Сергей Самаров - Элитный спецы

– Жельтмены… – довольно улыбается Стас.

– Старуху бы поднимать не стали… – Санек скептичен.

Они внимательно смотрят, как завязывается разговор между Лидкой и кавказцами. А разговор завязывается. Это ясно. Иначе они уже прошли бы дальше. Просто помогли бы встать и прошли бы… Но они не проходят. А это значит, что сами во все лопатки лезут в расставленные сети. Приятно работать с теми, кто лезет в сети по собственному желанию. Да это и немудрено… Приманка соответствует естественным мужским инстинктам. И не обязательно обладать горячей кавказской кровью, чтобы клюнуть на нее. Недавний пьяный мужичок – и тот, при своем возрасте и способности задыхаться на ходу, не удержался… И не только потому, что пьян…

– Теперь главное, чтобы эти козлы пригласили ее к себе…

– Ну, не она же их в свой барак потащит… – смеется Стас. – Хотя… Бабка кипяток уже приготовила… Хорошо бы…

Смех у него злой и с долей зависти. Он сам мечтал бы, наверное, оказаться на месте кавказцев… Не то чтобы на Лидку клюнул… Он хотел бы оказаться таким, на которого женщины реагируют. А пока на него реагируют редко, больше для того, чтобы в сторону шарахнуться…

– По-моему, договорились… – с надеждой тянет Санек.

– Куда они денутся… Сами не смогут – она договорится…

– Ага…

Кавказцы с Лидкой направляются в сторону дороги – ясно, будут ловить машину… Она слегка прихрамывает и несколько раз останавливается, трогает рукой спину. Комедию ломает – вошла в роль или в самом деле здорово дербалызнулась?

– Поехали прямо к дому… – командует Стас. – Больше им податься некуда…

– Как же… Они сначала в магазин… Лидка их на коньяк-то уж точно «раскрутит»… Она к коньяку неравнодушна…

– Поехали…

Небо сошло с ума… Снег валит и валит… Такой снег, что видимость на дороге просто никакая. Заднее стекло совсем засыпало. В зеркало не посмотреть. А боковое зеркало в дверце кто-то уже выдрал вместе с «мясом» – давно, еще пару лет назад. Санек сидит и нервничает. Ворочается на сиденье. Боится, что кто-то будет на перекрестке направо поворачивать, за кустами «копейку» сразу не увидит и скорости не снизит – въедет… А ремонтировать такую машину… Да в три раза дешевле новую купить…

А Лидка с кавказцами куда-то пропала, стерва… Надо же, решили, что именно сюда подадутся и больше им пойти некуда… А они нашли, куда пойти… А если у них еще какая-то квартира есть? Для кого-то приберегли, для своего, кто приехать должен… И туда поехали… Лидка не знает адреса… Там комедию разыграет, и бесполезно… И все насмарку, и неизвестно, чем все это закончится… Пропадут надежды…

И Стас тоже себе места не находит. То к одной дверце переберется, то к другой. Высматривает то дорогу, то тротуар. Да много ли в такой снегопад высмотришь… За двадцать шагов человек только мутной тенью смотрится, а за тридцать уже и тени не видно.

– Вот зараза… Ну не к себе же она их потащила…

– Мы не видели, как вчерашние шалавы уходили… Может, они все еще здесь… И черные на другую хату рванули… Ты, дурак, сказал, чтоб мы сюда ехали…

– Что ты все на меня валишь… Своей головы нет?..

– Не соображаешь, тогда не лезь командовать… Развелось командиров…

Сидят молча… Друг другом недовольны… Каждый ищет себе оправдания… И по-прежнему в разные стороны улицы всматриваются…

– О! – восклицает вдруг Санек. – Катит семьянин прилежный…

– Кто? – не понимает Стас.

– Серега… – Санек тычет в окно.

На противоположной стороне улицы Серега катит перед собой финские санки со своим годовалым сыном, а рядом, вцепившись Сереге в руку, идет, глядя себе под ноги, жена.

– Даже с ребенком одного не отпускает…

– Влип, парниша…

Серега видит машину, что-то говорит жене, чуть не силой перекладывает ее руки со своей руки на ручку-спинку финских саней и через сугробы спешит к машине.

– «Хвосты» рубим?.. – мрачно спрашивает Санек, еще раньше договорившийся об этом же с Лидкой.

– А на что ему рассчитывать?.. На халяву прожить желает… Не прокатит… Кто не работает, тот не пьет…

Оба довольны таким решением. Доля каждого с потерей одного из членов команды возрастает. А если учесть, что доля солидная, то, считают оба, есть за что бороться…

Серега подходит. Перед машиной оборачивается. Жена дальше не идет, ждет его, ссутулясь под снегопадом, словно снег давит ей на плечи.

Стас открывает дверцу. Говорит зло, с хриплой ехидцей:

– Садись, погрейся… Хотя здесь, пожалуй, похолоднее, чем на улице будет…

Серега садится:

– Ну, как дела?

– У нас нормально… Работаем… Пытаемся хоть что-то на жизнь заработать…

– Меня «повязали»… Даже в магазин за сигаретами одного не отпускают…

– Дело семейное, понятно… – Санек вдруг обнаруживает, что он философ. – Мы разве против?.. Бог дал человеку право выбора, и каждый выбирает свою дорогу сам…

– Ничего, завтра оторвусь… С утра с вами буду…

– Отрывайся… Завтра с утра… – хмыкает Стас.

– Завтра с утра мы пиво пить собирались… Присоединяйся, угостим… – Санек поддерживает игру. Оба умышленно не говорят, что дело, возможно, все же решится сегодня.

– Не обижайтесь, мужики… Сами понимаете… – Серега бросает взгляд в сторону жены, которая не сдвинулась с места, и приоткрывает дверцу – ему пора бежать…

– Понимаем…

Он уходит и так же спешит через сугробы к жене, как спешил от нее к машине. Семьянин… Жертва раннего брака…

– И поспешай… Поспешай… – с легким презрением говорит ему в спину Санек. Впрочем, так говорит, чтобы Серега не услышал.

– Жена при нашей жизни, – изрекает Стас, – все равно что геморрой… Мешает и надоедает постоянно…

– Вот уж чем не страдал, так это семейной болезнью и геморроем… – смеется Санек. – Слава богу, и не знаю, что это такое…

– Не зарекайся… Жениться когда-то придется…

– Это да… Но без геморроя обойтись можно… Что это вообще за штука?

– У тебя зубы когда-нибудь болят?

– Раз в месяц, регулярно…

– А геморрой, как говорил один мой знакомый, это когда у тебя полная задница больных зубов… Мало не покажется…

Лидка с кавказцами появляется еще через два часа, когда Санек со Стасом уже и не знают, что делать. Машина останавливается вдалеке под уличным фонарем, тусклой луной зависшим над дорогой. Лобовое стекло в «копейке» в очередной раз засыпает снегом, Санек включает «дворники» и в образовавшемся окне сразу видит эту серую, почти незаметную в такую погоду «десятку», что остановилась на противоположной стороне с включенными габаритными огнями и противотуманными фарами…

– Они…

Один из кавказцев уже вышел и открывает заднюю дверцу, выпуская Лидку. Расплатившись с водителем, выходит и второй, наклоняется, что-то долго говорит в салон «десятки». Но Лидка выходить не спешит. Впечатление такое, что ее по очереди уговаривают, не сразу подбирая наиболее убедительные слова. Наверное, так оно и есть. Лидка умеет вести себя в подобных обстоятельствах. Не она «клеится», а ее уговаривают – все правильно. В этом случае водитель «десятки» всегда может оказаться свидетелем, который в состоянии дать как раз те, самые нужные, показания.