Сфинкс - Паутина

— Вот чай, — Гермиона поставила на столик поднос.

— Ясно одно, — Тедди захлопнул книгу и подошел к дивану. — Нужно как-то узнать пароль. Я посмотрел — снять Воющие чары без него мы не сможем. Никак.

Гарри сокрушенно кивнул и протянул руку за чашкой, чувствуя, как уходит время.

— Никто из твоих мракоборцев не сможет достать пароль? Из тех, кто сейчас работает в больнице? — Люпин сел и взял свой чай.

— Нет. Как я понял, пароль меняют каждый день с утра, так что, заступая в смену, никто еще не знает его, — Гарри взял чашку, а потом поставил на столик, не в силах спокойно стоять или пить чай. — Даже если мы узнаем пароль, так просто нам Рона оттуда не вывести.

— Что ты предлагаешь?

— Эльф-домовик.

Гермиона широко раскрытыми глазами посмотрела на друга и кивнула:

— Действительно! Ведь это так просто…

— Да, только у нас остались две проблемы — где взять пароль и где взять домовика.

— Гарри, а если…

Гермиона не договорила, поскольку в этот момент в комнату ворвалось что-то светящееся. Гарри понял — Патронус. Серебристая кошка застыла у столика и заговорила хорошо знакомым голосом Минервы МакГонагалл:

«Гарри, вы нужны нам в Хогвартсе. Воспользуйтесь камином, пароль «Вульфрик». Не тревожьтесь, с вашими детьми все в порядке. Постарайтесь приехать как можно быстрее».

— Что еще случилось? — Гарри потянулся за свитером, который недавно снял, и направился к камину. Сердце замерло от страха, хотя МакГонагалл и сказала, что с Лили и Джеймсом ничего страшного не случилось. Но ведь не стала бы директор Хогвартса так срочно его вызывать по пустякам.

— Гарри, все будет хорошо, — прошептала ему вслед Гермиона, сама не веря в свои слова. Ничего уже не будет хорошо, раз он похоронил Джинни, раз Рон все еще в опасности, а как помочь ему, они придумать не могут. Не будет все хорошо, пока в их дома будет врываться Патронус с тревожными сообщениями.

Гарри шагнул в камин, бросил немного пороха: «Хогвартс. Кабинет директора. Вульфрик». И он полетел сквозь каминную сеть, крепко прижимая к себе руки.

Первое, что он увидел, когда вышел из камина в кабинете МакГонагалл, были его дети. Живые и, судя по всему, невредимые.

— Папа! — Лили вскочила и бросилась его обнимать.

— Дядя Гарри, — пискнула Аманда и тоже обняла мужчину, только где-то в области колен, поскольку она была маленького роста.

— Как дела, па? — Джеймс пожал протянутую отцом руку, а потом подался вперед и на мгновение обнял отца.

— Ничего дела, — Гарри попытался улыбнуться детям, а потом заметил еще одного студента. Скорпиус Малфой. Раньше они почти не встречались. Только на платформе девять и три четверти. Джеймс никогда не приглашал друга к себе, за исключением совершеннолетия, но и тогда Гарри не столкнулся с сыном Драко Малфоя. За все пять лет дружбы между Джеймсом и Скорпиусом Гарри не перемолвился с ним и словом. Обычно они просто учтиво кивали друг другу, как и в случае с отцом слизеринца.

— Здравствуйте, мистер Поттер, — проговорил юный Малфой. Очевидно, у него болела рука, поскольку он ее чуть придерживал.

— Здравствуй, — откликнулся Гарри, а потом повернулся к Лили и Джеймсу. — Кто-нибудь мне объяснит, что здесь произошло?

— Я тоже хочу послушать! — в кабинет буквально влетела Минерва МакГонагалл. С ней были Зиг, коллега Гарри, профессор Фауст и бледный Невилл в чуть испачканной землей мантии. Старший Поттер поздоровался со всеми, а потом отошел к каминной полке, чтобы видеть всех присутствующих. МакГонагалл была встревожена, это раз. Дети смущены, это два. Здесь был Зиг, это три. Малфой, очевидно, ранен, это четыре. Картинка складывалась не очень успокаивающая. Но что здесь делает Аманда с таким виноватым лицом?

— Итак, мы с вашим отцом ждем объяснений, — постаралась немного мягче произнести директор. — Коротко и внятно: как вы оказались в Запретном лесу, да еще в компании оборотней?

— Что?! — Гарри так дернулся, что с полки упала какая-то ваза. Но никто не обратил на это внимания, взгляды взрослых были прикованы к студентам. — Оборотни?! Как?

— Это я пошла к ним!

— Мы должны были спасти Аманду!

— Мы поймали троих!

Только Малфой промолчал, просто стоял, опершись о стену и довольно улыбаясь.

— Так, — МакГонагалл, как и Гарри Поттер, мало что поняла из этих выкриков. — Теперь… Мисс Поттер, пожалуйста, подробно и ничего не упуская… — в этот момент, судя по всему, взгляд директора наткнулся на безмолвного слизеринца. — А вы что тут делаете, мистер Малфой? Я же четко вам сказала — в больничное крыло! Ничего не желаю слышать! Сейчас же! Профессор Фауст, отведите его к мадам Помфри.

Гарри проследил, как юный Малфой неохотно пошел за деканом Гриффиндора, все время оглядываясь на Джеймса. Когда дверь закрылась, МакГонагалл снова посмотрела на Лили:

— Итак, мисс Поттер, мы вас слушаем.

И Лили начала рассказывать — про то, как встретила подругу Аманды, как прочла письмо, как нашла брата и его друга, как они решили пойти в лес, отослав записку профессорам.

— Простите, что перебью, под запиской вы подразумеваете вот это? — МакГонагалл извлекла из кармана измятый свиток и, брезгливо держа его двумя пальцами, показала всем. На обороте Гарри смог разобрать несколько криво написанных слов: «Запретный лес, северная опушка. Оборотни». Судя по тому, что понял Гарри, директор Хогвартса сейчас вовсе не злится уже, а беспокоится. Да и сам Поттер-старший не мог прийти в себя — как они могли не подумать о том, что и Аманда Дурсль может быть в опасности? И как не вспомнили о Запретном лесе, куда уж оборотни испокон веков ходили, как к себе домой?! Конечно, Гарри никогда не читал «Историю Хогвартса» — зачем, если у него была Гермиона? Но ведь преподаватели, директор?! Они же должны были просчитать такую возможность?! А он-то был уверен, что в Хогвартсе его дети в полной безопасности. Иллюзия безопасности, которая еще в его школьные годы была разрушена Драко Малфоем и Пожирателями. — Продолжайте, мисс Поттер.

Лили, как смогла подробно, изложила их короткую схватку с оборотнями. Гарри был в ужасе, понимая, что это опять было Оборотное зелье, что опять кто-то прикрылся его лицом, чтобы причинить зло. Он давно уже понял, откуда у них частица его самого. Мужчина поднял руку, где на тыльной стороне был еле заметный шрам от пореза, на который он даже не обратил внимания тогда, на Косой аллее. Залечил — и все. А теперь был почти уверен — его кровь сохранили и добавили в зелье. И теперь пользовались, чтобы убивать и калечить близких ему людей.

В кресле тихо заплакала Аманда. Бедный ребенок, втянутый в этот ужас.

Гарри сел перед девочкой на колени и погладил по голове.

— Ты не виновата. Такое могло произойти с каждым. Не плачь.