Санин Евгений - Святая - святым

Вспомнив про свою неудачу с вечным двигателем, Стас на всякий случай перевернул лист бумаги:

- Да так… ничем!

Отец увидел ровные столбцы стихотворных строк, словно впервые видя, посмотрел на сына потом – снова на стихи… прислушался к пению соловьев…

- А ты, брат, вроде бы как, того… влюбился? – с удивлением спросил он.

- Я?! – как ужаленный подскочил на стуле Стас. – С чего ты взял?..

- Очень просто! - с улыбкой пожал плечами отец и пояснил: - Ангину узнают по больному горлу, бронхит по кашлю… А влюбленного человека как определить? Во-первых, он начинает писать стихи!

Стас поспешно перевернул листок и, заикаясь, показал чертеж:

- Да я это – вечный двигатель изобретал!

- Ну да, конечно! – не переставая улыбаться, согласился отец. – Во-вторых, он всячески отказывается от этого. И, в-третьих, краснеет!

К счастью для Стаса, за окном затарахтел и умолк мотоцикл, но Макс, очевидно, заметил в освещенном окне, что он не один, и мотоцикл, злобно взревев, помчался куда-то в ночь…

«Чего ему еще от меня надо? – поежился Стас. – Может, хочет и сумку забрать?»

Он не знал, как себя вести дальше с отцом. Но тут его уже выручил Григорий Иванович. Проходя мимо их дома, он с явной издевкой прокричал:

- Хоть вы и без пяти минут доктор наук, Сергей Сергеевич, а отец Тихон мне больше вашего помог! Он и причину болезни назвал и… лечение назначил! Сразу полегчало, а когда выполню всё, что он сказал, и вовсе пройдет!

- Ну, зачем вы к нему ходили! – пропуская мимо ушей насмешку, упрекнул отец. – Я ведь просил вас…

- А что я? – развел руками Григорий Иванович. - У него, считай, вся деревня уже побыла! Он поле святой водой покропил и дом освятил, чтоб домового выгнать. Конечно, в подобные бредни я не верю. Но то, что он коровёнку у одной бабки вылечил, это я видел сам! И сейчас к нему – целая очередь…

- Что?! – схватился за голову отец. - Он же погубит себя! Нет, я должен немедленно остановить всё это!

Он быстрым шагом вышел из комнаты, и, судя по шагам за окном, побежал в медпункт.

А Стас, оставшись один, подошел к висевшему в углу зеркалу. Он заглянул в него, увидел свое раскрасневшееся лицо и растерянно пробормотал:

- Неужели я и, правда,… влюбился? И в кого? В Нинку?..

7

- Где крест? – закричал Макс, хватая за грудки Стаса.

- Вот это да!..

Эта новость буквально потрясла Стаса. Он отскочил от зеркала и, стыдясь уже не то, что отца, но и самого себя, пробормотал:

-Нет, нет! Этого не может быть! Мне что, делать, что ль, больше нечего?

Однако, после разговора с Юрием Цезаревичем думать опять о том, как заработать побольше денег и учиться власти, ему не хотелось. Да и сам директор, несмотря на то, что возразить ему было нечем, не смог полностью убедить Стаса. Слова Юрия Цезаревича не насыщали его, как и Криспа, до конца… Впрочем, как теперь и деньги, и наслаждения, и власть…

- Уж лучше почитать! – махнув на всё рукой, решил Стас.

Он подошел к окну и не поверил своим глазам. Тетради на подоконнике не было!

«Может, Ваня с Леной ее столкнули, когда убегали?» - подумал он, перегнулся через карниз, чтоб посмотреть на землю, и тут какая-то сила ухватила его за шиворот, приподняла, перевернула в воздухе и… вывалила из окна!

Стас тут же вскочил на ноги и увидел перед собой разъяренного Макса.

- Ты что, шутки шутить вздумал? – хрипло спросил тот, глядя так, словно ища место, куда больнее ударить.

- Я?.. – отряхиваясь от земли, испуганно пролепетал Стас.

- И с кем – со мной?!

- Да что с тобой, Макс? Когда?!

- Где крест? – закричал Макс, хватая за грудки Стаса.

- Как где… - растерялся тот. - У тебя! Я же тебе его отдал!

- Вот что ты мне дал! – Макс открыл коробку, и Стас увидел лежащее в ней… большое свинцовое грузило. – И это, по-твоему, крест?

- Нет… - Стас зачем-то тронул грузило пальцем и поднял ничего не понимающие глаза на Макса. – А… где крест?

- Вот березовый пень в дубовой роще! Это ты у меня спрашиваешь?

Макс внимательно посмотрел на Стаса и уточнил:

- А ты сам-то его видел?

- Что – крест?

- Ну, не грузило же!

- Ну да… На отце Тихоне!

- Ты что, издеваешься надо мной? Позже! Когда тебе Ванька сумку принес!

- Нет… - протестующе затряс головой Стас. - Я её даже не трогал! Честно, Макс!

- Всё ясно… - Макс положил коробку в карман и процедил сквозь зубы: – Я к Ваньке. А ты бегом домой и неси то, что я тебе дал!

- Но, Макс… - Стас виновато развел руками и, заикаясь, принялся объяснять: - Это уже н-невозможно! Плеер и рубль у меня сразу забрал отец…

Макс, направившийся было к забору, за которым стоял мотоцикл, вновь с подозрением посмотрел на Стаса:

- Забрал, говоришь?

- Да, сразу…

- Ладно. Допустим. Садись, поехали!

- Куда? – отшатнулся Стас.

- К Ваньке! – отрезал Макс. - Там разберемся!

- Да ты что, я же наказан! Родители убьют, если узнают, что я куда-то ушел!

- Родители не убьют, а я могу! – пообещал Макс, сказав это, как и дядя Андрей с Игорем Игоревичем, явно не для красного словца.

И посмотрел таким взглядом, что ноги сами понесли Стаса к мотоциклу…

8

- Не слушай его, Макс! – закричал Стас…

Фары с ревом несущегося по деревне мотоцикла безжалостно резали ночь надвое.

Белое и черное… Черное и белое…

«Только бы отец еще был в медпункте… только бы не кончились мамины сериалы!..» - лихорадочно повторял про себя Стас.

Встречный ветер взбивал волосы, мешал дышать.

Черное и белое… Белое и черное…

«А Ванька-то, Ванька каков? Говорит, крест у тебя оставлю, а сам его подменил! И меня из-за какого-то дурацкого грузила заставил целый день на кухне торчать! А теперь еще и так рисковать на свою голову!»

Какая-то идущая по дороге женская фигура едва успела отскочить в сторону. И что-то прокричать им вслед.

И вновь – белое и черное… черное и белое…

У Ваниного дома Макс резко затормозил и пронзительно свистнул.

Дверь почти сразу распахнулась, и на пороге – веник в одной руке, совок в другой - появился Ваня. Разглядев в темноте Макса, он торопливо кивнул и подбежал к мотоциклу.

- Где крест? – так же, как на Стаса, сразу набросился на него Макс.

Ваня, не желая выдавать друга, замялся… Но, разглядев на заднем сиденье Стаса, видно, сообразил, что раз тот здесь, то Макс уже знает всё. К тому же привычный страх перед Максом быстро взял верх над всем остальным, и он кивнул на Стаса:

- Вон… у него!

- Да нет, Ванек, нет у него креста! – притворно вздохнул Макс.

- Как нет? – не поверил Ваня. - Я же его у них дома - в сумке оставил. Стас, подтверди! В коробке!

- В этой?

Макс достал коробку и, раскрыв, поднёс к самому лицу Вани.

- Да! – подтвердил тот и, увидев грузило, заморгал. – Что такое? Ничего не понимаю… Стасик, а где крест?!

- Это… ты у меня спрашиваешь?! – чуть было не задохнулся от возмущения и обиды Стас.