Кристине Нёстлингер - Конрад, или ребёнок из консервной банки
- Название:Конрад, или ребёнок из консервной банки
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Веселка
- Год:1988
- Город:Киев
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Кристине Нёстлингер - Конрад, или ребёнок из консервной банки краткое содержание
Повесть современной австрийской писательницы, лауреата Международной премии имени Г. К. Андерсена, о нравах буржуазного общества. Искусственно созданный мальчик переживает невероятные приключения, прежде чем приспосабливается к окружающей действительности.
Конрад, или ребёнок из консервной банки - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Ну, так что надо изменить? — еще раз спросила госпожа Бартолотти, все так же грозно смотря на него.
Аптекарь взволновано заморгал, потер руки и сказал:
— Деточка моя, ты очень добрая и милая, но совсем не способна воспитывать такого совершенного мальчика, как Конрад. Поэтому я решил взять его воспитание в свои руки.
Госпожа Бартолотти зло засмеялась. Потом взорвалась:
— Вот как, ты решил. Ну что же, замечательно! Только не туда ты со своими решениями попал! Заведи себе ребенка или закажи его! И делай со своим бедолагой, что тебе вздумается! Воспитывай его день и ночь, мне все равно! А к моему Конраду тебе нельзя, бутыль с дистиллированной водой! Мешок с рвотным порошком! Горчичник! Липучка для мух!
Хотя госпожа Эгон и хлопал глазами от испуга, но со скамейки не вставал.
— Деточка моя, — заявил он, — можешь меня оскорблять сколько угодно, я все выдержу, но не отступлю, когда речь идет о моем сыне.
Госпожа Бартолотти вскочила, подбежала к буфету, достала из ящика голубой конверт с документами Конрада и дрожащими руками вытащила из него метрику.
— На, посмотри! — крикнула она. — Прочитай, что тут написано! Может, «Аптекарь Эгон»? Нет! Написано «Август Бартолотти»! Его отца звать Август Бартолотти!
Но на господина Эгона её слова нисколько не повлияли. Он объяснил, что Конрад сам выбрал его своим отцом, и он этот выбор принял. Кроме того, Август Бартолотти много лет назад исчез неизвестно куда, поэтому его никак нельзя считать отцом. И даже она признала его, господина Эгона, отцом Конрада, потому что требовала от него алиментов.
— А кто платит алименты, тот и есть отец! — закончил господин Эгон.
Госпожа Бартолотти хотела еще и не так выругать господина Эгона, хотела даже вытурить его из квартиры. Просто схватить за шиворот и выкинуть за дверь. Но до этого не дошло. Потому что господин Эгон снова засунул руку в пластиковую сумку и вытащил оттуда авторучку, тетради, цветные карандаши, фломастеры и школьный ранец из красного брезента.
— О, какое все красивое, какое красивое! — воскликнул Конрад.
Он брал в руки каждую вещь и восхищено разглядывал её. Потом раскрутил ручку и написал на обложке тетради: «Конрад Бартолотти».
— Или, может, мать уже купила тебе школьные принадлежности? — язвительно спросил господин Эгон. — Хорошая мать о таком не забудет!
— Нет, я еще ничего не купила, — ответила госпожа Бартолотти и от стыда покраснела. И из-за этого еще сильнее разозлилась. — Кому это барахло нужно! — крикнула она. — Словно нет ничего важнее, чем дурацкие тетради, никчемные цветные карандаши и красный ранец!
— Мама, — ужаснулся Конрад, — как вы можете такое говорить! — В глазах у него заблестели слезы.
— Я хотел бы, чтобы Конрад перебрался ко мне, — сказал господин Эгон. — Я ответственнее отношусь к своим обязательствам и у меня больше денег, чем у тебя. Я могу нанять ему первоклассную воспитательницу, и послать его в первоклассную частную школу, могу обеспечить его первоклассным…
— Ты первоклассный болван! — перебила его госпожа Бартолотти.
И тогда Конрад правда заплакал. Слезы у него покатились по щекам, как горох, и закапали на сыр. Господин Эгон достал из кармана чистый платок, вытер Конраду нос, погладил по подбородку и сказал:
— Вот тебе еще одно доказательство, что ты не способна воспитывать ребенка! — Потом обратился к Конраду: — Так как, сынок, ты согласен дальше жить у меня?
Конрад сидел притихший и смотрел на стол. Господин Эгон ждал, нервно моргая. Морщины на его лбу тоже нервно дергались.
— Я не знаю, как надо, — тихо ответил Конрад. — На фабрике никто и мысли не допускал, что я окажусь в таких семейных обстоятельствах.
— Сынок! — Госпожа Бартолотти набрала полную грудь воздуха, стараясь говорить медленно и спокойно. И ей это удалось. — Сынок, так прислушайся к тому, что тебе говорит сердце! Ты должен чувствовать, как тебе лучше!
Конечно, Конрад что-то чувствовал. Чувствовал, что любит госпожу Бартолотти и господина Эгона тоже любит. Чувствовал, что ему становится грустно, когда они ссорятся. Чувствовал, что никак не может выбрать кого-нибудь одного — ни госпожу Бартолотти, ни господин Эгона.
Госпожа Бартолотти достала сумку и вытащила из неё коробку сигар. Она выбрала самую длинную и самую толстую сигару. Теперь сигара ей была очень нужна. Она курила и думала: «Как мне принудить Конрада, чтобы он выбрал меня?» Она трижды затянулась, и господин Эгон принялся отгонять дым от носа Конрада мокрым от слез платком.
— Ты портишь воздух, — пробормотал он, — А у меня в легкие Конрада не попадет ни чуточки никотина.
Госпожа Бартолотти затянулась еще дважды по три раза и тогда придумала, как ей принудить Конрада к выбору.
— Эгон, — вкрадчиво сказала она, — тебе нравится Кити Рузика?
— Это невоспитанный, страшный ребенок! — воскликнул господин Эгон. — Недавно в аптеке она несколько минут то вставала на весы, то спрыгивала с них! А кроме того, она часто показывает мне язык. Надо следить, чтобы эта невежа и близко не подходила к Конраду.
— А если она хочет дружить с ним? — сказала она еще вкрадчивее.
— Я уж сумею уберечь его от этого! — взволнованно сказал господин Эгон.
Услыхав эти слова, Конрад побелел как стена.
— Тебе плохо, сынок? — озабоченно спросил господин Эгон. Он решил, что Конраду стало плохо от тунца и лакричных палочек.
— Мне не плохо, — ответил мальчик, — Но я чувствую, что хочу остаться с матерью.
Госпожа Бартолотти облегченно вздохнула.
Господин Эгон печально скривился.
— Ты уже не любишь меня? — спросил он.
— Конечно, люблю, папа, — ответил Конрад. — Очень люблю, правда. Я всегда буду рад, когда вы будет приходить к нам, поверьте мне.
Господин Эгон верил ему, но что с того? У него испортилось настроение, и он скоро ушел домой.
Конрад уже неделю жил у госпожи Бартолотти. Каждый день без четверти восемь на втором этаже его, опершись на перила, ждала Кити, и они вместе шли в школу, и почти каждое утро их ждал Антон. Он шел за ними и бурчал:
— Берегись!
А на углу с главной улицей их ждал Флориан. Он присоединялся к Антону и вспоминал бранные слова на каждую букву алфавита. Он кричал:
— Аферист, болван, вурдалак, гадюка, дурак, ехидна, жаба, зубрила, иуда, кикимора, лоботряс, мокрица, недоумок, осел, придурок, размазня, свинья, тряпка, умник, фертик, хвастун, цуцик, чучело, шушера, щенок, эгоист, юродивый, ябеда.
Но близко они не подходили, и скорлупками или косточками не бросались тоже. Боялись Кити.

Кити охраняла Конрада и по дороге домой, когда они возвращались вместе. Но она ходила во второй класс, и в понедельник, в среду и в пятницу у неё было на один урок меньше, чем у Конрада. Ей нетрудно было подождать его час в раздевалке или возле школы. Дважды Кити так и сделала, но это страшно возмутило её мать, она устроила скандал.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: