Полиэн - Стратегемы

9. Филипп не меньшего достигал словами, чем сражениями. И, клянусь Зевсом, он более ценил то, чего добивался речами, нежели оружием, ибо в последнем случае он делил успех с воинами, а в первом случае успех принадлежал только ему [785].

10. Филипп приучал македонян перед сопряженными с опасностью военными предприятиями часто в полном вооружении проходить триста стадий, неся на себе одновременно шлемы, пельты, поножи, сариссы, а также сверх того провиант и всю утварь, которой они пользовались в своем повседневном обиходе [786].

11. Филипп, прибыв в Ларису [787], чтобы схватить некоторых из Алевадов [788]вне дома, притворился больным, рассчитывая арестовать их, когда они придут, дабы посетить больного. Боиск известил Алевадов о предстоящем нападении, и поэтому подобная хитрость не удалась [789].

12. Филипп обратился к сарнусийцам с просьбой позволить ему выступить в их народном собрании. Получив согласие, он приказал своим воинам явиться туда со спрятанными под мышкой ремнями. Как только Филипп поднял правую руку, якобы намереваясь произнести речь, — это был сигнал для его воинов, чтобы связать всех присутствующих. Так были связаны более десяти тысяч сарнусийцев, уведенных затем в Македонию [790].

13. Филипп, преследуемый фракийцами, приказал воинам, которые находились в арьергарде, когда трубач подаст сигнал к поспешному отступлению, защищаясь, оставаться на месте, а остальным поспешно отступать, чтобы, задержав тем самым преследующих их врагов, позволить собственным воинам оторваться от неприятеля.

14. Филипп, так как беотийцы охраняли пути, ведущие в Беотию [791], — а горное ущелье, по которому туда можно было проникнуть, было узким, — не устремился к нему, но, пребывая в поле зрения беотийцев, стал предавать огню местность и опустошать находившиеся поблизости города. Беотийцы же, бывшие не в состоянии равнодушно смотреть на опустошаемые города, отступили от горного ущелья. Так Филипп, повернув назад, прошел через него [792].

15. Филипп, приставив лестницы к крепостным стенам мефонян [793], велел подняться по ним многим участвовавшим в осаде города македонянам. Когда же они поднялись, он убрал лестницы, чтобы, не имея надежды на отступление, эти воины с большим рвением овладевали стенами [794].

16. Филипп вторгся в страну орбелийцев; она же изрезана ущельями и густо покрыта лесами. После же того как варвары стали прятаться в рощах и кустарниках, он выпустил в большом количестве охотничьих собак, которые, отыскав врагов, большинство из них переловили [795].

17. Филипп, у которого афиняне требовали назад Амфиполь [796], в то же самое время воюя и с иллирийцами, не отдал город, но оставил его свободным. Афиняне, однако, оказались довольны подобным результатом. Филипп же, после победы над иллирийцами приобретя большую силу, отнесся с пренебрежением к афинянам и вновь захватил Амфиполь [797].

18. Филипп осаждал фессалийский город Фаркедон; фаркедонийцы согласились сдать город. Но, как только наемники Филиппа вошли в него, они столкнулись там с засадой; ибо многие граждане с крыш домов и башен стали бросать в них камни и дротики. В ответ на эту засаду Филипп быстро использовал такую стратегему. Зная, что сзади город пуст, так как граждане собрались для засады в передней его части, он приказал македонянам подойти к городу с той стороны и приставить лестницы к крепостным стенам. Когда же македоняне взошли на них, фаркедонийцы, прекратив бой с наемниками, поспешили отразить воинов, захвативших стены. Но те, прежде чем фаркедонийцы успели вступить в сражение, уже овладели городом [798].

19. Филипп, желая приобрести Фессалию, сам открыто не воевал с фессалийцами, но, пока пеллинейцы воевали с фарсальцами и ферейцы — с лариссянами [799], а остальные разделились по враждующим сторонам, всегда приходил на помощь тем, кто его звал. Одерживая верх, он не изгонял побежденных, не отнимал оружия, не разрушал укреплений, но еще более усиливал распри или развязывал их, поддерживал слабых, более сильных ниспровергал, был другом представителям народа, демагогам оказывал услуги. Именно этими стратегемами, а не оружием Филипп завладел Фессалией [800].

20. Филипп во время продолжительной осады хорошо укрепленного места Кары, будучи не в состоянии его взять и желая безопасно уйти и сохранить осадные машины, выбрал темную ночь и приказал инженерам разбирать машины так, чтобы стук, который случится от этого, походил на тот, что бывает при их сооружении. Те же, кто находился в Карах, услышав этот стук, стали еще прочнее запирать изнутри ворота и приготовлять машины, противодействующие осадным. Филипп же, пока они были заняты этими делами, ночью со своими машинами исчез [801].

21. Филипп осаждал византийцев [802], имевших значительные силы союзников. Стремясь к тому, чтобы эти последние оставили союзное войско, он прибег к хитрости, отправив к ним перебежчиков с известием, что города их осаждены Филиппом, пославшим туда другие отряды и что эти города близки к захвату. Перебежчики об этом известили. Филипп же явным образом стал отсылать части своего войска в разные стороны, однако для создания видимости, а не на самом деле. Союзники, видя и слыша это, оставили византийцев и начали расходиться по своим отечествам [803].

22. Филипп после совершенного им набега на земли абдеритов и маронитов [804]возвращался со многими кораблями [805]и с пешим войском. Харес [806]поджидал его, находясь у Неаполя [807]с двадцатью триерами. Узнав об этом, Филипп выбрал из своих кораблей четыре самых быстроходных, посадил на них гребцов, наиболее отличавшихся по силе, искусству и мужеству, и отдал им приказание раньше всего флота выйти в море и плыть мимо Неаполя, не уклоняясь далеко от побережья. Как только Харес заметил, что эти суда плывут мимо него, он, намереваясь их захватить, тотчас двинулся им навстречу с двадцатью триерами. Но четыре легких корабля, снабженных отличными гребцами, быстро устремились в открытое море. Когда же флотилия Хареса была занята их преследованием, другие корабли Филиппа, оставшись незамеченными, безопасно проплыли мимо Неаполя; что же касается Хареса, то он так и не захватил эти четыре корабля [808].

1. Александр замышлял склонить всех людей к расположению и даже решил всех вместо смертных, мужчин, мужей, человеков, говорящих и людей называть Александрами.

2. Александр, воюя, приказывал стратегам брить македонянам бороды, чтобы врагам нельзя было за них ухватиться [810].

3. Александр во время осады Тира [811], желая окружить стены тирийцев высоким валом, сам первым взял корзину и, наполнив ее землей, отнес в необходимое место. Когда македоняне увидели, что сам царь принялся за работу, тотчас сбросив хламиды, быстро построили вал [812].