Шамиль Ракипов - Откуда ты, Жан?
- Название:Откуда ты, Жан?
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Татарское книжное издательство
- Год:1974
- Город:Казань
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Шамиль Ракипов - Откуда ты, Жан? краткое содержание
Татарский писатель Шамиль Ракипов, автор нескольких повестей, пьес, многочисленных очерков и новелл, известен всесоюзному читателю по двум повестям, переведённым на русский язык, — «О чём говорят цветы?» (1971 г.) и «Прекрасны ли зори?..» (1973 г.).
Произведения Ш. Ракипова почти всегда документальны.
«Откуда ты, Жан?» — третья документальная повесть писателя. (Издана на татарском языке в 1969 г.) Повесть посвящена Герою Советского Союза Ивану Константиновичу Кабушкину.
Он был неуловимым партизаном, грозой для фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны в Белоруссии.
В повести автор показывает детские и юношеские годы Кабушкина, его учёбу, дружбу с татарскими мальчишками, любовь к Тамаре. Читатель узнает, как Кабушкин работал в трамвайном парке, как боролся в подполье, проявляя мужество и героизм.
Образ бесстрашного подпольщика привлекает стойкостью характера, острым чувством непримиримости к врагам.
Откуда ты, Жан? - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Ты хочешь сказать: на мой наряд?
Не торопясь, они второй раз подошли к больнице: сигнала всё не было.
Наконец, занавеску на окне отдёрнули: цветок стоял на месте.
Едва Лена скрылась за воротами больницы, как Жан в тревоге подумал: сможет ли? Как-никак, она — женщина хотя и партизанка. Правда, таких, как она, — тысячи. И несмотря ни на казнь, ни на пытки, они идут на любое задание. Вон в той аллее в первые же месяцы войны фашисты повесили медсестру Шербацевич с её шестнадцатилетним сыном. Здесь вот всю неделю на фонарных столбах качались двадцать шесть подпольщиков. Там в саду на Советской улице были расстреляны более двухсот пятидесяти заложников. Они штабелями лежали для устрашения минчан. Но всё равно растут и крепнут ряды народных мстителей. Значит, ими руководит бессмертная идея. Значит, эту идею они считают превыше всего на свете. И победят. Это придаст силы и Лене…
Условный сигнал на окне больницы повторился: занавеску задёрнули.
Через час Жан с Сайчиком встретились на явочной квартире. Разговор был недолгим.
— Надо срочно выпустить листовки для населения, — сразу заявил Сайчик. — Люди должны знать, что подпольный комитет действует, несмотря на аресты подпольщиков.
Выполнить это задание поручили Кабушкину и члену подпольного комитета Казаченко. Никто, конечно, не мог подумать, что листовки напечатают в гарнизонной бане, под носом у фашистов. Но всё было сделано оперативно. Потом также умело распространили их по всему городу, вызвав переполох у немцев.
Теперь нужно было браться за газету. Первый её номер уже выходил. Но в перестрелке с гестаповцами погиб Володя Омельянюк, и второй номер подпольной газеты «Звезда» не вышел.
Сейчас нашлись буквы, бумага, краска. И статьи были написаны подпольщиками. Но вот где взять наборщика? В городе, захваченном фашистами, на печатание большевистской газеты кого попало не поставишь. Казаченко сказал, что подойдёт для такого дела Хасан Мустафович, до войны работавший в Белорусском государственном издательстве.
— Испытанный товарищ. Кажется, татарин по национальности. Может, не откажется. В партии, помню, с 1924 года, вступил по Ленинскому призыву, а журналистскую деятельность начал ещё в 1914 году в Минске, курьером газеты «Копейка». Потом долгие годы был наборщиком, а в 1930–1933 годах — заместитель председателя Комитета по делам печати при Совете народных комиссаров Белоруссии… Короче, надо его найти.
Жан принялся разыскивать Хасана. По воле судьбы Кабушкин рос, учился, работал в Казани, затем служил в дивизии имени Верховного Совета Татарстана, прошёл с её воинами огонь и воду и хорошо знал цену татарам. Вспомнил своих знакомых, друзей. Никто из них не подводил, все были верными соратниками в бою.
Каким окажется Хасан? Сейчас ведь времена другие, на каждом шагу подстерегает смерть…
— Пропуск! — потребовал вдруг щеголеватый немецкий офицер. А патрульный преградил дорогу, приставив дуло автомата к рёбрам.
— Пожалуйста… — Кабушкин лихо провёл по усам двумя пальцами, затем, раскрыв небольшой чемодан, вытащил бумагу, сделанную надёжными руками на имя парикмахера.
Немцы, фыркая, побрызгались одеколоном и, сказав: «Гут, гут, работай», ушли.
Хасан, оказывается, давно уже сменил квартиру на Галантерейной. Да и на улице Володарского жил недолго. А третью квартиру соседи указали приблизительно. Только на второй день Жан встретил наконец этого мужчину среднего роста, широкоплечего, с густыми чёрными бровями.
Хасан хорошо говорил по-белорусски.
— Вот разгружал на железной дороге уголь. Устал, как собака, — пожаловался он и посмотрел на дверь, дав понять, что разговор окончен.
«Придётся рубить с плеча», — решил Кабушкин.
— Вы с кем-то спутали меня, — сказал Хасан. — Александрович я. Разгрузчик угля… Да разве такими руками буквы наберёшь? И никакого Казаченко я не знаю…
В комнату вошли такие же чернявые, как сам Хасан, дети.
— Кыш отсюда, кыш! — прогнал он их. — Вот видите сколько их, воробышек. Они-то и не думают о новом порядке, просят кушать. А добыча такая трудная, как дорога в рай…
— Мы бы помогли…
— А что я должен делать, простой разгрузчик? Если выгружать — пожалуйста.
— Не разгружать, а набирать.
— Что набирать?
Кабушкин, достав из кармана сложенную вчетверо немецкую газету, вытянул из неё первый номер «Звезды».
— Надо набрать нам второй номер.
Хасан вцепился в газету и начал читать её название вслух:
— «Звязда». Орган Минского горкома КП(б)Б. Червень, 1942 год. Шырэй партизанскую баратьбу!»
— Квартиру Татьяны Яковенко на Издательской улице, надеюсь, вы знаете, — сказал Жан. — Сегодня же приходите.
— Прости, дорогой, — облегчённо вздохнул Хасан. — Думал: провокатор. Как раз ты вошёл, когда я собирался идти к Яковенко. Товарищу Казаченко вчера ещё пообещал. Мы с ним старые знакомые.
— Мы с вами — тоже.
— Как? Я вас не помню.
— Сейчас одно слово скажу и вспомните.
— Ну, ну…
Кабушкин сказал на татарском языке незабываемые дорогие слова, которые научил его в детстве Харис:
— Я вас люблю!
Глаза Хасана расширились.
— Оттуда? — спросил он, кивнув головой на восток.
— Из Казани.
— Действительно, мы с вами старые знакомые! [8] Героический сын татарского народа Хасан Мустафович Александрович в тяжёлые дни подполья печатал второй, третий и четвёртый номера газеты «Звязда» и обращение «К белорусскому народу». Когда его начали преследовать гестаповцы, был переправлен к лес, в партизанский отряд. Хасан Мустафович скончался в 1959 году в Минске. (Автор.)
Газета вышла в назначенное время. Народ передав вал её из рук в руки. Жители Минска приободрились.
Расплата
После провала Минский подпольный центр перебрался в лес и руководил борьбой народных мстителей через многочисленных связных. Поэтому Жану пришлось чаще бывать в городе. Мелкие партизанские отряды к этому времени объединились в крупные соединения и наносили оккупантам более ощутимые удары Генеральный комиссариат Белоруссии, во главе которо го стоял наместник Гитлера гаулейтер Вильгельм фо Кубе, вынужден был просить из Берлина дополнительные воинские части для борьбы с партизанами. Крупные механизированные соединения, численность которых доходила до сорока тысяч человек, были брошен в белорусские леса. Но партизаны умело маневрировали: уклоняясь от главных сил, они молниеносными ударами обрушивались на карателей там, где их совсем не ожидали.
Партизанам помогала Большая земля. Самолёты ночью доставляли оружие, боеприпасы, медикаменты. Регулярные войска фюрера таяли — застигнутые врасплох, они уничтожались по частям. Борьба народных мстителей усилилась и в самом городе. Жан и десятки других связных проникали в Минск лесными тропами, передавали мины, специально изготовленные для диверсий. По ночам взрывались казармы, военные склады, взлетали на воздух отправляемые на фронт железнодорожные составы.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: