Евгений Рудашевский - Город Солнца. Стопа бога
- Название:Город Солнца. Стопа бога
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент КомпасГид
- Год:2019
- Город:Москва
- ISBN:978-5-00083-445-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Евгений Рудашевский - Город Солнца. Стопа бога краткое содержание
Здесь, в глухой индийской провинции, герою предстоит разобраться с новой зацепкой – книгой Томмазо Кампанеллы «Город Солнца». Отцовские намёки почему-то ведут именно к потрёпанному экземпляру этой старинной утопии. Максиму помогут разобраться друзья Дима и Аня, отправившиеся вслед за ним. Но помогут ли? Кажется, доверять в этом затянувшемся путешествии нельзя вообще никому…
Вторая часть приключенческой серии «Город Солнца» соединяет в себе детектив, семейную сагу и триллер. Евгений Рудашевский развивает историю студента-журналиста Максима самым непредсказуемым образом, включая в неё всё то, в чём прекрасно разбирается сам: исторический и этнографический контекст, головоломки и криптограммы, тончайшие нюансы человеческой психологии.
Тетралогия «Город солнца» – это авантюрно-детективная эпопея с двойным дном, главные герои которой впервые по-настоящему сталкиваются с миром взрослых во всём его порой неприятном, а порой изумительном многообразии.
Город Солнца. Стопа бога - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Максиму запомнилось это стихотворение Тагора из библиотеки Шустова-старшего. Он даже сделал в нём несколько пометок. Теперь думал, доведётся ли отцу когда-нибудь их прочитать.
Достал из кармана сложенную фотографию отца. Взял её из дома Рашмани. Сам не знал зачем. Поначалу хотел выбросить его вещи – те, что ему передала индианка. В итоге бросил их в кабинете. Часы оставил себе. Ещё и фотографию в последний момент достал из рамки. Рамку спрятал в опустевший тайник. Но Киран всё равно заметила. На прощание спросила, поможет ли ему снимок. Максим не знал, что сказать, и только кивнул.
Поможет … Чем? Максим теперь частенько поглядывал на эту фотографию. Не узнавал запечатлённого человека. Так похож на него самого и всё же бесконечно чужой. Шустов-старший успел где-то получить шрам. Рубец мягким стежком лежал на его правой щеке. Остался на память от Шахбана? Или Сальникова? Кажется, отец породил вокруг себя предостаточно врагов, до сих пор желавших как следует отметиться на его лице. Странно, что шрам в итоге был один.
Убедившись, что Шустов покинул Кашмир, Максим одновременно испытал разочарование и облегчение. Давно смирился с тем, что у него нет отца, однако чувствовал, что сможет окончательно отпустить его только после личной встречи. Достаточно посмотреть ему в глаза. Даже говорить ничего не нужно.
– Чушь… – поморщился Максим. – Не сходи с ума.
Приготовился порвать фотографию и уже представил, как ветер рассеивает её обрывки, однако сдержался. Вновь сложил снимок, убрал в карман. Прошёлся по запылённой крыше, осмотрел серые дома Дискита. Построенные из саманных кирпичей и кое-как побеленные, с крохотными задраенными оконцами и неизменным свалом хвороста во дворах, они смотрелись бедно, почти сливались с выжженными сыпучими скалами, среди которых ютились вот уже седьмой век подряд. В монастырь Максима пустили по просьбе Рашмани. Максим решил, что здесь он со Шмелёвыми будет в безопасности. Возвращаться к индианке не хотел и вообще предпочёл бы держать Рашмани в стороне, однако со вчерашним спектаклем не справился бы без её помощи.
Их план сработал. Аня сама предложила использовать зелёный чайничек с двойной ёмкостью, который забрала из брошенного дома в Ауровиле и который надёжно хранила все эти недели. Оставалось договориться с родителями Рашмани. Узнав, что Максим – сын Шустова, они согласились превратить свой ресторан возле базарного квартала в некое подобие сцены. Каждый шаг был продуман.
Мама Рашмани, сохранившая только лучшие воспоминания о Шустове, о чём не преминула трижды сказать Максиму, приготовила настой, который, по её словам, должен был обездвижить людей Скоробогатова. О его составе лишь упомянула, что это горные травы – лёгкий отвар из них пьют при змеиных укусах. Максим поначалу опасался, что настой не окажет нужного влияния. Боялся, что с Егоровым придёт Шахбан, ведь его звериная сила могла перебороть любые травы. К тому же не было никаких оснований предполагать, что они вообще согласятся выпить предложенный напиток. Когда же вместо Шахбана появился Баникантха, а Егоров с показной подозрительностью заменил свою чашку, Максим понял, что план приходит в действие. В итоге, увидев, как рвёт индийца, как, побледневший и обессилевший, валится на пол Илья Абрамович, услышав их стоны и крики, Максим перепугался. Подумал, что настой оказался чересчур крепким. Калечить и убивать их он не собирался.
Дальше всё шло по сценарию. Единственной неожиданностью стало сопротивление Димы, который первое время отказывался убегать. Максим с Аней силком увлекли его на кухню, которую обследовали ещё утром. Попутно, как и было условлено, сбили Рашмани, переодевшуюся в официантку и вызвавшуюся им подыграть. Далее устроили мнимый погром, опрокинув шипящую сковородку, – один из поваров натёр себя перцем, чтобы при случае изобразить незначительные ожоги. Кроме того, разбили окно. Правда, вышли через чёрный ход, который за ними тут же закрыли на замок. Сделали всё, чтобы отвести подозрения от тех, кто им помогал в ресторане.
На заднем дворе ждала машина. Водитель, знакомый Рашмани, заранее оформил Диме разрешение на въезд в Нубрскую долину и взялся провезти всех сквозь песчаную бурю; она перекрыла северо-западный и юго-восточный выезды из Леха, однако северный заезд в горы в сторону Хундера оставался относительно свободным. Чем выше они поднимались, тем легче было продвигаться, пылевая завеса ослабевала, и уж конечно она не могла преодолеть горный перевал. Долина встретила их безмятежным сном.
Теперь Максим прислушивался к тому, как в ущелье на окраине монастыря шумит река. Отсюда не удавалось её разглядеть, но шум каменистого водопада не прекращался и был различим даже в келье. Дима с Аней по-прежнему сидели внизу, в келье. Это было простое помещение, обставленное старыми деревянными сундуками, деревянными кроватями с грубыми матрасами и не менее грубым бельём, простейшими, сколоченными из досок тумбочками. Шкаф в келье был только один – в нём монахи хранили ритуальную утварь. Саманные стены стояли голые, как и крыша, и потолок, отчего могли показаться стенами землянки.
Максим не чувствовал ни радости, ни удовлетворения. Он обставил людей Скоробогатова, вытащил Диму, а главное, прошёл по всем загадкам Шустова-старшего и теперь знал, что делать дальше. И был спокоен. Возможно, на него повлияла холодная отчуждённость монастыря. Разве можно тут, в горах, чувствовать себя иначе? Разве можно найти место более подходящее для сандхьи, о которой рассказывал Джерри?


Аня, напротив, весь день была взволнована. Её беспокоил брат. Дима вернулся странный. Он будто повзрослел. В нём что-то неуловимо изменилось. И дело не в том, что он объявился с новой тростью, украшенной серебряным кольцом и ручкой в виде головы дракона, не в том, что он сменил старую одежду на более опрятную – джинсы насыщенного синего цвета, фланелевую рубашку в клетку-тартан и тонкую кожаную жилетку, – и даже не в том, что за дни плена он постригся, сбрил нелепые пучки щетины, нет. Дима теперь вёл себя иначе: с Аней общался нарочито заботливо, чуть ли не покровительственно, а на Максима смотрел с невысказанным, но ощутимым вызовом.
Раньше Максим ничего подобного в нём не замечал. Исчезли его обычная говорливость, неловкий смех, рассеянность. Дима, кажется, и сам осознавал произошедшие в нём изменения; не таясь предлагал окружающим оценить их. Впрочем, это могла быть лишь защитная реакция. Диме нужно было время прийти в себя. Он так и не сказал, чем был занят все эти дни. Где его держали, о чём с ним говорили. Всякий раз уходил от прямого ответа, но при первой возможности с нескрываемым довольством рассказал, как уже на следующий день после их расставания в Коломбо справился с зашифрованными тетрадями Шустова. Узнав, что Максиму потребовалось на это значительно больше времени, снисходительно усмехнулся.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: