Сфинкс - Паутина

— Мистер Малфой, идите в класс.

Скорпиус кивнул, развернулся и пошел вверх по лестнице, лишь через пару минут вспомнив, зачем вообще выходил в коридор. Чертыхнулся и отправился назад.

На полу, возле окна, осталась лежать сумка гриффиндорки. Малфой прошел мимо с самым малфоевским выражением лица, — хватит с него! — но, видимо, что-то внутри Скорпиуса Малфоя уже не подчинялось его воле. Наверное, это влияние Поттера, раздраженно подумал слизеринец, стиснул зубы и подхватил вещи Лили Поттер.

Что ж, он потом сорвет раздражение на ее братце за то, что эта семейка перекраивает из нормального слизеринца очередного гриффиндорца с их долбанным благородным принципом «помоги ближнему».

А пока он стоял посреди коридора с чужой сумкой в руках и не знал, как с ней поступить. Скорпиус Малфой не знал, что делать!

Держитесь, Поттеры, это вам так просто не пройдет!

Казалось, жизнь входит в свою колею. По крайней мере, учебный день ничем не отличался от тех, что были до того, как погибла мама. На Истории Магии спал (вот если бы не этот странный сон!), на Чарах схлопотал «слабо» (что было достижением, если считать, что он почти две недели пропустил), на Зельях смог добиться нужного цвета снадобья (если бы не запах, как от сгоревших поганок, было бы совсем хорошо).

После сытного обеда, в течение которого Джеймс размышлял о том, сказать ли Малфою о своем странном сне или нет, они вдвоем поплелись в Класс для совместных занятий, чтобы Скорпиус смог подтянуть порядком отставшего от сокурсников друга.

Класс для совместных занятий был открыт лет десять назад, чтобы ученики с разных факультетов могли здесь вместе выполнять домашнюю работу и просто общаться. Обычно же он использовался для свиданий старшекурсников, а для младших ребят служил местом для шумных и тайных магических дуэлей между представителями разных факультетов. Именно здесь состоялась историческая в чем-то дуэль между Малфоем и Поттером. Но все равно друзья были редкими здесь гостями.

Они два часа бились над параллельными заклинаниями, что сейчас проходили на Чарах. Джеймс был готов взвыть, а Скорпиус лишь ехидничал и терпеливо наблюдал за жалкими потугами друга.

— Нет, Флитвик издевается! — Джеймс проследил, как его веревка падает на пол, разрезанная на две части. — Ну, и как можно держать ее на лету и тут же разрезать, да еще невербальными заклинаниями?!

Действительно, у гриффиндорца получалось лишь одно из двух: либо веревка висела в воздухе, либо она падала на пол в двух частях. Вместе у него не получалось. Зато Малфой, словами никак не реагируя на вспышку друга, легко взмахнул палочкой, сосредоточенно уставился на кусок веревки — она зависла над столом и беззвучно распалась на две части, которые так и остались висеть в воздухе.

— Так, все, я чувствую себя полным…

— И не только чувствуешь, — усмехнулся Малфой, слезая с парты, на которой сидел, и убирая палочку. — Пойдем, прогуляемся перед ужином, надоело созерцать эти стены и твою депрессивную физиономию. Ладно бы ты только что узнал, что ты совершеннейшая бестолочь, но ведь…

— Малфой, я не могу делать заклинания параллельно, но последовательно владею этим в совершенстве, так что лучше смени пластинку, — Джеймс взмахом палочки отправил в мусорную корзину клочки многострадальной веревки и тоже поднялся. — Идем, действительно пора размяться.

Они вышли во двор, вдыхая морозный воздух. Под ногами хрустели осыпавшиеся листья. Запретный лес вдали казался темной стеной. На улице почти никого не было — у многих студентов еще не закончились занятия. Вдали, возле небольших загонов, построились пятикурсники. Видимо, смотрят на единорогов.

— Слушай, Малфой, как думаешь, вещие сны бывают? — наконец, решился Джеймс, пока они шагали по дорожке в сторону озера.

— Ну, думаю, если Марс, напившись, перепрыгнет в третий дом Венеры, и если Венера случайно окажется дома и будет в настроении… — начал Малфой, подняв лицо к темнеющему постепенно небу.

— Малфой, я серьезно, — насупился гриффиндорец.

— А если, Поттер, ты серьезно, то тебе надо обратиться в больницу Святого Мунго, так как в здравом уме такие вопросы задавать может только Трелони, — фыркнул слизеринец, устраиваясь на своем любимом пне недалеко от озера.

Джеймс остался стоять, засунув руки в карманы мантии:

— Малфой, я, правда, серьезно спросил.

— Ну, раз серьезно, то… не знаю, — пожал плечами Скорпиус, глядя в упор на Джеймса. — А что, ты метишь на место Стрекозы?

Гриффиндорец потупился на свои ботинки:

— Просто я заснул сегодня на Истории Магии…

— Да, это было удивительное явление. Очевидно, без Марса и его тривиальных намерений тут не обошлось… — ухмыльнулся Малфой, сев на любимого конька, но замолчал под угрожающим взглядом друга.

— Так вот, я заснул. И сначала видел обычный сон. Ну, какие мне часто снятся, обычные, — Джеймс не знал, как еще объяснить.

— Знаешь, я думал, что с тех пор, как ты стал… дружить с Ксенией, твои обычные сны прекратились… — с гадкой ухмылкой вставил Скорпиус, не удержавшись.

— Ты дашь мне договорить или нет?! — вскипел Джеймс. Малфой сделал большие глаза и закусил губу, словно показывая, что весь во внимании. — Так вот, сначала это был обычный сон, мой сон. А потом… словно я попал в чужой сон. В сон Лили.

— Опа! — оживился Малфой, подавшись вперед. — Всегда мечтал узнать, что снится девчонкам. И что же ей снилось? Грегори?

— Перестань, — отмахнулся Джеймс, уже начиная раздражаться. Он понимал, что говорит ерунду, и Малфой просто не воспринимает это всерьез. Тем более если заговорил про Грегори. Всей школе было известно, что с тех пор, как он с Лили сходил в Хогсмид, та слизеринца избегает. Догадок у непосвященных была масса, и почти ни одна не совпадала с реальностью. — Короче, я видел ее. И еще одного человека с ней.

— Все-таки Грегори… — протянул Малфой, откидываясь назад, на ствол ближайшего дерева.

— Нет, Малфой. Не Грегори. В ее сне с ней был ты, — наконец, досказал до конца Джеймс и улыбнулся, довольный эффектом. Скорпиус от неожиданности покачнулся и свалился с пня, кувырнувшись назад. Шапка слетела с его серебряных волос, но он даже этого не заметил. Медленно поднялся и уставился на друга:

— Ты видел в своем сне, что Я снился твоей сестре? Поттер, тебе надо к мадам Помфри…

— Нет! Я уверен, что все так и было! Ты был в мантии с капюшоном и маске… — и Джеймс в подробностях рассказал свой сон, не упоминая о том, что пса с синими глазами он знал давно.

— И я ее защищал от чего-то? — скептически спросил в конце Малфой. Он поднял шапку, отряхнул и натянул на голову.