Евгений Сухов - Бубновый туз

— Понял, — кивнул Николай.

Притормозив, он уверенно повернул в сторону перекрестка. Опустив оконце, Кирьян прицелился. Милиционер, видно, услышав звук приближающегося автомобиля, развернулся, и в этот самый момент Кирьян нажал на курок. Сбитая шапка полетела в сугроб, а милиционер, присев, направил винтовку в сторону автомобиля.

— Гони! — крикнул Кирьян.

Автомобиль, увеличивая скорость, свернул на соседнюю улицу. А где-то позади запоздало грохнул выстрел.

— Жаль, не попал! — сокрушался Курахин. — Совсем рядом прошла! Дальше понеслась! Душа праздника хочет!

— Так что с брюликами будем делать? — показал Егор на обернутое мешковиной ведро с драгоценностями, стоящее на сиденье.

Кирьян посмотрел на ведро. А ведь в какой-то момент он позабыл, что оно доверху набито камушками.

— Поехали к Варваре, как и собирались. Там и разделим. Так, Савва? — повернулся Кирьян к медвежатнику.

— Да, Кирьян.

— Возьмете с Овчиной свою долю и заляжете на дно. Я вам скажу где. У надежного человека. А то ведь на тебя первого подумают, другого такого медвежатника по всей Москве не встретишь.

— Да понял я. Только мне бы харч хороший. Ливер у меня ни к черту!

— Уладим, — согласился Фартовый. — Гаврила с вами будет, харч поднесет, еще там что нужно… Егор и Колька со мной.

— Ну если так… Только как долго сидеть-то придется?

— Не обессудь, как получится!.. Потом покатаемся. Уж больно день сегодня хороший!

Николай Трофимов уже выходил из своего кабинета, когда прозвенел телефонный звонок. Могли звонить из Чека, с полчаса назад звонил заместитель Петерса и сообщил о том, что произошло нападение на машину Ленина. Бандиты разоружили вождя и его спутников, отняли автомобиль. И предположительно сейчас направляются в сторону Хамовнического района.

Вернувшись, Трофимов поднял трубку.

— Слушаю!

— Это милиция? — раздался в трубке взволнованный мужской голос.

— Да, — нетерпеливо ответил Трофимов. — Вам кого нужно?

— Мне кого-нибудь главного!

— Я начальник Хамовнического комиссариата милиции. Что случилось?

— В автомобиле едут какие-то вооруженные люди и во всех стреляют.

— Говорите вы толком, откуда едут и что за люди?

— Понимаете, от Кудринской площади в сторону Крымского моста на большой скорости едет автомобиль. В нем сидят какие-то люди и стреляют по миллиционерам и прохожим. Они стреляли и в меня, чуть не убили! Ладно, я сообразил спрятаться во двор.

— Вы случайно не заметили номер этого автомобиля?!

— Заметил. Номер 1048.

Трофимов посмотрел на листок бумаги, лежавший на столе, на котором был записан номер машины Ленина. Совпадает!

— Все, выезжаем! — положил Трофимов трубку и скорым шагом направился к двери.

С небольшими перерывами снег шел последние трое суток, завалив улицы, переулки, дворы. Дворники, не справляясь с бедствием, едва успевали расчищать центр. Хамовническая набережная, взятая в плен сугробами, выглядела очень узкой — свободной от снега оставалась только небольшая узенькая полоска по самому центру улицы. Николай, стараясь не зарыться капотом в сугроб, сбавив скорость, преодолевал заносы.

— Давай сворачивай вон к тому переулку, — распорядился Кирьян, помахивая «браунингом», — там у легавых пост. Пошугаем фараонов! Видал, — показал он на номер, выбитый на рукояти. — Под номером два.

— А у Карла Маркса «браунинг» под номером один, — охотно отозвался Копыто.

Шутка понравилась. Жиганы дружно рассмеялись.

Дорога все более сужалась, а у самого переулка сугробы неожиданно повылезали на середину улицы. Николай попытался объехать их, но неожиданно машину занесло, и она увязла в тесном снежном плену.

— Чтоб тебя! — зло выругался Николай.

То и дело переключая скорости, он попытался выбраться из крепких тисков.

— Чего там у тебя? — с раздражением спросил Фартовый.

— Кажись, застряли, — рассеянно проговорил Николай, вжимая педаль газа в пол.

Двигатель надрывно рычал, колеса яростно буксовали, разбрасывая комья снега по сторонам.

— Дальше не поедет, — вынес свой приговор Николай, — подтолкнуть нужно.

— Вылезаем, — распорядился Фартовый. — Подтолкнем машину, еще не хватало, чтобы нас здесь легавые замели.

Трофимов срочно собрал личный состав и объявил о том, что бандиты отняли автомобиль у товарища Ленина и сейчас машина с налетчиками движется в сторону Хамовнического района, налетчики расстреливают по пути всех встречавшихся. Трофимов потребовал проявить бдительность и революционную сознательность.

Уже через десять минут милицейские посты были усилены, а между ними было организовано патрулирование. Постовой Алексей Олонцев, проверив карабин, вышел на набережную. За те пятнадцать минут, что он стоял на посту, здесь промчались три легковые автомашины, но ни одна из них не походила на ту, о которой говорил Трофимов. Двух водителей из кремлевского гаража он знал лично, а в третьей машине находился сам Петерс. Не исключено, что жиганы выбрали другой маршрут, а может, бросили машину где-нибудь во дворе и разбрелись по малинам.

Дул ветер, и в его шуме послышался гул автомобильного мотора. Из густой снежной замети на Хамовническую набережную на большой скорости выехал легковой автомобиль «Мерседес-Бенц». Проехав по заснеженной дороге с сотню метров, машина вдруг неожиданно развернулась, ее занесло, и она увязла в глубоком снегу. Дверцы автомобиля распахнулись, и из салона вышло четыре человека. Упершись руками в кузов автомобиля, они пытались вытолкнуть его из снега. Колеса яростно вращались, двигатель ревел на повышенных оборотах, привлекая к себе внимание. Тщетно!

Сняв с плеча винтовку, Олонцев направился к застрявшему автомобилю. В темноте силуэты людей сливались с кузовом автомобиля, но все же было видно, что они очень нервничали и торопились. Подойдя поближе, так что уже можно было рассмотреть их лица, Алексей встал за телеграфный столб и выкрикнул из темноты:

— Всем оставаться на месте! Ваши документы!

Фигуры ошарашенно застыли. Машина, уже было выбравшаяся из заноса, на мгновение застыла на покатой плоскости, как бы раздумывая — а стоит ли ехать дальше, — и, не отыскав надежной опоры, тяжело скатилась обратно, обиженно раскачиваясь.

Один из пассажиров, в меховой шапке, находившийся к милиционеру ближе остальных, потянулся правой рукой во внутренний карман. Алексей догадался, что в следующую секунду тот выстрелит. И не ошибся! Плотнее прижавшись к столу, он услышал револьверный выстрел, и в плотную древесину столба вязко и злобно врезался свинец.

— Ах вы, сволочи! — крикнул Олонцев.