Александр Тамоников - Экватор – наш!

С территории двухэтажки воссоединившаяся группа выбралась без проблем. Зато на улице пришлось сразу шарахнуться в сумрак под стену дома напротив — со стороны центра к месту штурма неслись несколько автомобилей. Эти ребята явно мчались по их душу. Они провели здесь прошлую ночь и успели убедиться: никаких шумных заездов в темное время суток в городке не случается, мирные граждане сидят по домам, отдыхают или готовят пищу при скудном освещении.

— Может, на чердак к нашей бабке? — предложил Мазенко.

— Не выйдет — нас теперь десять человек. Да и найти там могут, — поморщился Савин.

— И уходить оттуда будет сложно, — добавил Литвинов. — Надо валить к реке.

— Мазенко, Шаталов — отвечаете за пленного. Литвинов, Панков, на вас итальянцы. Вася, прикрываешь. Рвем в другую сторону…

На ближайшем перекрестке Савин остановился. Оторваться от быстро приближавшихся машин все равно не получилось бы. Многочисленную группу из десяти человек сразу заметили бы из первого автомобиля.

Дав по нему прицельную очередь, майор приказал:

— Коля, уводи всех к реке! Переправляетесь на другой берег и уходите в джунгли! Мы с Василием задержим их.

— Давай, я тоже останусь!

— Отставить! Итальяшкам придется помогать — они еле волочат ноги. Да еще повстанец ранен в ногу. Уходите!

Восемь человек свернули на перекрестке к берегу. Двое заняли позицию возле цоколя углового здания…

Получив несколько пулевых пробоин, лидирующий автомобиль затормозил, резко повернул в сторону и тюкнулся бампером в забор ближайшего участка. Два других остановились чуть дальше. Их пассажиры рассыпались по улице и открыли ответный огонь.

— Лишь бы эти чумазые по другим улицам в тыл к нам не зашли, — постреливал из «снайперки» Трифонов.

— Нам минут десять здесь повоевать и… — опустошил магазин Савин, — и тоже свалим…

Трифонов стоял на одном колене и не спеша выискивал цели. Бил наверняка, снимая одного противника за другим. Командир вел огонь из положения «стоя» — так было удобнее контролировать и соседние улочки. Вдруг и вправду решат обойти?

Сменив очередной магазин, Геннадий заметил, что к повстанцам присоединилась еще одна группа из полутора десятков человек, вследствие чего перестрелка принимала ожесточенный характер. К этому моменту подоспевшая братия находилась не только на улице, но и приближалась по прилегающим к улице участкам.

Один, в шортах и светлой футболке, выскочил из соседней подворотни — на его появление успел среагировать Трифонов. Еще двое в камуфляже, как черти из табакерки, нарисовались над забором и произвели несколько выстрелов с дистанции пятидесяти метров. Их шуганул прицельной очередью Савин.

Пули все чаще шлепали по стене или противно жужжали рядом.

— Уходим! — крикнул командир и одну за другой бросил в сторону противника две гранаты.

Оставив позицию, они с прапорщиком со всех ног кинулись по проулку к реке. Сзади бахнул один взрыв, другой…

Выстрелы прекратились, но через несколько секунд возобновились с прежней частотой.

«Пока прочухают, что им не отвечают, успеем добежать до берега, — подумал Геннадий. — Надеюсь, группа заканчивает переправу…»

Когда пробежали два квартала, далеко впереди в свете луны засеребрилась поверхность воды.

Запыхавшийся Трифонов начал отставать. Савин притормозил и снял с его спины ранец:

— Давай, Вася, немного осталось.

— Вижу… Только быстрее не могу… Задыхаюсь…

— Это все сигареты, Вася. Крепкие сигареты, которые мусолишь на каждом привале.

— Знаю…

Наконец улочка пошла вниз, а домишки слева и справа закончились.

— Только тихо, Василий, без всплесков и визга, — предупредил Геннадий.

— Этого я обещать не могу, — отшутился Трифонов.

Не задерживаясь, оба подняли над головой оружие и вошли в воду.

На середине русла, где глубина стала приличной, Савину снова пришлось помогать уставшему снайперу. Когда до противоположного берега оставались считаные метры, сзади послышались звуки ревущих автомобильных моторов, а по воде запрыгали отблески дальнего света.

Закинув автомат за спину, Геннадий схватил снайпера за «разгрузку» и потащил к берегу. Свободной рукой выхватил рацию и прохрипел:

— Внимание, группа! Я — «Первый». Нас наблюдаете?

— Наблюдаем, — ответил за всех заместитель. — Готовы прикрыть огнем.

— Не стрелять, парни! Не обнаруживайте себя. Мы успеем!..

Он даже не расслышал ответа — настолько торопился покинуть открытый водоем.

Они действительно успели. Когда первая машина выскочила на берег, Савин и Трифонов заползли за ближайший куст и, тяжело дыша, спрятались за него.

Два автомобиля медленно развернулись, освещая неспешное течение реки и противоположный берег. Послышались громкие голоса, ругань, выкрики.

Минуты через три машины уехали, вместе с ними исчезли повстанцы. Все стихло.

— Живой? — пихнул майор товарища в бок.

— Пока не понял.

— «Первый», «Пятый», на другом берегу никого, — подсказал по радио Литвинов. — Мы правее метрах в сорока.

— Понял, «Второй». Идем… — ответил майор. Встав, он помог подняться прапорщику. — Пошли, Василий, надо валить отсюда. Да и «вертушка» ждать не будет…

До прилета транспортной «восьмерки» оставалось двадцать две минуты, когда группа добралась до заброшенной банановой плантации.

— Быстро мы управились, — сбросил со спины ранец Литвинов. — Думал, опоздаем.

Плантация представляла собой большую поляну, рассеченную пополам старой и прилично заросшей сорняками грунтовой дорогой. Слева от нее когда-то ютились строения, от которых ныне остались лишь полусгнившие деревянные основания, справа шелестели от слабого ветра редкие банановые деревья вперемежку с перегнавшими их по размеру сорняками.

Изучив поляну, Савин нашел лишь одну пригодную для посадки вертолета площадку — там, где когда-то стояли дома и сараи.

«Данилов описал ее достаточно точно, — отметил про себя майор. — Только бы вертолет пришел вовремя».

Расположив группу на безопасном удалении от места предстоящей посадки, он подошел к Шаталову:

— Володя, ты понимаешь по-итальянски?

— Так… немного, — ответил тот.

Командир достал из своего ранца упаковку сухого пайка, распотрошил его. Протянув старлею, попросил:

— Предложи им. А заодно расспроси: кто они и как попали к повстанцам.

Шаталов присел возле освобожденных пленников и, помогая открыть баночки с консервами, начал беседу. К этому времени те уже утвердились во мнении, что окружавшие крутые ребята попросту спасли им жизни и ничего взамен не требуют.

Спустя несколько минут старлей пересказывал командиру ответы итальянцев:

— Это журналисты. Один из ежедневной миланской газеты «Corriere della Sera» и двое из коммерческой телевещательной сети «Mediaset». Прибыли сюда по заданию редакции для освещения событий, связанных с кровопролитной гражданской войной, при переезде вдоль линии фронта подверглись нападению. Во время перестрелки погибли два их товарища, а также охранявшие съемочную бригаду бойцы национальной гвардии. Этих троих повстанцы взяли в плен и требовали за освобождение огромные деньги.