Борис Акунин - Детская книга

– Однако!

– Но из деференциа к ваш супруг и лично к вам, синьора, я брать только сто.

Дьяболини галантно поклонился.

– Семьдесят, – отрезала дама. – И ни рубля больше.

Вздохнув, маг распрямился, сокрушенно развел руками.

– Ваша белиссима филъя так мила, что я не могу сказать «нет».

Девочка захлопала в ладоши. Ее мать тоже была довольна.

– Ну вот и превосходно. Завтра в пять пополудни. Сретенский бульвар, дом генерал-лейтенанта Брянчанинова.

– Бениссимо! Но я должен готовиться. Смотреть дом, выбирать место. Это очень импор-танте! Я и мой ассистент Пьетро будем показать вам «Дематериализация». В Москве еще никто-никто не видеть! Это не фокус, это эксперименте экстраординарио. Но нужно находить в ваш дом чентро спиритуою, э-э-э, духовный центр. Вы позволите вас сопровождать?

– Ну конечно. Наше авто у входа. Серебристый «паккард», шофэр в зеленой ливрее. Переодевайтесь, маэстро, мы вас подождем.

Дама и девочка пошли к выходу, а Дьяболини обернулся. Его лицо сияло.

Подлетев к Ластику, маг схватил его за плечо и шепнул:

– Клюнуло, малыш. Клюнуло!

И у Ластика сразу зачастило сердце, а во рту сделалось горячо и сухо. Вот оно, началось! Фамилия генерала Н. – Брянчанинов, а живет он на Сретенском, вот где.

До возвращения синьора Дьяболини взволнованный Ластик расхаживал взад-вперед по коридору и уговаривал себя: главное – не наделать глупостей и не испугаться в ответственный момент. Всё время помнить про честь Дорнов и особенно про будущее человечества.

Вернулся маэстро поздно, сосредоточенный, но явно довольный. Поманил ассистента:

– Эраст, марш за мной. Есть разговор. Сели в оркестре, над темной и пустой ареной.

– Лишние уши нам сейчас ни к чему, – пояснил Дьяболини. – Ну вот что, дружок, пришло время раскрыть карты. Я человек проницательный и, как ты мог убедиться, умею читать по глазам. Присмотрелся к тебе за эти дни. Вижу: парнишка ты любознательный, шустрый, но не фармазонщик.

– Кто? – переспросил напряженно слушавший Ластик.

– Не станешь воровать у товарища. Так?

– Не стану… К чему это вы, маэстро?

– А к тому, малыш, что хватит нам перед публикой-дурой кривляться. Наклюнулось настоящее дело. Давно его жду.

Вот сейчас, сейчас, замерло все внутри у Ластика.

– Какое дело?

– Такое, после которого можно будет не фиглярствовать, а зажить по-настоящему. Генеральшу видел? Несравненную Афину Пантелеевну? Завтра мы с тобой разыграем у нее дома один трюк.

– Да, вы говорили. «Дематериализация». А что вы будете де-ма-те-ри-ализовать? – с трудом выговорил Ластик трудное слово.

Что оно означает, он уже знал – спросил у уни-бука. Оказалось:

ДЕМАТЕРИАЛИЗАЦИЯ – освобождение от материальной сущности; в перен. смысле исчезновение.

– Сначала кого. – Маэстро хохотнул, сверкнув белыми зубами. – Тебя. А потом уже что. Некую шкатулочку. А в ней много-много разноцветных, замечательно красивых камушков.

Ластик подождал, не скажет ли Дьяболини про Райское Яблоко. Не сказал.

– Что ты так на меня вылупился, малыш? – неправильно понял его взгляд Дьяболини. – Считаешь, воровать нехорошо? Согласен. Но очень хочется быть богатым. Не потому что я алчен, а потому что заботы о хлебе насущном отвлекают меня от мыслей о вечности. Я ведь по складу души философ. – Маг грустно усмехнулся. – А чтоб быть философом, требуется очень много денег. Работой столько не добудешь, даже если у тебя золотая голова и золотые руки. По-настоящему богаты только те, кто грабит других: рабочих, если фабрикант, покупателей, если купец, или китайцев, как наш доблестный генерал Брянчанинов. А Дьяболо Дьяболини грабит грабителей. Это и честней, и приятней.

И только? – подумал Ластик. Этого человека интересуют только деньги?

Но маг опять понял его молчание неправильно.

– Не пугайся, я не выхожу с ножом на дорогу. У меня изысканный вкус. Я работаю по драгоценным камням. Разве есть на свете что-нибудь прекраснее алмазов, сапфиров, изумрудов? – Он поднял руку, усыпанную перстнями, полюбовался ими. Вздохнул. – Увы, мой милый Эраст, я вынужден носить дешевые стекляшки. Но завтра я их выкину. Раз и навсегда. Мне случалось проворачивать недурные дела, однако все они были мелочью по сравнению с завтрашним. О, на сей раз я хорошо подготовился к московским гастролям! – Дьяболини мечтательно улыбнулся. – Заранее собрал сведения о возможных клиентах. Таковых набралось пять. Генерал Брянчанинов – нумер третий. Рано или поздно кто-то из пяти должен был клюнуть. И клюнул, черт меня подери! Вот что значит грамотная техническая подготовка.

Ластику показалось, что маэстро всё это говорит не для своего ассистента, а красуется перед самим собой. Но вот взгляд «философа» упал на собеседника.

– Ты мне поможешь произвести эту маленькую операцию. А взамен я обеспечу твое будущее. Дьяболо Дьяболини щедр, когда у него много денег. Ты увидишь!

– А что я должен буду делать? – осторожно спросил Ластик.

Про «нумера» и «техническую подготовку» он не очень-то понял.

– Браво, Эраст! – воскликнул маг и хлопнул ассистента по плечу. – Признаться, я опасался, что ты станешь мимозничать. Но я вижу, ты не маменькин сынок. Значит, ты со мной?

Помедлив секунду, Ластик кивнул – и был возгражден крепким рукопожатием.

– Отлично! Теперь слушай внимательно. Я тебя учил, что в фокусе главное – заслонить манипуляцию демонстрацией. Правой рукой демонстрируешь одно… – Он провел у Ластика перед глазами открытой ладонью. – И публика смотрит туда. А левой рукой в это время производишь манипуляцию, то есть главное действие. – Он показал левую руку, а в ней две рублевые бумажки, Ластикова плата за три атанды, хранившаяся у «итальянского мальчика» в нагрудном кармане. – Как в трюке с твоим появлением в коробке: зрители смотрят на меня, и никто не поднимает глаз к оркестру, где спрятался главный персонаж – ты. – Он сунул бумажки обратно, шутливо растрепал Ластику вихор. – В трюке «Дематериализация» то же самое: демонстратор – я, манипулятор – мой ассистент. Я рад, что буду работать с тобой, а не с Петухом. Подцепил его на рынке. Маленький паршивец так виртуозно залез ко мне в карман, что я решил взять его в дело. Но хитровский воришка в такой серьезной операции слишком ненадежен. Да и надуть может. Стащит приз, и потом ищи-свищи. Лучше славный, интеллигентный мальчик – вроде тебя.

– Приз – это шкатулка, да? – спросил Ластик, всё надеясь, что разговор повернет на Райское Яблоко.

И дождался-таки.

– Да. Геройский генерал Брянчанинов здорово поживился во время Пекинской экспедиции. Привез ларец, доверху набитый драгоценностями. Среди прочего там был огромный алмаз. Говорят, размером с хорошую вишню.