. — Но когда это подтвердилось, я убедился в том, что это правда. Вы сказали, что я ничего не видел сам. Но я видел. Я видел, как исчез мой клерк. Исчез Берридж.
— Берридж не исчез, — сказал патер Браун. — Наоборот.
— Какого черта вы хотите сказать этим «наоборот»?
— Я хочу сказать, — сказал патер Браун, — что он никогда не исчезал. Он появился.
Опеншоу взглянул на своего друга, но, когда он сосредоточился на новом освещении вопроса, в голове у него совсем помутилось. Священник продолжал:
— Он появился в вашем кабинете, нацепив густую рыжую бороду, напялив на себя мешковатый плащ, и выдал себя за преподобного Льюка Прингля. А вы всегда обращали на своего клерка так мало внимания, что не узнали его, когда он был в этом наспех сделанном костюме.
— Но право же… — начал было профессор.
— Могли ли бы вы описать его полиции? — спросил патер Браун. — Нет, не могли бы. Вы, вероятно, знали только, что он был гладко выбрит и носил цветные стекла в очках; и если бы он просто снял эти очки — это было бы лучше всякого переодевания. Вы никогда не видели его глаз, так же как и его души, — веселых, смеющихся глаз. Он положил свою нелепую книгу и всю эту бутафорию, затем спокойно разбил окно, надел бороду и плащ и вошел к вам в кабинет, зная, что вы ни разу в жизни не посмотрели на него.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: