Андрей Молчанов - Золотая акула

Внезапно заявившаяся в ресторан старуха – полнейшая, как он понял, дура, – изложившая ему на ломаном английском свои необоснованные претензии к пятерым русским парням, вызвала у него снисходительное недоумение.

Руководствуясь полученной информацией, он без труда бы мог отобрать у этой старой курицы все плоды ее случайно удавшейся аферы и депортировать семейство обратно в Россию, тем более и официант, и его странная мама имели всего лишь временные испанские визы, дающие право на пребывание в стране шесть месяцев в году.

Однако завладение чужим имуществом с помощью шантажа и использования связей с иммиграционными чиновниками в намерения Оселли не входило. Жертва, конечно, сама шла в чесавшиеся руки, но он считал пропащим для Бога того охотника, который убивает ищущего у него защиты и помощи зверя.

С другой стороны, влезать в какие-либо разборки с людьми, объективно имевшими права на часть дома, он тоже не хотел.

Во всей этой истории его интересовало иное: что эти пятеро делают на Фуэртевентуре?

Переселились сюда? Вряд ли. Эмигранты в подобном составе на новых местах не устраиваются.

Между тем из услышанного следовало, что присутствие данной команды на острове носит характер долговременный.

Каждый день, судя по пояснениям старухи, парни целеустремленно уходят далеко в море с аквалангами. Зачем? Гарпунить рыбу? Но и заядлые охотники не сподобятся столь регулярно бороздить ветреный океанский простор. Или они пробавляются подобным промыслом? Опять-таки едва ли, учитывая, что, по крайней мере, один из них занимался до сей поры серьезным бизнесом. А так резко стезю не меняют.

Тогда что же? Конкуренты по поставкам наркотиков? Тем более до того они крутились на Тенерифе – главном рынке…

А может… парни ищут затонувшие суда?

К этой внезапной идее Оселли отнесся довольно-таки серьезно. Подобный род занятий воспринимался им, знавшим историю архипелага, не как романтическая блажь, а довольно-таки реальное дело.

К тому же в сегодняшней газете он прочел, что подводное кладоискательство – одна из основных статей государственного дохода Кубы.

Здесь, на Канарах, в течение веков шли беспрерывные пиратские войны за овладение архипелагом – стратегическим форпостом Атлантики. И десятки испанских, английских, португальских и французских кораблей, зачастую груженных вечными ценностями – золотом и драгоценными камнями, нашли свой последний приют в глубинах под вулканическими скалами.

С самими кладоискателями Оселли встречаться не довелось, но среди местного населения бытовали разговоры об удачливых ныряльщиках, захватывающе быстро и уверенно разбогатевших…

Кто знает, может, эти русские, поковырявшись в каких-либо архивах, нашли толковую информацию?

Но тогда вступать с ними в конфронтацию, тем более отстаивая интересы какой-то выжившей из ума идиотки, совершенно не следовало.

А следовало срочно поговорить со своим партнером и старшим братом Набилом, имевшим яхту, два катера и десяток головорезов из Англии – родственничков его супруги, занятых той самой подпольной проституцией и распространением среди не любящих жизнь существ необходимых им для быстрейшего самоуничтожения снадобий.

Получив известие о гибели Исы, Куди Баргулов срочно вылетел из Нью-Йорка в Москву. Дело с расчетами по конфискованному кокаину принимало скверный оборот. С поставщиком товара из Колумбии он расплатился, теперь в должниках оказывался Иса, который, в свою очередь, должен был получить деньги с увиливающего от ответственности азербайджанца.

Однако детали московских межгруппировочных переговоров Куда не знал и, прибыв в столицу, немедленно собрал после скорой процедуры похорон наследников усопшего партнера, объявив им о неуплаченном долге.

Требований его никто не опровергал. Занявший место пахана угрюмый, туповатый Юсуп мгновенно связался с Тофиком, но разговора не получилось: азербайджанец с возмущением заявил, будто расплатился с Исой полностью накануне роковой даты разборок с залетными «обмороками» и готов предоставить свидетелей, участвовавших в передаче денег. Если же, добавил тоном человека, абсолютно не сомневающегося в своей правоте, его хотят «развести» как терпилу-лоха, он, не считаясь ни с чем, готов на священную войну с бесстыжими вымогателями.

Пришлось, поневоле принеся извинения, зачинать дознание, кропотливо восстанавливая события последних часов пребывания Псы на поверхности планеты.

Стукач Гриша, околачивающийся в азербайджанской шобле, подтвердил, что имел место сход, «предъявы» Псы были приняты, после чего он с братом Тофика Исмаилом отвез на квартиру покойного портфель с валютой. Деньги он видел: Тофик продемонстрировал им содержимое кейса в своем кабинете.

Два охранника, несшие в тот вечер боевое дежурство в апартаментах босса, также подтвердили, что хмырь с портфелем по своему приходу уединился с Исой и после краткого с ним общения, содержание которого осталось неизвестным, удалился восвояси – уже без портфеля.

Утром же Иса отправился на «стрелку» с пустыми руками, ничего из дома не взяв.

Обыск квартиры результатов не принес: найденный портфель оказался безнадежно невесомым, а в двух обнаруженных тайниках хранилась какая-то мелочь: восемь тысяч долларов, рубли и золотишко в песке и в изделиях, чей общий вес составил полкилограмма.

Следствие зашло в тупик.

Подозревать Юсупа в нечистой игре Куди не мог: тот не отказывался от финансовых обязательств, единственное – просил беспроцентной отсрочки по выплате.

Были подвергнуты допросу с пристрастием охранники, но и такое мероприятие оказалось напрасным.

Парни истово клялись Аллахом, предками и родителями, что не притрагивались ни к каким деньгам, и просили оружие, дабы самим пустить себе пули в головы, если кто-либо из старших способен усомниться в их честности.

Куди, неплохой психолог, с ледяной безучастностью выслушивая их пламенные клятвы, понимал, что актерствовать столь виртуозно эти два деревенских чурбана не сумели бы, невольно бы проколовшись при допросе в какой-нибудь естественной реакции. То есть искренность подследственных сомнений не вызывала.

Одно лишь странное совпадение настораживало Куди: привоз денег Псе поздним вечером и его убийство буквально через несколько часов, ранним утром. Это была единственная малюсенькая трещинка в глухой стене, вставшей на пути расследования.

Кроме того, были получены косвенные данные, что «отморозки» автоматическим оружием не располагали, а имевшиеся «тотошки» оставили на съемной квартире в точном соответствии с блатными правилами не брать на «стрелку» оружие. В мирных намерениях оппонентов не сомневался и осторожный Иса, поскольку, заподозри он хотя бы тень угрозы, обставил бы свидание с беспределыциками страховочными заслонами и провел бы его не на улице.