Курт Эйхенвальд - Песочные замки Уолл-стрит

Закончив юридический факультет, он проработал год в одной из юридических фирм Вашингтона. Но потом они с женой решили вернуться на Запад, и в 1983 году Кляйн уже работал в бюро по ценным бумагам в Айдахо. Три года спустя он возглавил его.

Во время биржевого бума в 1980-е годы Кляйн был в ужасе от количества махинаций с инвестициями в Айдахо. В первые же годы его работы в департаменте была раскрыта афера, в ходе которой у жителей Айдахо выманили 1,2 млн долл. Им говорили, что эти инвестиции принесут 120 % прибыли после того, как деньги будут переправлены на Багамские острова. Но это было мошенничество чистой воды. Кляйн устроил для воров сложную ловушку, что заставило их вернуть в Айдахо почти 1 млн долл. Инвесторы получили бóльшую часть денег обратно.

Как глава бюро Кляйн считал своим долгом защищать интересы инвесторов штата. Об этом ему напоминали два акционерных сертификата, которые он повесил у себя в кабинете, — на десять тысяч акций каждый. Эти акции он купил в 1972 году, и теперь они практически обесценились. Изо дня в день они напоминали ему, что, какое бы инвестиционное предложение он ни рассматривал, инвесторы Айдахо в конечном итоге должны получить не просто клочок бумаги. Кляйн считал, что только так можно сохранить доверие людей на рынке.

Само собой, при таком подходе подразделение Кляйна активно взялось за расследование жалобы Бернетта. В понедельник утром Кляйн передал документы, которые принес Бернетт, Биллу Блессингу. Когда Кляйн поинтересовался его мнением насчет этих бумаг, Блессинг сказал, что свяжется с центральным офисом фирмы в Нью-Йорке и запросит копии других необходимых документов. Кроме того, он проверит счета прочих клиентов Луизы Шнайдер, брокера Бернетта. Если инвестиции осуществлялись с нарушением правил, очень может быть, что такие ценные бумаги приобрел кто-то еще.

Кляйн одобрил эти действия и направился к себе в кабинет. Он не сомневался, что Блессинг в два счета разберется в этой истории. Крупные фирмы не любят держать недобросовестных брокеров.

« Восемь ? — потрясенно переспросил Кляйн. — То же самое случилось еще с восемью клиентами?»

Билл Блессинг кивнул.

«Именно это мы обнаружили, когда проверили счета клиентов Шнайдер».

Блессинг занимался расследованием жалобы Бернетта несколько недель. Он получил информацию из Нью-Йорка и без предупреждения явился в офис фирмы в Бойсе, чтобы ознакомиться с интересующими его документами. То, что обнаружил Блессинг, чрезвычайно встревожило Кляйна. Восемь немолодых клиентов Луизы Шнайдер приобрели ценные бумаги товариществ, полагая, что речь идет о высоконадежных инвестициях. Всем им говорили, что эти инвестиции гарантируют высокий доход. И все они понесли огромные убытки.

Кляйн знал, что даже лучшая брокерская фирма бессильна, если кто-то из брокеров действует недобросовестно. Но именно для этого предусмотрены жесткие законодательные процедуры. Они позволяют своевременно выявить и предотвратить проблему. Мало кому удается обходить их многократно. Но восемь клиентов, обманутых одним и тем же брокером, удивили его. Кто-то явно относится к своей работе слишком небрежно.

«Восемь человек! Как менеджер подразделения мог допустить подобное? — воскликнул Кляйн. — И главное, как это допустили в Нью-Йорке?»

«Все это выглядит не лучшим образом», — сказал Блессинг.

Они пришли к выводу, что дело следует расширить. Если один брокер воспользовался отсутствием надзора со стороны вышестоящего начальства, решил Кляйн, это могли сделать и другие. Нужно проверить документы других брокеров подразделения. И возможно, настало время поговорить с Луизой Шнайдер.

Блессинг и его коллега Мэри Хьюз потратили несколько месяцев, проверяя документы, звоня клиентам и опрашивая брокеров. В начале 1991 года Блессинг сообщил Кляйну, что им удалось выяснить. Другие брокеры подразделения тоже продавали ценные бумаги товариществ. Хотя никто из них не допустил при продажах столько нарушений, сколько Шнайдер, их клиенты тоже жаловались. При беседах с клиентами, которые приобрели ценные бумаги товариществ, выяснилось, что их заверяли: инвестиции надежны и сулят высокие доходы.

И наконец, они допросили Шнайдер, чтобы выяснить ее мнение о случившемся. Оказалось, она больше не работает в Prudential-Bache, — уйдя из компании год назад, она устроилась в Shearson Lehman Brothers.

«Уэйн, послушай, тебе понравится ее отговорка, — со смехом сказал Блессинг. — Она заявила, что все, что она делала, — это зачитывала рекламные материалы, составленные в штаб-квартире Prudential-Bache в Нью-Йорке. По ее мнению, мы не должны винить ее в том, что она повторяла то, что ей приказал Нью-Йорк».

Блессинг улыбнулся.

«Это что-то новенькое».

Кляйн задумался. Что-то в этом деле беспокоило его с самого начала. Когда его сотрудники позвонили в офис Prudential-Bache в Нью-Йорке, Кляйн думал, что известие о недобросовестности брокера приведет руководство в ужас. Возможно, фирма начнет собственное расследование. Может быть, даже уволит менеджера подразделения. Но юристы Pru-Bache не проявили особого беспокойства. Казалось, руководители в Нью-Йорке уже давно знали о том, что происходит.

И все же, возможно, Шнайдер просто пытается свалить вину на начальство. Прежде Кляйну приходилось сталкиваться с подобными случаями. Был лишь один способ выяснить истину. Он вернулся к Блессингу.

«Давайте выясним, есть ли в этом зерно здравого смысла, — сказал он. — Попробуем позвонить в Prudential-Bache в Нью-Йорке и запросить все материалы по продажам, которые высылались в подразделение в Бойсе. Кроме того, пусть пришлют проспекты эмиссии. Это позволит выяснить, кто говорит правду».

В любом случае, считал Кляйн, у них достаточно информации, чтобы начать полномасштабное расследование. Чтобы доказать, что нью-йоркские руководители не осуществляли должного надзора за брокерами в Бойсе, им понадобится немало сил и средств. Кляйн задумался, оценивая количество дел, которыми занималось его подразделение, и количество персонала, которое потребуется для полноценного расследования. Он поручил это дело пятерым сотрудникам подразделения — Блессингу, Хьюз, Мэрилин Сканлан, Патриции Хайли и Джелин Хейл — и подготовил приказ, который давал каждому члену команды право выписывать повестки в суд и снимать показания под присягой.

30 января 1991 года Кляйн принес приказ о расследовании своему боссу, Белтону Пэтти, директору финансового департамента Айдахо. Пэтти прочел приказ и подписал его.

Делу «Штат Айдахо против Луизы Шнайдер и Prudential-Bache» был дан ход. И это произошло очень вовремя.

В феврале 1990 года Джордж Болл понял, что игра окончена. Терпение руководства Prudential Insurance было на исходе. Судя по всему, Роберт Уинтерс, который стал президентом компании в 1986 году, был возмущен неспособностью Prudential-Bache приносить хоть какой-то доход. На заседаниях совета директоров Уинтерс часто отпускал колкие замечания о том, что он устал от брокерской фирмы, которая тратит средства вместо того, чтобы их зарабатывать. При любой возможности Гарнетт Кейт, вице-президент Prudential, который следил за деятельностью брокерской фирмы, во всеуслышание заявлял о том, что не имеет никакого отношения к решениям, принимаемым под началом Болла. Кейт, который редко комментировал происходящее публично, отступал от своих правил, подчеркивая, что не несет ответственности за случившееся в Pru-Bache.