Павел Дартс - Крысиная башня-2

— Серый, что там Пагар?

— Дрыхнет, чо.

— Автоматы там…

— Незаряженые же. Без патронов.

— Ну, ладно. В общем, вы с Толяном от машины не отходите, я постараюсь быстро.

Олег с Толиком отошли чуть в сторону от машины.

— С тобой сходить, что ли?

— Не, не стоит. Подъезд нежилой, сразу видно. Только на третий-четвёртый этаж поднимусь, на ту сторону гляну — и назад. Будьте здесь.

— Ладно.

— Толян. Мне тебя отмазывать ломает уже. Задолбал.

— Чо ты. Ты ж всё правильно разложил?

— Правильно, правильно… Всему своё время, и должны быть, тем не менее, какие-то моральные устои, а не только голимая целесообразность! Ты меня понял, нет??

— Да понял, понял. Иди давай.

Олег, подсвечивая себе под ноги маленьким фонариком через красный светофильтр, стараясь не оступаться на попадающихся под снегом обломках чего-то непонятного, направился к чернеющему подъезду.

Он уже был возле подъезда, когда за его спиной взвыл сразу на высоких оборотах мотор джипа, и раздался крик. Он резко обернулся.

Ещё крик. Вой мотора. И — автоматная очередь.

Когда отец отошёл, Сергей, похрустывая снежком под ногами, обошёл машину, осмотрелся. Всё черно и тихо.

Он тут редко бывал в прежнее, до-БПешное время — незачем. Только проездом, — там вон, дальше и налево за площадью Анька жила. Вспомнилось, как было раньше клёво; даже и ночью: реклама везде горела, окна в домах. Люди шли по чищенным до плитки тротуарам под уличными фонарями. Потом, конечно, когда «кризис», с рекламой стало пожиже, тротуары особо перестали чистить; и уличное освещение поотключали из экономии; но всё равно — в окнах свет; никто и не думал «светомаскировку» делать — не было опасности что кто-нибудь просто так в окно из ствола зафигачит… Идёшь так, смотришь — там вон телевизор смотрят, тут вот угол шкафа видно, там люстра, тут тётка у окна, и кошка на подоконнике… Не, клёво было; хотя тогда как-то и не обращал особо на это внимания — ну, есть и есть, чо такого.

А сейчас вон — чёрные глыбы домов, без единого просвета, бррр!.. И, главно, это уже как-то и привычно стало! Как будто так и всегда было. Куда всё делось… Нет, так-то понятно куда делось: ТЭЦ встали из-за отсутствия топлива; люди — кто на фронте с Регионами сгинул, кто по деревням и коттеджным посёлкам рассосался, по дачам — там хоть вода есть и топливо в лесу. Те, наверное, живые сейчас. Может быть. А сельхозкоммуны, «лагеря спасения» и прочие загородные концентраторы населения, говорят, передохли все в эпидемию. Как и бóльшая часть воинских частей. Вот такая вот диверсия с этой эпидемией, если это диверсия. И город теперь пустой и тёмный. И холодный. Как кладбище. Читал вот раньше всякие приключения — как там герои попадают в трудные природные условия, на остров там, или в чужую страну, в другое время — типа попаданцы. Читать прикольно было, представлять себя на их месте тоже прикольно. А сейчас это вот попадалово в реале — нефига не прикольно. Горячей воды нет, воду таскать приходится; греться — печкой, и вообще… холодно! Нет, что автомат, пистолеты, гранаты — это круто и всё такое. Только выпендриваться крутостью не перед кем. Ну, Бабах вон уважает; ну Слепой Пью — Спец; или там новые пеоны. Да наплевать в общем-то. Лучше б свет был, тепло в батареях и интернет…

Подошёл Толик.

— Не замёрз?

— Не. — облокотился боком о капот — от мотора исходило приятное тепло.

— Щас приедем — чайку забодяжим. С вареньем.

— Угу. И с печеньем. Чо-то я тоже жрать хочу. Как там Белка, интересно. И где.

— Сам об этом думаю. Ладно, я поссать.

Толик отошёл за машину, и вскоре оттуда послышалось журчание.

Сергей смотрел в сторону дома, к которому пошёл отец; и только краем глаза заметил, как в стоящем с выключенным в салоне светом джипе что-то метнулось. Метнулось тёмное и большое, сзади через спинки передних сидений. Ударилось в переднюю приборную панель; так что джип несмотря на величину, кажется немного вздрогнул.

— Ты чо??! — Крыс отпрыгнул от джипа, автомат с плеча как бы сам собой прыгнул в руки.

Теперь видно было ворочащуюся на переднем сиденье тёмную фигуру.

— Охнихера ж!!.. — не успев что-нибудь и подумать, чисто на рефлексах, Крыс опять прыгнул к джипу, схватился за ручку двери, рванул — но, опережая его на долю секунды клацнули замки, блокируя двери.

— Толян!!

Одновременно с его криком с другой стороны машины раздался бешеный рык Толика:

— Пагар, открыл быстро, сука! Замочу!! — и бессильное клацанье блокированной ручки двери.

— Открыл, пас-ку-да!!

Вместо ответа бешено взвыл мотор джипа, ярко вспыхнули фары. Ясно было что в следующие секунды машина рванётся вперёд.

— Пад-ла, открыл!!! — орал с той стороны машины Толян, и бешено рвал дверь.

Крыс, отпустив дверную ручку, шарахнулся назад, отступая от машины; левой рукой за цевьё направляя ствол автомата в окно правого пассажирского сиденья; правая же скользнула вдоль ствольной коробки к рукоятке и спусковому крючку, попутно сбросив вниз большим пальцем предохранитель; приклад привычно ткнулся в плечо.

Ещё сильнее взвыл мотор; машина, как гепард перед прыжком, казалось присела, прежде чем ринуться вперёд…

— Толян, лёг!!!

Мечущийся с той стороны машины силуэт пропал; и чётко стало видно тёмную фигуру на водительском сиденье — голову, плечи.

Очередь прогрохотала коротко, ослепив струёй пламени, ударившей в окно пассажирской двери и дальше — в голову сидящего за рулём; раскатилась эхом по близстоящим домам.

Фигура на водительском сиденье мотнула головой в сторону, — и стала, как была, сидя, оседать вниз. Мотор продолжал подвывать на околопредельных оборотах.

Ещё отступив от машины, продолжая держать всё так же автомат наизготовку, Сергей бросил взгляд влево-вправо. Всё тихо. После выстрелов так вообще очень тихо — только мотор воет. То есть нефига не тихо — но спокойно.

— Серый! Не стреляй больше — готов он! — из-за капота показался Толик. Сергей опустил ствол автомата, щёлкнул предохранителем.

Толик локтём довыбил раскрошенное очередью, заляпанное тёмным стекло машины, повозился, запустив внутрь руку — щёлкнул, открываясь, замок, стукнула дверь, — под ноги ему вывалился Пагар, плеснув чёрным из головы. Толик просунулся внутрь — и мотор заглох.

Сзади вспыхнули фары микроавтобуса — Бабах подсветил место происшествия.

Настала то, что называется «оглушающая тишина», в которой поразительно отчётливо было слышен и скрип снега под ногами бегущего от дома Олега, и шаги Жексона, спешащего к джипу от микрика с винтовкой наизготовку.

— Что случилось-то?? — только и выдохнул подбежавший Олег. Футляр с непригодившимся ПНВ болтался у него на груди.