Евгений Сухов - Бубновый туз

— Где ты это взял?

Мария вдруг поймала себя на том, что в ее голосе прозвучали настороженные нотки, а ведь хотелось спросить как-то помягче. Право, будто бы допрос какой-то…

Кирьян улыбнулся:

— Я тут работенку провернул. Нэпману одному помог, вот он мне в качестве платы и отвалил эту штуку. Не знал, что с ним делать, пока тебя не вспомнил. Оно тебе в самый раз будет.

— Вот только куда я его надену? — приложила Мария колье к шее. — У нас ведь такие вещи не носят. Не поймут.

— Это уже не мое дело. Вещь больше не моя. Наденешь, когда будет можно. Но хочу сказать тебе, что такие вещи никогда не выйдут из моды. В общем, я мечтаю о том времени, когда ты снимешь свою кожаную тужурку и украсишь себя этим колье.

— Я не знаю, как тебя отблагодарить, — с неловкой улыбкой сказала Мария.

— Ты и так меня уже отблагодарила. Приготовила очень вкусный ужин.

— Я серьезно.

— Я тоже. Хотя знаешь, я могу предоставить тебе возможность отблагодарить меня по-настоящему.

— Как?

— Давай с тобой прогуляемся.

— Ты это серьезно?

— Вполне. Почему бы нам не прогуляться перед сном? Полезно.

— Хорошо.

— Только у меня одно условие.

— Какое? — насторожилась Мария.

— Надень свою кожаную куртку. Все-таки в этом что-то есть, когда гуляешь рядом с женщиной-чекистом.

Губы Марии разошлись в счастливой улыбке.

— Хорошо. Я была согласна и на большие жертвы.

На улице было прохладно. Поднявшийся ветерок пытался сорвать с крон последние листья. Но они не поддавались, трепыхаясь, крепко цеплялись за ветки, как держится за жизнь обреченное существо.

— Холодно, — поежилась Мария.

— Мы ненадолго — давай пройдемся до ювелирного магазина и обратно, — предложил Кирьян.

— Как скажешь, — легко согласилась Мария, взяв Кирьяна под руку.

Его власть над ней была приятна. Если и принадлежать мужчине, так только такому, который знает, что ему нужно от жизни, и всегда может получить то, чего достоин.

Дошли до магазина. Матвей подвел ее к одной из витрин.

— Видишь это колье?

— Вижу.

— Оно в сравнении с твоим ничего не значит. На твоем и камни будут побольше и оправа золотая.

— Я обратила на это внимание, — смущенно кивнула Мария.

За спиной раздалось вежливое покашливание.

— Вас что-то интересует? — спросил подошедший немолодой бородатый мужчина. Явно сторож магазина.

— Да, отец, — беспечно ответил Кирьян. — Жениться собираюсь. Хочу своей невесте подарок сделать, вот только не знаю, что именно выбрать. А вы кто будете?

Смутившись, Мария уткнула лицо в поднятый воротник.

— Я сторож этого магазина. Для такой девчонки, как эта, подходящий подарок должен быть. Вот только на витрине вы ничего не найдете. Весь хороший товар мы на ночь в подвал запираем. Приходите завтра утром, когда его выставят, тогда и выберете что вам угодно.

— А давно вы здесь сторожите? — спросил Кирьян, достав пачку папирос. Он умело выбил две штуки, протянув одну сторожу.

— Благодарствую… Да-к, недавно.

— А что здесь раньше было?

— Поначалу здесь меха продавали. Первый хозяин за границу убег! Потом здесь булочная размещалась. Тоже дело не пошло. Нэпман разорился и от тоски душевной пустил себе пулю в лоб. А когда дом на торги выставили, его нынешний хозяин купил. Теперь здесь ювелирные украшения продают… Ничего магазин, богат!

— Хозяин-то не скупится? — поднес Кирьян спичку сторожу.

— А чего ему скупиться-то? Благодарствую, — дохнул сторож дымком. — Я ведь свое дело знаю. Иной спрячется себе в сторожку, да и дрыхнет до самого утра, а я всю ночь хожу. Глаз не сомкну, хозяйское добро стерегу, как верный пес!

Дядька оказался словоохотливым. Он был рад неожиданному разговору, а дармовой табачок развязал ему язык.

— А если дождь, ты все равно так и ходишь, что ли?

— Чай не сахарный, — почти обиделся дядька. — Надену какой-нибудь макинтош, да и хожу. Народ нынче шальной пошел. Но ничего, меня боятся, стороной обходят. А если холод какой, так я тулуп надеваю, так что только нос торчит. Хе-хе-хе! Не тужу!

— А грабить-то магазин не пытались? — не унимался Кирьян. — Сейчас такое время, что из-за рубля задавить могут. А тут такие деньжищи!

— Кхм… Кхм… — откашлялся сторож. По его скривившемуся лицу было заметно, что вопрос ему не понравился. Даже бородатое лицо перекосило от невеселых дум. — Недели две назад было… Какой-то шкет затаился в зале на ночь и платьев-то с украшениями поснимал. А только я ухо приложил к двери и слышу какое-то шебуршание, глянул в щелку, а он по магазину, как хозяин, ходит и у зеркалов с обновами красуется. Отделение у нас здесь рядом. — Он кивнул на угловатое массивное здание с выступающим крыльцом. — Сбегал я за милицией, ну мы его и повязали. А потом еще раз было… — Чувствовалось, что сторож любил предаваться воспоминаниям и был рад, что в лице случайных прохожих сумел найти благодарных слушателей. — Нагрянул тут один с револьвером и давай им размахивать направо и налево перед продавцами, кричит: «Деньги давай!» А сзади один молодой человек стоял… Вот на тебя чем-то похож… Как двинул ему по шее кулачищем, так и с копыт его сбил. А уже опосля мы подбежали и скрутили его. Я ему вот этими ручонками кляп в самую глотку вставлял, — растопырил он пальцы. — Больно орал истошно. Но ничего, управились.

Кирьян посмотрел на часы.

— Спасибо за компанию… До свидания.

— Вы бы поаккуратнее, — крикнул вслед им сторож. — Народ нынче разный ходит. И все больше шальной. Как бы того… До исподнего не раздели бы. Да и дамочка ваша одета не так, как все. Признать еще могут.

— Спасибо, учту, — невесело буркнул Кирьян и свернул за угол.

Некоторое время они шли молча. Тишина не тяготила. Приятно пройтись с любимым человеком, вслушиваясь в городской покой.

Неожиданно Кирьян развернулся.

— Знаешь что… Давай я тебя провожу. Домой поеду, что-то я устал сегодня. Просто с ног валюсь.

— Тебя никто не выгоняет, ты можешь остаться у меня, — спокойно заметила Мария, посмотрев на Кирьяна снизу вверх.

В глазах тоска. Вот она, бабья доля. Внешне-то все ладится, хороша собой, при деле — тужурку вот чекистскую носит. Ни в чем мужчинам не уступает, а стоит только остаться одной, как тоска наваливается.

Кирьян отвернулся. Сделал вид, что ничего не произошло.

— Я к тебе потом приду.

— Обещаешь?

— Да.

— Тогда не провожай меня, я сама дойду. Тут недалеко. К тому же со мной оружие.

— Хорошо. Как скажешь.

Оставшись один, Кирьян быстрым шагом направился к котельной, благо идти было не очень далеко. Остановившись у порога, он осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, уверенно постучал в дверь. Сначала послышалось неясное шевеление, где-то внутри помещения пробуждалась жизнь: не то черти подбрасывали под котел угольку, не то грешники из котлов от жара повылезали. И только прислушавшись, Кирьян различил осторожные шаги.