Виктор Степанычев - По прозвищу Викинг

Викинг в ответ прижал стреноженные руки к животу и отвесил благодарной публике короткий иронический поклон.

Руэнтос что-то сказал одному из солдат, и тот побежал к вертолету. Потом не спеша подошел ближе, оглядел лежащего на песке без движения Идальго и кивнул своему сопровождению:

— Займитесь им. Как ты сам? — спросил он, повернувшись к Викингу.

— Сильных жалоб на здоровье нет.

— Ну и хвала Исусу. А этот-то будет жить? Ты его не слишком сильно приласкал?

— Нет, все в порядке. Скоро придет в себя.

Руэнтос удовлетворенно кивнул и начал наблюдать за парнями, обшаривающими Идальго. Викинг нетерпеливо кашлянул, обращая на себя внимание полковника.

— Может, меня сначала освободите от наручников?

— А нужно? — бесхитростно, но с усмешкой в глазах спросил полковник. — Я вот думаю, не пристегнуть ли и тебя к этому негодяю да подержать пару деньков у себя в подвале и чуть-чуть вправить мозги. Сколько нервов я попортил за время знакомства с тобой! Надо же как-то восстановить душевное равновесие? Что на это скажешь?

— Скажу, что ты придурок и большего не заслуживаешь, — устало бросил Викинг.

— Вот и дождался... Хотя бы из уважения к моим погонам и должности вел бы себя прилично. Ну совершенно невоспитанный молодой человек. Снимите с него наручники, — дал команду своим людям Руэнтос. — Так что тут такое приключилось?

— Немного прокололся, — не стал кривить душой Викинг. — Поймали на подсадного.

— Я так и понял по последним сообщениям, что у тебя что-то неладно. Был в одном месте, оказался в другом... Поэтому и прилетел сам проверить. Он что, хотел вертолет захватить?

— Другого выхода у него не было. Хотел поменять роли и сработать под меня. Пришлось ждать до последних минут, пока не представилась возможность.

— Молодец этот Идальго! — восхитился Руэнтос. — Пожалуй, это действительно был для него единственный шанс выбраться. Кстати, мне понравилось, как ты дрался. Вот этот... со сложенными руками прием — это откуда? Впервые такое вижу.

— Из Индии. Есть такой полузабытый вид борьбы, — неохотно ответил Викинг.

— Ладно, покажешь как-нибудь. А вот и наш клиент начинает приходить в себя, — сказал полковник, услышав стон.

Он наклонился, нависая глыбой над лежащим Идальго, уже превращенным солдатами в недвижный куль.

— Вот и глазки открыл. Да не смотри так страшно на меня, а то испугаюсь и убегу, а тебя еще начальству показывать надо. Беседовать с тобой нам не о чем, поэтому полетели-ка мы к дому Россета.

— Какому такому начальству? — осведомился Викинг.

— Министр внутренних дел Вильяс собственной персоной скоро прилетит. Он же операцию держит на контроле, — подчеркивая последнее слово, хохотнул Руэнтос. — Надо уважить старика, а то он последнее время сам у Президента на этом самом контроле, с великим трудом за свое шатающееся кресло держится. А тут такая удача подвалила. Сейчас прибудет. Я уже сообщил об успешном окончании акции. Надуется от гордости и самоуважения к себе, увидишь. Такую операцию провернул, поднял престиж Сьерра-Марино на мировом уровне.

Ухоженный некогда особняк Россета после произошедших событий выглядел отвратительно. Фронтон, колонны были обильно испещрены следами от пуль, вдоль фасада валялись осколки выбитых оконных стекол и обломки мебели, а из подсобного помещения, расположенного сбоку, вытягивало темный густой дым. Пожара по полной программе, похоже, не намечалось, так как в окно уже был засунут шланг и человек, им орудующий, особой прыти и озабоченности не проявлял, а только уныло пускал струю на что-то тлеющее внутри. По обширному двору деловито сновали вооруженные коммандос. Их количество явно превышало состав подразделения, прибывшего по воздуху, следовательно, это был уже десант, высадившийся с кораблей.

Слева, прямо на огромной клумбе, устало опустив лопасти винтов, стоял собрат вертолета, доставившего РУ" энтоса, Викинга, Идальго и сопровождающих бойцов, — такой же пузатый «хью». Их машина двигателя не выключала и сразу после высадки поднялась в воздух и отвалила в сторону океана. Третий транспортник — Викинг заметил во время перелета — находился на лужайке возле домика на отшибе. «Кобр» поблизости не наблюдалось.

Из других достопримечательностей Викинг заметил группу лежащих ничком на земле людей числом десять-двенадцать под присмотром четырех коммандос и неподалеку, без охраны, уложенный ряд тел, покрытых белыми простынями, позаимствованными, вероятно, из гардероба Россета. В общем, обстановка была спокойная, деловитая и соответствовала месту, времени и свершившимся событиям.

К Руэнтосу сразу по прибытии подбежал офицер с нашивками лейтенанта, вытянулся, отдал честь и начал докладывать обстановку. Полковник внимательно выслушал его, пару раз одобрительно кивнул и отдал несколько распоряжений.

Идальго, бросившего на прощание в сторону Викинга взгляд, полный ненависти, повели в дом. Он сам стоял молча, отрешенный от происходящего вокруг, не вслушиваясь в слова окружающих. На него как-то резко, волной, навалилась усталость, перешедшая в безразличие ко всему.

Полковник, закончив разговор с лейтенантом, повернулся к Викингу, о чем-то его спросил, повторил сказанное и, удивленный отсутствием реакции собеседника и его застывшим взглядом, легонько толкнул в плечо, возвращая в реальный мир.

— Как ты себя чувствуешь? — с некоторой тревогой спросил Руэнтос.

— Все нормально, — встряхнув головой и приходя в себя, ответил Викинг. — Устал немного.

— Тебе, наверное, надо отдохнуть?

— Ничего, обойдусь. Не в первый раз...

— Проголодался? Есть будешь? Я сейчас дам команду, чтобы тебя накормили.

— Ничего не надо. Хочу только пить.

— Пошли в дом, — кивнул головой Руэнтос. — Сейчас все организуем — и пить, и есть, и отдыхать. Это тебе пока не хочется ничего. Начнешь — мигом аппетит проснется. По себе знаю, что после такой напряженной работы не сразу приходишь в себя.

В светлой гостиной, с затоптанными солдатскими ботинками зеркальными полами, Викинг сел в кресло и устало отвалился на мягкую спинку. Через несколько минут принесли завернутый в фольгу большой пакет, по виду — саморазогревающийся комплект из штатовского сухого пайка, и пару пластиковых бутылок апельсинового сока. Отвернув тугую пробку, Викинг залпом осушил одну, а вторую, сделав паузу, начал пить не спеша, смакуя холодную и ароматную жидкость.

Руэнтос расположился неподалеку на роскошном атласном диване. На низком журнальном столике перед ним уже стояла переносная радиостанция и два черных полевых телефона со змеящимися шнурами, уходящими в распахнутое окно. Они периодически звонили, телефонист выслушивал сообщения и передавал их, а иногда и сами трубки полковнику; в зал вбегали с докладами люди, отдавались приказы; кого-то распекали.