Александр Тамоников - Экватор – наш!

Из-за двери и в самом деле доносились мужские голоса, смех, звон посуды.

— Вполне может быть, — согласился Геннадий. — К ним же днем приехали гости на пикапе.

— Точно!

Командир мягко взялся за дверную ручку:

— Готовы?

— Готовы.

Шаталов, Панков, Сумато стояли за его спиной, Мазенко поглядывал на открытое окно, прикрывая тыл.

Рывок! В глаза ударил желтый свет электрической лампочки, висевшей прямо над входом в комнату. Лампочка была слабой, но для привыкших к темноте глаз свет все равно казался ярким.

Выглянув из комнаты, Савин обнаружил короткий коридор с двумя дверьми в другие помещения. Чуть дальше коридор поворачивал вправо под девяносто градусов и уходил куда-то дальше, откуда и доносились пьяные голоса. Напротив выхода из комнаты на стене висело велосипедное колесо, в углу стоял керамический тазик, похожий на ночное судно.

Знаком попросив открыть ближайшую дверь, майор поднял к глазам прибор ночного видения. Шаталов понятливо потянул за ручку.

Быстро просунув голову в щель, Геннадий осмотрел комнату.

Никого. И похожая убогая обстановка, только под окном стоит небольшой стол с двумя табуретами. И мелкий мусор на полу.

Осмотр третьей комнаты едва не закончился провалом — в ней на широкой и довольно цивильной кровати спали два темнокожих ребенка лет трех и пяти. Хорошо, что дверь удалось открыть бесшумно, поэтому сон детей не потревожили.

Жестами приказав соблюдать еще большую осторожность, Геннадий двинулся дальше — к повороту…

Планировка первого этажа оказалась неожиданной, совершенно непохожей на привычную простому российскому обывателю. Три исследованные маленькие комнатки располагались вдоль внешней боковой стены здания. Далее коридор поворачивал к центру и упирался в край большой кухни-гостиной, не имевшей окон. Это стало понятно по тому, что, обойдя дом со всех сторон, спецназовцы не обнаружили света ни в одном окне. Где находилась лестница на второй этаж и остальные помещения, наблюдавший из-за угла майор пока не представлял.

В гостиной происходила бурная пьянка. На потолке горело несколько ярких ламп, поэтому изрядно захмелевшая компания не замечала следившего за ними из темноты Савина.

Посередине большого по площади помещения стоял длинный деревянный стол, заставленный тарелками, бутылками, стаканами, лежавшими вперемешку фруктами, кусками рыбы и хлеба. Вдоль дальней стены висела веревка с сушившимся бельем.

Вокруг стола на табуретах и стульях сидели мужчины, на коленях у одного из них устроилась полуобнаженная женщина с объемными формами, обтянутыми длинной легкой майкой. Всего в видимой части гостиной находилось семь человек. Возможно, за правым окончанием стола был еще кто-то — Геннадий их не видел. Разговаривала компания очень громко, сказанные фразы часто тонули в дружном хохоте. Причем женщина заливалась неприятным смехом громче всех.

«Похоже, мамаша тех детишек, — догадался Савин. — Супруга главаря или хозяйка этого небедного дома…»

— О чем говорят? — спросил он проводника.

— Несут пьяную чушь. Ничего серьезного, — презрительно поморщился тот.

— Ясно…

Шаталов контролировал коридор с комнатами, а Мазенко подобрался поближе к командиру.

Понимая, что гостиную не обойти, он спросил:

— Что думаешь делать?

— Знаешь, Славик… — Майор на пару секунд задумался. — Возьми с собой проводника, выберись из дома тем же путем, обойди его с тыла и проверь помещения на противоположной стороне. Крайние окна там были открыты.

— Это вариант! — просиял старлей.

Мазенко с проводником исчезли. Перед поворотом коридора остались Савин, Шаталов и Панков…

Геннадий больше не беспокоил переводчика, ибо тема оживленного разговора его не интересовала. Хотя и так было ясно, что боевики говорят о недавнем бое, в котором приняли участие большинство из присутствующих. Языка майор не понимал совершенно, но красноречивые жесты говорили сами за себя. Один долговязый изредка изображал стрельбу из пулемета — вероятно того, что был установлен в кузове пикапа. Другой крепкий паренек едва не запрыгнул на стол, яростно размахивая кулаками и повествуя о горячей рукопашной схватке.

Меж тем худой чернокожий парень, на чьих коленях поселилась местная красотка, времени не терял — живо поддерживая разговор, он лапал свою подружку, а та обнимала его одной рукой, в другой держала наполненный каким-то мутным пойлом бокал.

Савин получше пригляделся к молодому мужчине и сделал неожиданный вывод: скорее всего, это и был главарь вооруженной компании, охранявшей пленников.

Во-первых, одежда на нем заметно отличалась в лучшую сторону от одежды других участников пьянки — новенькая камуфлированная форма «натовского» образца для ведения боевых действий в джунглях. Легкая, добротная, прочная, с массой карманов на «липучках».

Во-вторых, на ремне его брюк висела кобура с открытой пистолетной рукояткой. Судя по сглаженным обводам, это была «beretta 90-two» — довольно продвинутая модификация американского армейского пистолета с улучшенной эргономикой, с цевьем для удобного обхвата двумя руками и прочими «вкусными плюшками». Редкая и очень дорогая, по местным меркам, штучка. Кому попало такую носить не позволят.

В-третьих, когда этот малый начинал говорить, все остальные почтительно смолкали и перебивали его крайне редко. Да и вел он себя уверенно, нагловато.

Крохотная лампочка на верхней панели рации требовательно замигала. Спрятавшись за угол, Савин ответил:

— «Первый» слушает.

— «Первый», это «Третий», — начал доклад Мазенко. — Влез в окно с противоположной стороны дома. Здесь та же фигня: три пустые комнаты и такой же коридорчик с выходом на гостиную.

— То есть ты сейчас напротив коридора, в котором стою я?

— Точно так.

— А где же тогда лестница наверх? — удивленно спросил майор.

— Думаю, она в гостиной, только мы ее из коридоров не видим, — предположил Славик.

Геннадий выглянул из-за угла еще разок и убедился в том, что старлей прав — приличная часть гостиной оставалась вне поля зрения.

Получалось, что первый этаж был полностью исследован. Пленников на данном уровне обнаружить не удалось. Значит, они содержались в подвале, в существовании которого Савин усомнился еще на стадии наблюдения, либо — что более вероятно — на втором этаже.

— Так что нам делать, «Первый»? — не унимался Мазенко.

— Не суетись. Дай подумать…

Прошло около минуты, а на ум ничего дельного не приходило. Ровным счетом ничего.

«Выскочить с разных сторон и попытаться положить этих хлопцев в рукопашной или ближнем бою? — кусал от напряжения губы майор. — Возможно, получится. Шанс есть».