Андрей Лыков - Рождение героя

Джон не ожидал такого поворота разговора, и монолог пленника явно выбил его из колеи. Чтобы собраться с мыслями, он присел на противоположное от довольного своей речью оратора кресло и, глядя ему в глаза, заговорил:

— Знаешь, Джерри, я буду с тобой откровенен. Если ты действительно всего лишь старший пилот на одном из военных кораблей Корпорации, то, может, ты и поймешь меня. То, что ты сейчас сказал, конечно, стоит долгих часов размышлений. И ни одна планета не стоит стольких жизней. Но я знаю только одно. На мою геологоразведочную экспедицию напали. Убили командира Дойча, геологов Кристофера Дюбуа и Дзэна Ли, десантников Стича Паркера и старину Мэта. Нас троих оставшихся в живых пытали и, скорее всего, убили бы тоже. И все это не ради мира в Галактике, а потому что Корпорация хочет проглотить в свое ненасытное чрево еще несколько прекрасных планет, чтобы у нью-йоркских богатеев было еще по одной хромированной звездной яхте. Так что если дела настолько плохи, как ты говоришь, и система прогнила насквозь, а молодые колонии задыхаются от поборов Корпорации, прикрывающейся интересами всей Земли, то пусть… пусть будет что будет. Я всего лишь поступаю так, как должен, так, как говорит моя совесть.

Разговор отнял у Джона немалую часть энергии. Хотя, возможно, просто накопившаяся усталость дала о себе знать, когда организм позволил себе расслабиться в кресле и предаться размышлениям о положении дел в Галактике.

— Так ладно, пофилософствовали и хватит. Лететь на Тау-4 еще пару суток и для экономии всех ресурсов и для отдыха назначаю всем снотворное.

В медицинском снаряжении корабля как раз обнаружилось несколько доз безопасного и несильнодействующего снотворного, инъекции которого получили все четыре члена экипажа: протестующий против этого пленник Джон Грей, только что проснувшаяся, но еще нуждающаяся в лечебном сне Кэтрин и измотанные от доставшихся приключений Лукас и Джон.

Четыре человека, объятые просторами космоса и умиротворяющим сном, двигались на своем спасательном челноке обратно на Тау-4. Вероятно, Провидению было угодно, чтобы они вернулись туда, откуда и началась их история.

Навигационные приборы вовремя подали знак о приближении к Тау-4, впрочем, все четыре пассажира небольшого космического корабля уже были готовы к приземлению. Проспав почти двое суток благодаря современным медицинским препаратам, Джон, Лукас и даже еще только позавчера раненная Кэтрин были в отличной форме. Джон Грей, попавший на корабль не по собственной воле, был надежно закреплен ремнями безопасности в гравитационном кресле. Остальные же собрались в пилотской кабине для короткого совещания.

Уже было решено приземляться в отдалении от места их предыдущего нахождения на Тау-4. Сначала Лукас не видел особой необходимости скрываться от поисково-спасательной экспедиции, которая, вероятно, уже несколько дней ведет их поиски. Однако, Джон с Кэтрин настояли на другом месте посадки, не привлекая внимания, чтобы можно было, держа ситуацию под контролем, самим разведать обстановку на планете и определиться со своими дальнейшими планами.

— Да, Лукас, раз нас могут искать не только федеральные спасатели или наши коллеги, но и приспешники Корпорации, я предпочитаю оценить ситуацию со стороны, а не сразу бросаться к первому же замеченному патрулю. Вопрос закрыт?

— Хорошо, вы меня убедили. У меня тоже нет желания снова попасть в руки Корпорации, не перенесу этого унизительного плена еще раз.

— Не беспокойтесь, профессор, если мы снова попадемся, я думаю, в плен нас брать не будут, — меланхолично заметила Кэтрин, изучавшая боковой шкаф у задней индикаторной панели управления.

Громкий и неожиданный удар заставил Джона и Лукаса обернуться, чтобы увидеть еще один изящный и, как оказалось, мощнейший удар ногой, которым Кэтрин выбила дверцу шкафа.

— Извините, мальчики, не хотела вас пугать. Просто мы безоружны… были. Посмотрите, какой милый арсенальчик. Три парализующих бластера, модели CityGuard-5… Хотя нет, это военные бластеры, закамуфлированные под разрешенное оружие самообороны.

— Я смотрю, сержант Иванова, вы уже полностью оправились от полученных ран. В следующий раз предупреждайте нас о своих намерениях выбить что-либо, а то я подумал, что нам в корму врезался флагман Земного Космического Флота. А ты, Лукас, не… Кэтрин!

После оценки своей находки Иванова неожиданно стала терять равновесие, лицо ее побледнело, сама она как-то обмякла и рухнула бы на палубу, если бы не Джон, вскочивший с штурманского кресла и подхвативший ее, проявляя чудеса ловкости в тесной кабине управления.

— Кэтрин, что с тобой? — взволновался Джон, усаживая ее на свое место.

— Видимо, эти ранения… Со мной уже все в порядке, спасибо, Джон… Можешь уже меня отпустить…

— Э-э, да, конечно. Ты уверена, что все в порядке? — Джон выглядел смущенным.

— Да, это просто последствия боя на «Голиафе». Ничего серьезного. Я пойду в гравитационное кресло, мы ведь сейчас будем приземляться.

Кэтрин медленно встала и направилась в салон. Как только она почти рухнула на мягкую обивку кресла, на лице ее появилась гримаса боли, которую она тщательно пыталась скрыть от своих друзей.

Джон тем временем колдовал над приборами управления и штурвалом корабля:

— Ну что ж, координаты заданы, пассажиры пристегнуты, время молиться, — произнес он дежурную шутку выпускников Звездной Академии, перед тем как устремил корабль в плотные слои атмосферы Тау-4.

Приземление на одной из лесных полян многовекового леса Тау-4 прошло на удивление мягко, несмотря на явную неприспособленность адмиральского звездолета к посадкам, которые не подразумевают наличие оркестра и красной ковровой дорожки, поданной к трапу. Облачность и утренний туман сослужили хорошую службу нашим беглецам, и вход корабля в атмосферу был незаметен.

— Очень удачная посадка, Джон. Мало кто еще может посадить корабль без навигационных привязок к маякам космопорта.

— Спасибо, Лукас. Но уж что-то слишком она удачная. Удара о землю практически не ощущалось. Пойду-ка я проверю, куда мы приземлились, а ты с Кэтрин разбудите нашего безбилетного пассажира и соберите вещи, которые мы должны взять с собой.

Открыв люк наружной обшивки, расположенный между кабиной управления и салоном корабля, Джон с наслаждением вдохнул свежий утренний воздух планеты, напомнивший ему далекое детство. Однако долго наслаждаться красотой и ароматами природы у Джона не получилось. Посмотрев вниз, он обнаружил, что опорные рамы корабля уже наполовину погрузились в зыбучую тестообразную почву и продолжают засасываться с возрастающей скоростью.