Санин Евгений - Святая - святым

- Зачем мне деньги? – равнодушно пожал плечами Крисп.

- Как зачем? Ведь это же деньги! – купец даже остановился от изумления и обвел маленькими руками круг: - На них можно купить – всё!

- Даже море? – насмешливо уточнил Крисп.

- А почему бы и нет? – удивился купец и, глотая от волнения окончания слов, принялся объяснять: - Если есть достаточно денег, можно договориться с царями, на чьих берегах находится море, и… купить его!

- А небо?

- Что небо?

- Я говорю – небо тоже можно купить?

- А зачем его покупать? Оно, хи-хи-хи, бесплатное! Смотри и любуйся на него даром! – засмеялся купец. – И правильно. От моря хоть выгода есть – рыба, гавани, перевоз грузов… Так что мой тебе совет, продай ты этих рабов в первом же порту, и …

Купец кивнул глазами на даков и вдруг, переменившись в лице, жадно облизнул губы:

- А еще лучше, продай мне! Прямо сейчас! Здесь! Клянусь Меркурием, я дам за них хорошую цену!

Недоумевая, Крисп пожал плечами, проследовал глазами за взглядом купца и… замер.

Его рабы решили, пока на них не обращают внимания, привести себя в порядок после сна. Мужчина разделся по пояс и плеснул на себя водой из чана. Оказалось, что это был очень сильный и мужественный человек. Мышцы так и бугрились на его плечах и груди, а руки покрывали следы от совсем недавно зажитых ран. А девушка… Глядя на волны огромными синими глазами, она сняла с головы старый, грязный платок, который, как оказалось, скрывал удивительно красивые, золотистые волосы, встряхнула ими, рассыпая по спине и… словно сразу стало больше моря и неба.

Озорной луч лег на лицо девушки. Она улыбнулась солнцу, но, перехватив устремленный на нее взгляд Криспа, нахмурилась, торопливо покрыла голову платком и отвернулась.

- Ну, так как? – напомнил о своем предложении купец. – Сколько ты хочешь? Называй цену!

- Цену? – с недоумением посмотрел на него Крисп. – А… сколько, по-твоему, стоит - солнце? Ветер? Рассвет? Разве ты не понимаешь, что на свете есть то, чему нет цены?

- Цена есть всему! С одной только разницей – большая или меньшая! И это так же верно, как то, что меня зовут Диагором! – весомо ответил купец. – Так сколько?

- Нисколько! Эти рабы… эти люди, - запнувшись, поправился Крисп, – не продаются!

- Нет, так нет! – без особого разочарования согласился купец. – Но, если только надумаешь, я готов немедленно купить их!

Было видно, что его интересует не сила мужчины и необычайная красота девушки, а лишь возможность заработать, выгодно перепродав их. К тому же, как человек, умевший торговаться и извлекать выгоду при каждом удобном случае, он, видимо, умел ценить это качество и в других. Во всяком случае, купец впервые взглянул на Криспа с уважением и продолжил свой путь. Толстый, низкий, с перевязанной шеей, он уже сам казался туго набитым кошелем.

Крисп с сожалением посмотрел ему вслед, перевел взгляд на девушку, но тут же, устыдившись этого, спросил мужчину:

- А вас как зовут?

- Я – Сувор, - назвался тот. – Сын Млад, а дочь – Злата! А какие рабские клички дашь нам ты?

- Зачем? Пусть останутся ваши прежние имена! - даже возмутился такому вопросу Крисп и уточнил: - Так вы – даки?

- Не совсем, мы – переселенцы из северных земель! - ответил Сувор. – Искали лучшей жизни, радовались, что будем жить в городе. А тут воинственные племена даков сделали набег на римские крепости. Те двинули на нас свои легионы… Город пал безо всякого сопротивления. Я, конечно, защищал свой дом и семью. Но что можно было сделать против легионеров с их страшными мечами-гладиусами - голыми руками, без доспехов и даже без щита? И, тем не менее, я выполнил свой долг мужа и отца. И, наверное, неплохо его выполнил, - не без гордости поднял свои изуродованные шрамами руки мужчина, - раз центурион, как он сам сказал, из уважения, приказал не трогать нас, а лишь продать скупщику рабов. Тот велел нам, вместе с другими пленниками, идти пешком до ближайшей морской гавани… там нас перепродали еще раз, посадили на корабль. Главное было, чтобы мы не разлучились. Дочь я сразу заставил покрыть голову этим грязным платком, чтобы она не привлекала внимание. Ведь она у меня красавица. Жену тоже оберегал, как мог. Так мы приплыли в Афины. Ну, а дальше, дальше…

- Отец! Остановись… К чему об этом - теперь? – с нескрываемой досадой и ненавистью к Криспу неожиданно воскликнула девушка.

А мальчик, наоборот, при упоминании о матери, с приветливой улыбкой подошел к Криспу и молча показал ему большую бронзовую монету с дыркой. Она была очень древняя, эта монета. Одна ее сторона была совсем затерта, а на другой оказалась голова медузы Горгоны.

Христианину негоже было брать в руки монету с изображением языческого божества, да еще столь злобного, от взгляда на которого, согласно легенде, каменели люди. Поэтому Крисп только ласково улыбнулся мальчику и вопросительно посмотрел на него.

Тот попытался объяснить что-то отчаянными знаками, но сестра быстро ухватила его и посадила к себе на колени.

Окончательно сбитый с толку Крисп не знал, что и подумать.

- Он онемел после того, что случилось! - словно извиняясь за сына, пояснил отец. – Ведь все происходило на его глазах: рушился дом, я отбивался от римлян, нас волокли в плен…

- Да-да, я… понимаю! – виновато – ведь он сам гражданин Рима, поработившего Дакию - кивнул Крисп и, показав глазами на девушку, шепнул: - А что это она такая большая, и до сих пор в куклы играет?.

- Это не кукла. Это богиня нашего домашнего очага, которого больше нет…- с сожалением отозвался Сувор. – Она не сумела защитить его, так хоть мы её сберегли! Прости, мы не привыкли еще быть рабами! – виновато добавил он, не обращая внимания на то, что девушка, дергая за локоть, пытается остановить его: - Но и ты, как я вижу, еще не умеешь быть господином. Ты даже не спросил, что я умею. А я ведь умею всё! Я и кузнец, и гончар, могу быть даже садовником. Клянусь всеми богами, я даже не знаю, кому теперь из них можно верить, все они отвернулись от нас… но все равно клянусь: что буду работать за десятерых, мои дети тоже изо всех сил будут помогать мне, только… не разлучай теперь хотя бы - нас!

Крисп не совсем понял смысла последней фразы. Но переспросить не успел. Мужчина понизил голос и уже почти шепотом сказал:

- И, если можно… раз уж мы твои рабы… прошу тебя, накорми хотя бы - детей!

- Да-да, конечно! Сейчас!

Крисп сорвался с места, подбежал к отцу и, волнуясь, сказал, что рабы голодны. Чем накормить их?

- Похвально, что ты так заботишься о своих рабах! - выслушав его, одобрил Марцелл и отвел подальше от кормы с пассажирами. - Как будущий хозяин и господин ты должен быть рачительным во всех отношениях. Плохо только, что ты подошел сюда без моего разрешения! Больше чтобы этого не было! А что касается твоих рабов… Передай Гилару, чтобы он досыта накормил их из котла…