Евгений Сухов - Заповедь Варяга

Тишина, царившая в салоне автомобиля, напоминала гнетущую безмятежность в столетнем склепе. Наконец Назар не выдержал горестного молчания и сдавленно проговорил:

— Владислав, я хотел тебе сказать…

— Не надо лишних слов, Сивый, я все знаю, — перебил его смотрящий.

Способность Варяга быть в курсе всех событий уже давно не удивляла Сивого, а потому сказанное он воспринял как должное. Во многом Владислав оставался для него загадкой. У такого человека, как он, существовала масса источников информации. Когда машина выехала на автобан, Варяг спокойно попросил:

— Назар, прибавь скорость, — и Сивый притопил педаль газа.

«Мерседес», уверенный в своем превосходстве над другими автомобилями, мгновенно набрал скорость. — Еще… Еще… Еще быстрее!

Сивый никогда не выжимал предельной скорости и очень надеялся, что на магистрали от аэропорта до города не встретится ни одного пешехода, беспечно пересекающего трассу. «Мерседес», казалось, просто парил над землей, и Сивый едва замечал строения, которые проносились по обе стороны дороги. Адреналин уже успел превысить допустимую норму и грозил закипеть в его крови. Он давно бы остановил автомобиль и попытался бы сбросить стресс глубокой затяжкой крепкой сигары, но самолюбие и страх перед молчанием Варяга заставляли его сильнее вжимать педаль в пол. Перед въездом в город Владислав попросил остановиться, и Сивый охотно нажал на тормоз. Варяг надавил на кнопку стеклоподъемника, и порывистый ветер шумным хулиганом ворвался в машину, мгновенно остудив салон.

— Он опередил меня, — после некоторой паузы негромко проговорил Владислав.

— О ком ты говоришь, Варяг? — обернулся к нему Сивый.

— Это сделал Сержант, я это чувствую, — хмуро пробормотал Варяг.

— Он, конечно, беспредельщик, но такой поступок не в его стиле, — попробовал было засомневаться Сивый. — Насколько мне известно, раньше он никогда не воевал с женщинами и детьми. А в прошлый раз так он даже нам помог.

— То было раньше, — перебил его Владислав. — И, как мне кажется, он уже пожалел об этом не однажды. Время очень меняет людей не только внешне, но и внутренне.

— Что будем делать, Владислав? — не сумел спрятать своего сочувствия Сивый.

— Не знаю, — растерянно отозвался Игнатов. Сейчас был тот самый случай, когда Владислав не находил ответа. Варяг всегда напоминал хорошо отлаженный компьютер, способный выдавать оптимальное решение за доли секунды.

Но в данный момент в его работе наблюдался какой-то непонятный сбой.

— Едем домой, Владислав Геннадьевич? — участливо поинтересовался Назар.

— Езжай, — спокойно произнес Варяг, — и прошу тебя, не превышай без необходимости скорость. Здесь много полицейских машин.

«Мерседес» бесшумно тронулся и, плавно набирая скорость, устремился по дороге.

Дом без жены и сына казался огромным и пустынным. В комнатах витал легкий запах духов Светланы, как будто их хозяйка находилась где-то рядом, и он чуть не поддался этой иллюзии и едва не окликнул ее в безмолвной тишине. Долгое время он сидел в одиночестве, парализованный пустотой, и размышлял. По неписаным законам воровского кодекса, в полицию Варяг обращаться не посмел. Он с ужасом подумал о том, что не стал бы делать этого даже в том случае, если бы от их действий зависело спасение близких. Он и сам обладал огромной властью, которая во многом способна была соперничать с могуществом полиции. А там, где его возможности были ограничены, деятельность государственных органов выглядела и вовсе смешной.

Варягу нужно было время, чтобы обрести себя прежнего. Закрывшись, он размышлял, чадя одной сигаретой за другой, а когда наконец распахнул дверь, перед Сивым был прежний законный, которого он знал, — решительный и дерзкий.

Три часа одиночества укрепили дух Варяга не меньше, чем чернеца длительный пост.

Первым делом Владислав поднял телефонную трубку и набрал номер Гобетти. Луиджи Гобетти поднял трубку с первым гудком, и у Варяга создалось впечатление, что дон терпеливо сидит рядом с телефоном, чтобы переговорить со своим русским коллегой.

— Слушаю, — послышался в трубке голос итальянца.

— Это Луиджи Гобетти?

— Да. С кем имею дело?

Варяг не сумел уловить в его словах ни малейших ноток беспокойства. Голос итальянца звучал так же ровно, как и всегда. Да и сам Гобетти, судя по всему, пребывал в блаженнейшем состоянии, как будто получил нежданное наследство.

— Вас беспокоит русский коллега. Вы меня еще не позабыли?

Некоторое время меня здесь не было, у меня были кое-какие дела… Надеюсь, мое отсутствие не принесло урон вашему бизнесу? — Варяг говорил спокойно, но уверенно, делая ударения практически на каждом своем слове.

— Что вы такое говорите? Наш бизнес процветает, как никогда! Мои советники были правы, когда говорили, что вы отличный партнер! — восторженно пел в трубку Гобетти. — Вы даже представить себе не можете, как я рад нашему сотрудничеству. По прогнозам моих специалистов, через год наши капиталы должны удвоиться, а еще через два года мы с вами скупим всю Канаду.

— Я не сомневаюсь, что так оно и будет, — все так же спокойно отозвался Варяг, старательно прислушиваясь к малейшим оттенкам оперного голоска. — Мне известно, что вы выручили двадцать миллионов долларов от продажи русских девушек в злачные притоны Канады. На мой счет не поступило ни цента.

Или вы сочли, что меня не интересует такая малость?

Пауза после этого была недолгой, а потом в трубке раздался веселый голос Гобетти.

— Вы не получили этих денег?! Боже мой! Вы не представляете, как я огорчен! Мои банкиры опять что-то напутали. Я уволю всех! Вы извините, эти деньги вы получите завтра же. Они просто игнорируют мои распоряжения! — затараторил в трубку Гобетти, словно мелкий клерк, отчитывающийся перед своим боссом.

— Надеюсь, что так оно и будет, — Варяг усмехнулся, что, впрочем, никак не отразилось на его голосе. — Господин Гобетти, у меня к вам имеется серьезный разговор.

— Вот как! Слушаю вас очень внимательно.

— Это не телефонный разговор, я бы хотел переговорить с вами при встрече, — произнес Владислав.

— Предстоящий разговор касается нашего бизнеса? — Гобетти не сумел скрыть легкого беспокойства. Оно проступило на фоне его оперного голоса фальшивыми нотками.

— Разумеется, господин Гобетти, — живо отозвался Варяг. — Думаю, вы не будете возражать, если мы встретимся завтра где-нибудь часа в четыре, у входа в Роял-парк. Место там уютное, очень тихое, и помешать нашему разговору никто не сможет.

— Хорошо. Я буду там в это время. Передайте привет вашей дражайшей супруге, — едко бросил Гобетти и положил трубку.

Дон держался с Варягом слишком вызывающе. Это во-первых!